Боль забытой любви

      «Резня в китайском квартале, убито семнадцать человек», - гласил заголовок утренней газеты.       Сиэль сделал глоток чая и поднял взгляд на демона, поставившего перед ним на стол блюдце с кусочком шоколадного торта.       «Два дня. Как точно он угадал», - отметил про себя юноша. Ровно столько времени прошло с того момента, как руками Себастьяна были устранены конкуренты Лау.       Далее в статье говорилось о том, что Скотленд-Ярд не исключает связи между убийствами крупного дельца из Шанхая, членов его семьи, а также слуг, произошедшего двумя днями ранее, и простых рабочих в доках, являющихся выходцами из Китая, случившегося этой ночью, однако окончательные выводы будут сделаны только после проведённого расследования.       Сиэль свернул газету и отложил её в сторону, вспоминая то, о чём говорил ему тогда Себастьян. …       - Пара дней жизни в ожидании гибели, наполненных ужасом, не стоили бы тех проблем, которые они могли бы создать Вам, сболтнув лишнего не там и не тому. Лау всё равно убил бы их, - парень почувствовал, как его кожа покрылась мурашками от скользнувшего сзади по шее горячего дыхания демона.       В ту ночь Сиэль лежал в своей постели без сна до самого рассвета, пытаясь привести в порядок хаос сумбурных мыслей в голове и противоречивых чувств в сердце, допуская даже то, что он на самом деле давно уже сошёл с ума, а весь минувший день – лишь кошмар, порождённый его больным воображением. Иначе как ещё объяснить всё, что произошло с ним в последнее время?       Юноша слышал, как Себастьян тихо открыл дверь спальни, вошёл, затворив её за собой, а после неспешно пересёк расстояние до кровати и лёг у него за спиной.       Вечером, вернувшись от Лау, они едва ли перекинулись парой слов. Отправляясь спать, парень был зол на демона, но всё же до самого утра ждал, когда тот придёт к нему, когда сильные руки сомкнутся, прижимая его к груди, крепко, жарко.       - Ты уже выбрал тот путь, на котором нет места милосердию и жалости. Теперь иди по нему до конца, или давай прекратим всё прямо сейчас, - Себастьян стиснул юношу в своих объятьях сильнее, - Или ты подумал, что я не заберу причитающееся мне?       Сиэль отрицательно покачал головой, поворачиваясь к демону.       - Смерть? Хорошо, не забудь потом, в конце, что ты пообещал мне её, - плотные тяжёлые шторы не пропускали в комнату блёклого света едва занявшегося утра, не позволяя юноше разглядеть того, что отразилось в глазах его слуги, после сказанных им слов, однако пальцы демона на плечах парня едва заметно дрогнули. …       Почему-то сейчас, узнав, что Лау разобрался либо с последними выжившими сторонниками вражеского клана, либо с теми, кто не пожелал признать его в качестве нового хозяина, Сиэль вспомнил о том разговоре с Себастьяном. Возможно, причиной тому послужило то обстоятельство, что юноша ничего не почувствовал, прочитав эту новость: ни чувства вины за то, что отчасти именно его действия запустили цепочку событий, которые привели к гибели и этих людей тоже, ни сожаления по поводу случившегося, как не почувствовал ничего и тогда, когда демон напомнил ему, что их контракт и взаимные обязательства по нему никуда не делись.       - Что-то не так? – нахмурился парень, посчитав, что взгляд слуги слишком уж надолго задержался на нём.       - Нет, - отрицательно покачал головой демон.       «Всё в порядке, значит?», - с недоверием отнёсся к ответу слуги парень: «Разумеется, ты знаешь, о чём написано в этой газете. И что? Ждёшь, что я из-за этого разрыдаюсь что ли?»       - Меня не касается то, как Лау поступает со своими людьми. Если он решил их убить, значит у него были на то причины. Мне на это наплевать, - «Совершенно наплевать, как и на то соврал ли ты мне тогда, когда сказал, что отпустишь, если я захочу этого, или, наоборот, когда спросил не понадеялся ли я случайно, что ты не убьёшь меня. Мне всё равно».       В какой-то момент Сиэль перестал чувствовать что-либо, кроме ощущения всепоглощающей пустоты. Он не знал, когда именно это случилось: сразу после того, как он узнал, что его приказ был исполнен, или уже тогда, когда он позволил Себастьяну уйти вместе с Лау, а может утром нового дня, проснувшись убийцей. Он вдруг понял, что если не думать о том, что случившееся должно причинять ему мучительную боль, то этой боли в общем-то и нет, будто она провалилась куда-то очень глубоко в его подсознание и затаилась там до поры, до времени, также, как и страх смерти, или скорее потери жизни, да и вообще потери чего-либо. От этого должно было бы стать грустно, но грусти тоже не было, как впрочем и радости. Юноше хотелось бы, чтобы так всё и оставалось до самого конца, поэтому он старался не задевать эту рану лишний раз, боясь, что будет раздавлен этим невыносимо тяжёлым грузом.       - Во сколько Лау должен сегодня подъехать? – уточнил Сиэль, доедая остатки торта. Голода парень в последние дни тоже не испытывал, но безропотно съедал всё, что подавал к столу Себастьян.       - Должен явиться с минуты на минуту, - ответил ему демон, посмотрев на часы.       Обговорив с Лау позавчера вечером ключевые вопросы предстоящего совместного дела, они решили все последующие их встречи, по возможности, перенести в особняк, чтобы Сиэль не мелькал в курильне слишком уж часто. Юноша не испытывал особого восторга по этому поводу, скорее воспринимал присутствие Лау в поместье, как удручающую необходимость, впрочем, проводить столько времени в его вонючем притоне было бы гораздо хуже, именно поэтому парень не возражал, когда Себастьян выдвинул эту идею.       - Полагаю, ты справишься с текущими вопросами на фабрике сегодня, - осознание того, что нанять управляющего он теперь не сможет, так как лучше бы постороннему человеку не вникать в его новые, не совсем кристально чистые дела, а уделять фабрике столько же времени, сколько уделял до этого момента, не получается уже сейчас, пришло к Сиэлю накануне вечером. Юноша высказал демону свои претензии по этому поводу, на что тот предложил свою помощь в любом виде. Парень хотел было придумать какое-нибудь нудное занятие ему в наказание, но в итоге махнул на это рукой, - Завтра я поеду туда сам. Если возникнут какие-то проблемы, не терпящие отлагательств, то вернёшься за мной.       - Да, мой господин, - поклонился ему Себастьян.       - Доброго Вам утра, молодой граф, - поприветствовал Сиэля вошедший в столовую в сопровождении Мэйлин Лау.       Юноша молча кивнул ему, отставив чайную чашку в сторону.       «Надо будет сказать Мэйлин, чтобы она не вела всяких проходимцев сразу же непосредственно ко мне», - с раздражением подумал Фантомхайв: «Она опять всё забыла, или посчитала, что раз я жду его, то это отменяет общее правило о том, что в её обязанности входит сначала доложить мне о визитёре, а уже потом проводить его туда, куда я скажу, или выставить за порог? Хотя с чего бы мне самому ей об этом говорить? Воспитание прислуги – обязанность Себастьяна».       Сиэль перевёл мрачный взгляд с только что вошедших на демона.       - Будут ли ещё какие-либо распоряжения? – поинтересовался тот.       - Нет, ты можешь идти.       «Не отчитывать же мне тебя при посторонних в конце концов», - вздохнул юноша.       «Он ещё и эту «сестру» свою с собой притащил», - только сейчас Сиэль заметил маячившую за спинами Лау и Мэйлин Лан Мао, что вызвало у парня ещё один тяжёлый вздох и неосознанное движение руки к тому месту на шее, куда несколькими днями ранее женщина приставила отравленную иглу. …       «Сколько часов мы уже тут сидим?», - сквозняк от распахнутого настежь окна кабинета, пошевелил край наполовину исписанного листа бумаги, лежащего на столе перед Сиэлем, и принёс слабый запах дыма от трубки Лау, заставив парня поморщиться.       «Простите, ничего не могу с собой поделать», - сказал мужчина почти сразу же, как только они поднялись в кабинет из столовой, после чего закурил.       Не то чтобы юноше нравилось то, что Лау почти всё время стоял прямо за его спиной, но так хотя бы большую часть дыма сразу вытягивало в окно, иначе к этому моменту кабинет Фантомхайва уже превратился бы в подобие курильни, которая так его раздражала в первую очередь своей вонью. Впрочем, немного привыкнув, Сиэль даже стал находить в таком положении определённые плюсы, как например то, что из-за высокой спинки кресла, в котором он сидел, мужчина не мог увидеть недовольную гримасу на его лице, или заметить, что парень уже давно пропускает большую половину сказанного им мимо своих ушей.       Они находились в кабинете вдвоём, Лан Мао уже довольно долго бродила где-то по дому или по тому, что должно было в ближайшем будущем стать садом поместья, если конечно Финниан не будет слишком усерден в своих стараниях, которые приносили гораздо больше вреда, нежели чем пользы.       