Вся семья

Габриэль наблюдал за жизнью Сэма. Каждую чёртову минуту. Копание в книгах, помощь охотникам и прочие Типично Винчестеровские Занятия были до одури предсказуемы. И Гейб не упускал возможности в такие моменты подшутить над «Семовым занудством». На что, каждый раз, получал неизменное: «Иди ты» и мысленную усмешку Сэмми, от которой в душе, то есть благодати, разливалось приятное тепло, как от кружки горячего какао. Или любимого Габриэлем джаза. Какого же было удивление, когда из колонок охотника он впервые услышал нежную мелодию. «Сэмюэль, у меня галлюцинации или ты и вправду слушаешь ''Let it snow''*?» «Эмммм, да.» «Но сейчас ведь весна или я опять что-то пропустил?» «Она мне нравится -насупился охотник — и вообще, отвенти, я работаю.» «Да, лаааадно, Сээээмииии. Песня и впрямь ничего.» Впрочем кое-что Габриэля не удивляло. И всё же злило. Нет, не так: ЗЛИЛО. И это что-то именуется Тотальным Винчестеровским Недосыпом. Архангел не уставал раз за разом промывать Сэму мозги. Хоть такой заботой он и вызывал удивление, от которого (лишь раз) отмахнулся: «Я не хочу тратить благодать на лечение, если какая-то гадость надаёт тебе по роже на охоте» О, сам архангел, уже давно, смирился, что он сохнет по младшему Винчестеру, а-ля девочка из средней школы. Даже принял, как должное, что Сэм ответной симпатии не питает. По крайней мере, он был уверен в этом. Пока Дин-о не спалил братца на кухне. В половину второго ночи. — Сэмми, всё в порядке? — мысленно Гейб закатил глаза, представив, как эти двое, мать его Винчестеров, изливают душу. А судя по сострадательному взгляду старшенького, к этому всё шло. — Да, Дин, конечно, разве не должно быть? — Габриэль уже собирался отойти поглубже в сознание, чтоб не слышать дальнейшего и не чувствовать себя здесь лишним. — Эм… нет…просто, ведь, Габриэль… — А, что, Габриэль? — Сэм, напрягшись, вдруг оборвал брата, сделав акцент на имени, столь резко, что это даже удивило Архангела. — В прошлый раз — с несвойственной ему осторожностью, начал Дин, — ты убивался несколько месяцев. «ЧТОООООО?!» — Габриэль был в шоке. Настолько, что даже не подумал, о таком нюансе, как-то, что Сэм мог бы услышать его. К счастью, тот был слишком занят братом. И кофе, который едва не выронил из рук. — Вообще-то, нет. — Сэмми… — Дин. Я устал, а завтра опять работа, — произнёс Сэм, залпом выпивая весь кофе, и, уходя по-быстрому из кухни. Габриэль, наконец-то, взявший себя в руки, раздумывал: спросить у Сэма самому об этом, или подождать, пока тот расскажет. И принял решение взять инициативу на себя. Но ему нужно время, чтоб заглушить стервозную надежду, прорывавшую внутреннюю оборону бывшего слуги небес. «Сэмми просто добряк, вот и переживал, что ты погиб из-за них. Себя винил.» Надежду, на тёплые чувства охотника к нему, это не сильно-то и усмирило. Зато появилось невиданное до того момента чувство. Вина. Гейбу впервые стало СТЫДНО, что он обманул всех своим трюком с Люси. Обманул Сэма. Человека, который, судя по всему, переживал из-за этого. Впервые Архангел Габриэль испытывал чувство вины за то, что выбрал свою жизнь, а не спасение этого мира.