Боль забытой любви

      Ответ на телеграмму пришёл уже вечером того же дня, что ее и отправили. Помимо возмущений: «Я тебе не Дитрих», «Весь в отца: никакого воспитания и соблюдения приличий» и «Яблоко от яблоньки недалеко падает», в ней было также приглашение приехать в Германию в любое время, чем Сиэль и решил воспользоваться.       - Мы должны поехать как можно скорее, Себастьян. Желательно, уже через пару дней. Он вряд ли бросит свои дела и прибудет сюда, чтобы проверить все самостоятельно. Это огромный плюс, так как никто в здравом уме не станет инвестировать в «Фантом», увидев истинное положение вещей, - сказал Сиэль, когда они зашли в особняк, вернувшись вечером домой с фабрики, - И не затягивай с ужином.       - Вы хотите решить этой поездкой только финансовые проблемы, господин?       - Не только. Хочу узнать, не в курсе ли он последних дел отца. Да и любая другая информация может пригодиться, - ответил он, направляясь к себе.       «Мне нужна другая одежда. Так мне разве что пару пенни дадут, и то в качестве милостыни», - Сиэль задержался взглядом на своём отражении в зеркале, мимо которого он проходил: «В вещах, которые остались в общежитии, тоже ничего подходящего нет. Даже если спороть все нашивки, Дитрих все равно узнает форму колледжа, в котором сам учился. А остальная моя одежда даже близко не соответствует образу и статусу успешного фабриканта. Ничего не поделаешь, придется потратиться». …       Подготовка к поездке прошла сумбурно, но в кратчайшие сроки. Помимо дел на фабрике, Фантомхайву пришлось несколько раз съездить к портнихе, у которой он оставил львиную долю всех своих сбережений, зато разжился несколькими новыми костюмами и пальто. Кроме того, он приобрёл чёрную повязку, чтобы прятать печать контракта на глазу, которая хоть и была удобнее, чем бинты, но всё же мешалась почти так же.       Себастьян на протяжении всего этого времени вёл себя сдержанно, строго соблюдая данное им обещание, и даже спрашивал у своего хозяина разрешение на то, чтобы вымыть или переодеть его. Сиэль относился к таким переменам настороженно, как к затишью перед бурей, опасаясь, что демон выкинет что-нибудь, когда они будут в Германии. Поэтому, всю дорогу от вокзала до поместья Дитриха чувствовал себя как на иголках. …       - Как же ты похож на отца! – воскликнул после коротких слов приветствия Дитрих, жестом приглашая Фантомхайва к столу, - Только глазами в Рэйчел. Глазом… Что у тебя с глазом, сынок?       Сиэль запомнил этого человека именно таким: громким, прямолинейным, резковатым. Но внешне узнать в этом обрюзгшем мужчине того статного красавца, каким он являлся восемь лет назад, было нереально.       - Несчастный случай, - «Надеюсь, он не начнёт допытываться, какой».       - Могу посоветовать тебе отличного военного хирурга, лучшего в своём деле. В случае, если нужно, он подскажет, где можно заказать хороший протез.       - Спасибо, меня и так все устраивает.       - Ну а впрочем, чего я лезу. Сам взрослый уже, разберёшься. Я слышал, что Ангелина… умерла, - сменил тему Дитрих.       - Да, туберкулёз.       - Ты уж прости меня, что я после того, что случилось с Винсентом и Рэйчел не справился ни разу о том, как ты. Я был уверен, что с Ангелиной-то, ты уж точно не пропадёшь. Я ведь одно время приударить за ней пытался. Чтобы по-серьезному всё хотел. Она уже, казалось, тогда оправилась после похорон Дюлеса. И я думал… Но она отказала мне, а я же язык за зубами никогда держать не умел, промолчать там, где нужно. Вот и ляпнул тогда, что пора ей завязывать по Винсу сохнуть. Она тоже в карман за словом не лезла. Ответила, что сгинуть в немецкой глуши, поднося пиво грубому солдафону, так себе перспектива. Потом ещё парочкой крепких выражений обменялись. И после этого неудобно было как-то интересоваться как вы, предлагать свою поддержку. Да, она бы и не приняла, - поник Дитрих.       «У него были чувства к тете? Я об этом не знал, более того, даже не догадывался об этом. Она о нем никогда не говорила», - Сиэль не знал, что будет уместным сказать после таких откровений.       - Ничего уже не изменишь… Так какой помощи ты от меня ждёшь? - после недолгой паузы продолжил мужчина, заметив, что его собеседник в замешательстве.       - Я предлагаю тебе вложить деньги в мою фабрику, - юноша постарался, чтобы его слова прозвучал уверенно, он уже примерно придумал, что будет отвечать на вопросы, которые за этим последуют.       - Хорошо, но я смогу назвать сумму только через пару-тройку дней. Погостишь у меня это время?       - Да, конечно, - «Он так быстро согласился?», - Ещё я хотел спросить… Не был ли ты в курсе последних дел отца?       - Шутишь что ли? Винсент не любил посвящать кого-либо в свои дела. Даже если он просил меня о чем-нибудь, никогда не считал нужным сообщать мне все детали плана. Говорил: «Сделай именно так», и всё. А дальше, хоть тресни, ничего не выпытаешь. Бесило меня это жутко.       - А в его поведении ничего странного не замечал?       - Странного? Незадолго до случившегося был один странный разговор… Он ни с того, ни с сего попросил позаботиться о тебе и Рэйчел, если с ним вдруг что-нибудь случится. Я тогда отшутился, сказал, что вот уж никогда не поверю, что он помрет раньше меня. Кто ж знал, что так получится.       «Выходит, отец предполагал, что его в скором времени могут попытаться убить? Или же это было сказано абстрактно, и он просто гипотетически допускал такой исход, учитывая то, чем он занимался, не имея в виду ничего конкретного?», - задумался Сиэль.       - Ты, наверное, устал с дороги? Горничная проводит тебя в спальню, - видимо, воспоминания об умершем друге окончательно разбили Дитриха, и продолжать разговор дальше он был не намерен.       - Было бы неплохо, - Фантомхайв поднялся из-за стола и пожелал хозяину дома добрых снов. …       - Почему ты здесь? Разве тебе не выделили комнату? – Сиэль проснулся посреди ночи и увидел, что Себастьян сидит на подоконнике за тонкими, почти совсем прозрачными шторами. Парень был уверен, что демон пристально смотрит на него, хотя свет от окна, падавший на него со спины, не позволял рассмотреть его лица.       - Простите, я сейчас же уйду, - ответил слуга.       - Постой… Ты здесь, потому что ты не чувствуешь этот дом, верно? Ведь он не создан тобой.       - Отчасти, поэтому. И ещё здесь люди. Они немного сбивают мое чутьё. Если этот человек причастен к смерти Ваших родителей, он может попытаться навредить Вам.       - Я сильно сомневаюсь, что это мог быть он, хотя полностью не исключаю и этого. Неужели, ты боишься не успеть, в случае чего? - «Да от него не так уж сложно отделаться при желании. Достаточно избавиться от печати и затеряться в толпе. Вопрос только в том, сколько времени можно выиграть таким образом. И как этим временем воспользоваться».       - Скорее перестраховываюсь. Я в любом случае успею, господин, - в этой фразе Фантомхайв уловил не то предостережение, не то вызов.       «Правда ли это? Действительно ли он успеет, если его не будет рядом, а я не стану звать? Например, если в меня будут стрелять из укрытия или нападут во сне. Я не буду видеть убийцу и даже, скорее всего, не почувствую опасности. Как он защитит меня тогда, если не будет находиться прямо возле меня?», - из-за того, что Сиэль сейчас не видел лица демона, он не мог определить, не врет ли последний о том, что его защита так уж абсолютна.       - Ты же все равно не уйдёшь сейчас, так? Вернёшься тенью и спрячешься в темном углу, - озвучил вслух своё предположение парень.       - Вы угадали, господин, - слуга отозвался не сразу, видимо, задумавшись, признавать это или нет.       - Можешь лечь со мной. Раздражает, когда ты сидишь там и пялишься. Только руки не распускай. И… разденься…       Демон неслышно спрыгнул с подоконника. Сиэль закрыл глаза и отвернулся в сторону: «Я впустил его в мою постель. То, что было тогда в ванной уже не представляется мне чем-то плохим и грязным. Возможно, это даже не было достаточно унизительным. Никак не получается забыть... Когда смотрю на него. Когда слышу его голос. В моей голове снова и снова звучат те слова, что он говорил мне в тот вечер. Ощущение его власти надо мной, его силы, осознание того, что я принадлежу ему…»       - Вы можете удовлетворить своё любопытство, господин, - голос Себастьяна заставил его вздрогнуть.       - Не собираюсь я ничего удовлетворять! Не хватало ещё, чтобы Дитрих догадался. И я надеюсь, не стоит напоминать, что тебя никто не должен увидеть в этой комнате.       - Разумеется, господин. Я не стану ставить под угрозу Вашу репутацию, как и обещал.       - Залезь уже под одеяло.       Когда парень почувствовал как Себастьян лёг на кровать слева от него, он открыл глаза и повернулся к нему.       - Я понял, что ты будешь играть в покорность до тех пор, пока тебе нравится это. Пока тебя это забавляет. Считаешь, что я целиком в твоей власти, и ты можешь взять что угодно, моё тело, мою душу, в любой момент? - Сиэль протянул руку и коснулся ею бока демона под одеялом, - И сейчас я, пожалуй, ничего с этим поделать не могу. Уповая лишь на твоё слово. Полагаясь только на твои обещания. Всё же знай, если я пойму, как мне обойти контракт и остаться в живых… Не факт, что я воспользуюсь этим, конечно. Я сдержу своё слово, если ты сдержишь своё, но перестану вожделеть тебя в тот же миг, - он провёл кончиками пальцев по гладкой обнаженной коже Себастьяна от талии до бедра.       Демон перехватил его кисть и сжал почти до боли, в его глазах полыхнула злоба. Сиэль подождал несколько секунд пока тот не ослабил хватку, повернул руку ладонью вверх и сплёл их пальцы вместе.       - Отдаю Вам должное. Смелости Вам не занимать, - Себастьян погладил его запястье большим пальцем.       «Если бы... Это только игра в смелость. Ставка в которой - моя жизнь», - засыпая, подумал Сиэль.