Отсутствию этой женщины в кабинете Сиэль тоже был только рад, поэтому совершенно равнодушно отнёсся к просьбе Лау разрешить ей немного прогуляться здесь.       Юношу не волновало то, что Лан Мао вероятно пыталась таким образом разузнать или найти что-то по поручению своего «брата», ведь в доме не было ровным счётом ничего, что могло бы представлять хоть какую-то ценность для хозяина курильни. Что касается информации о расположении комнат, дверей и окон, то эти сведения также не принесли бы никому никакой пользы, учитывая магическое происхождение особняка. Зато в том случае, если при следующей атаке на поместье, наёмники будут вести себя так, будто хорошо осведомлены о том, что и где находится, сразу же станет понятно, кто в этом замешан. Именно поэтому Сиэль предпочёл отыграть роль доверчивого простака и, не проявляя излишней подозрительности, сказал женщине, что она может ходить где ей только вздумается, так как никаких секретов от нового партнёра в делах, а также его «семьи», у него нет.       - Вам не следует слишком сближаться с ним, бесполезный для нас человек, из-за которого можно лишиться весьма выгодных связей, - подытожил свой рассказ об ещё одном аристократе Лау.       Вскинув брови, Сиэль пробежался взглядом по своим записям и понял, что понятия не имеет, о ком сейчас шла речь.       «Это крайне важно. Второй возможности произвести первое впечатление не будет», - именно так аргументировал Лау необходимость для юноши заранее узнать о том, в каких отношениях между собой находятся представители лондонской знати.       Сиэль тогда согласился с мужчиной, полагая, что сможет узнать что-то полезное, касающееся его расследования, и для себя. Парень даже поначалу делал пометки на листе бумаги, но вскоре понял, что Лау собрался пересказать ему все сплетни, которые он знал, сводящиеся по большей части к тому, кто кого трахнул и с кем из-за этого рассорился.       Сиэль довольно быстро утратил интерес к происходящему, лишь периодически вникая в то, что говорил мужчина, да и то, когда тот обращался к нему.       - Вы ведь не слушали меня, верно? – Лау подошёл ближе и остановился рядом с креслом юноши, сбоку от него.       Сиэль посмотрел на него, изобразив, как мог, непонимание со смесью обиды за несправедливую претензию на своём лице, но спорить не стал.       - Вам кажется незначительной ерундой то, что я говорю, но если Вы сразу сблизитесь не с теми людьми, переиграть что-либо после будет уже очень сложно, - продолжил наседать на парня Лау.       «Это нужно тебе, а не мне. Я плевать хотел на то, что тебе надо подбить клинья к какому-то там чиновнику, чья троюродная племянница любовница какого-то там аристократа. Я не собираюсь ни перед кем стелиться ради тебя и не стану плясать под твою дудку. Ты не сможешь ничего мне сделать. Не теперь, когда от меня зависит то, получишь ли ты желаемое, касательно расширения рынка сбыта опиума и прочей контрабанды, и если получишь, то в каком виде», - понимание того, что Лау станет крайне невыгодно ссориться с ним, даже если он откажется играть роль его марионетки благородного происхождения, пришло к Сиэлю не сразу, а лишь когда юноша немного свыкся с мыслью о том, что смешивая с грязью семейное дело, он совершает жертву во имя благой цели, оправданную и необходимую.       Парню было всё равно, чем руководствовался стоявший сейчас рядом с ним человек, когда решил пойти на столь рискованную сделку, которая может лишить его весьма внушительного состояния, если что-то пойдёт не так, а заодно поставить в невыгодное положение перед его роднёй в Китае. Возможно, Лау ухватился за кажущуюся ему перспективной возможность воплотить в жизнь свои давние амбиции, либо был одурманен жаждой наживы, или же Себастьян попросту искусно запудрил ему мозги, но так или иначе события последних дней доказывали, что мужчина подошёл к вопросу основательно и отступать, как и мелочиться не собирается. Такими темпами, всего через несколько месяцев прекращение их сотрудничества станет для Лау подобным катастрофе, поэтому мужчина уж точно несколько раз подумает прежде чем предпринять какие-либо действия, способные подпортить их отношения, а значит Сиэль может не беспокоиться о том, что тот распустит о нём грязные сплетни или сделает что-то ещё в этом же духе.       - Не переживай, я внимательно тебя слушаю и делаю выводы, - со снисходительной улыбкой ответил ему Сиэль, - Тебе не следует волноваться о том, что я сближусь не с теми людьми, этого не произойдёт.       «Я вообще ни с кем сближаться и заводить дружбу не собираюсь. И если тебе будет нужно, чтобы я добился чего-нибудь от кого-либо, то вряд ли ты это получишь, если только при этом не будут удовлетворяться и мои интересы в том числе», - ставить об этом в известность Лау парень пока не собирался, но уже довольно живо представлял себе, как тот будет беситься, стараясь сохранить это расслабленно-непринуждённое выражение лица, когда поймёт, что ручной граф Фантомхайв оказался не таким уж и ручным.       - И какие же выводы Вы сделали, позвольте спросить? – поинтересовался Лау.       - Как минимум о том, что впредь не стоит связываться с такими мерзкими сплетниками, как ты, - без тени смущения заявил Сиэль.       - О, ну до «мерзкого сплетника» я вряд ли дотягиваю, скорее я «интересный собеседник». Люблю быть в курсе последних событий, не более того, - усмехнулся Лау, ничуть не обидевшись, - Что касается Вашего заключения, то в целом оно верное, но тут скорее надо принимать во внимание причину, а не следствие: что бы вы не сделали или не сказали, рано или поздно может стать достоянием общественности, помните об этом. Ну а приведёт ли это Вас к провалу или триумфу, зависит только от Ваших талантов. Безупречная репутация или скандал за скандалом, можно использовать как то, так и другое, но пока Вы лишь сын того самого Фантомхайва, может статься, что Вы так навсегда и останетесь им.       «Это он так попытался меня изощренно оскорбить, просто задеть или припугнуть? Что ещё за скандал за скандалом?», - юноше не понравилось ровным счётом ничего из того, что произнёс сейчас мужчина. Для Сиэля не было секретом то, что ему даже близко не сравниться с собственным отцом, но слышать об этом из уст постороннего человека было не слишком-то приятно. Высказывание же о том, что можно каким-то образом использовать скандальную репутацию заставило юношу напрячься.       - То, что легко простили бы Вашему отцу, навряд ли простят Вам. Поэтому для Вас было бы лучше вести себя потише, да поприветливее. - продолжил Лау, - Не называть мерзких сплетников мерзкими сплетниками ни за глаза, ни тем более в личной беседе, к примеру. И уж точно не запрыгивать ни в чью постель, думаю, мы оба прекрасно понимаем, о чём идёт речь. Я не говорю об отношениях между Вами и Вашим дворецким, которые, разумеется, также не стоит афишировать на людях. Что есть, то есть. Он кажется весьма благоразумным и похоже тоже имеет свою заинтересованность в том, чтобы Вы достигли определенных высот в светских кругах. Я имею в виду порочные связи с аристократами, а также надеюсь, что Вы проявите осторожность и не забудете, что то, о чём сегодня треплется горничная с кухаркой, завтра может наделать шума в дорого обставленных гостиных.       «Что он о себе возомнил?! За кого он меня принимает?!», - Сиэль почувствовал как от ярости побагровело его лицо, даже глаза налились кровью.       Крепко, почти до боли, стиснув зубы, юноша уже всерьёз подумывал позвать Себастьяна и велеть тому разорвать наглеца на мелкие кусочки, чтобы его кровь и внутренности щедро залили пол и ковёр кабинета, но Лау, заметив реакцию на свои слова, лишь улыбнулся и наклонился к парню чуть ниже.       - Не нужно так злиться. Я действительно целиком и полностью на Вашей стороне. Вы можете всецело доверять мне. Поверьте, я приложу все усилия, чтобы не проиграть, ведь я поставил на Вас так много, - после этой фразы мужчина расхохотался и вернулся обратно к распахнутому окну, - Кто бы мог подумать, что однажды я скажу это именно Вам.       Сиэль перегнулся через подлокотник своего кресла и выглянул из-за его спинки, посмотрев на Лау.       - Сейчас я расскажу Вам одну небезынтересную историю, - усмехнулся Лау, поймав его взгляд, - Полагаю, её Вы будете слушать гораздо внимательнее, чем всё, что я говорил до этого.       Эти слова заставили юношу занервничать ещё больше от предчувствия чего-то скверного, поэтому он предпочёл промолчать, чтобы не показать мужчине, что ему удалось достичь своей цели и окончательно выбить его из равновесия.       - Однажды я уже поведал Вам, как я оказался здесь в Лондоне вместе с Лан Мао, - продолжил мужчина, не дождавшись от своего собеседника изъявления желания слушать его дальше, - О, это были поистине тяжёлые для нас обоих времена. Деньги, которых и так было не так уж много, стремительно заканчивались, податься нам было некуда, так как люди из клана Лан Мао наверняка не были бы слишком любезны со мной, к своим же соваться мне тоже не стоило – убили бы нас обоих, поэтому мы старались обходить любого китайца десятой дорогой. Бесконечно так продолжаться не могло, мы стали думать, как поступить дальше, и решили бежать дальше, куда-нибудь в Восточную Европу, где планировали осесть и затаиться в каком-нибудь тихом месте, но на это нужны были средства. Мы могли выручить неплохую сумму, которая покрыла бы наши расходы на первое время, за тот самый фамильный меч, что я прихватил с собой, но покупателя найти оказалось не так-то просто, ведь нужно было не попасться и не продешевить. Время шло, дело не сдвигалось с мёртвой точки, зачастую мы ложились спать голодными, более того, вскоре денег не осталось бы даже на оплату той убогой, кишащей клопами и тараканами, затхлой комнатёнки, что мы сняли. Наняться на работу было слишком рискованно и не стоило тех грошей, что мы могли бы с этого заиметь. Я начал подумывать о том, чтобы оставить Лан Мао и пойти сдаться людям моего брата, таким образом, пожертвовав собой и не оставив ей никаких вариантов, кроме как вернуться к своим, где ей ничего не грозило. Увы, это стоило бы мне жизни, в чём я был абсолютно уверен. Несомненно, на Родине родители не позволили бы убить меня, но брат не из тех, кто прощает предательство, а значит от меня избавились бы по пути домой, вероятно, обставив всё так, будто я сам прыгнул за борт или что-то вроде того. Незавидный конец, но всё же лучше, чем умереть от голода. Я уже почти решился, как вдруг один человек, с которым я общался ранее по поводу продажи меча, вышел со мной на связь, сообщив, что есть покупатель – один аристократ, коллекционер оружия. Новость была отличная, вот только нужно было подождать восемь дней, а ни еды, ни денег у нас уже не осталось. Показать моим новым знакомым, которых сложно было назвать благородными господами, что мы находимся в крайней нужде накануне сделки, было плохой идеей, поэтому оставалось только терпеть и надеяться, что она состоится. Той же ночью Лан Мао куда-то улизнула, я заподозрил неладное, опасался, что она попытается связаться с кем-то из своего клана, чтобы попросить о помощи, и раскроет нас, теперь, когда впереди забрезжил луч надежды, но под утро она вернулась одна, кроме того притащила с собой подгоревший чёрствый хлеб. Я спросил у неё, где она его взяла, на что она ответила, что мне не стоит волноваться об этом, что этот хлеб всё равно скормили бы свиньям и никто даже не заметит его пропажи. Я не стал возражать и придираться к ней из-за этого. Не то, чтобы я был в восторге от того, что моя сестра опустилась до кражи еды, но мы были слишком голодны, поэтому просто предпочли не обсуждать эту тему. С того дня Лан Мао совершала набеги на пекарню каждую ночь.       Всё шло к тому, что Лау вот-вот раскроет то, как он стал тем, кем являлся сейчас. Сиэля всё больше охватывало неприятное чувство тревожного беспокойства.       - Так мы продержались до последнего дня. Уже утром я должен был сбыть таинственному покупателю семейную реликвию и отдать посреднику его долю, после чего мы планировали сразу же покинуть Лондон. Собирать с собой было особо нечего, так что к путешествию мы уже были готовы. В ту ночь нам не стоило искушать судьбу, но Лан Мао снова отправилась на уже ставший привычным промысел, а я её не остановил. О том, что что-то пошло не так, я догадался сразу, как только сестра ввалилась в комнату, задыхающаяся и испуганная, поначалу я подумал, что она попалась кому-то из тех, кто разыскивал нас, неважно из какого клана, но оказалось, что это хозяин той пекарни подстерёг её и со словами: «Так это ты, мерзавка, повадилась таскать у меня хлеб!», поймал за руку. Лан Мао принялась отбиваться, схватила со стола что-то из кухонной утвари и огрела пекаря по голове, вот только силу удара она не рассчитала и бедолага помер. Я принялся успокаивать сестру, говорил ей, что завтра мы уже будем далеко, и если погони за ней не было, то и бояться нам нечего. Лан Мао, в свою очередь, была уверена в том, что не привела никого за собой, и если она так считала, то мне сомневаться в этом было ни к чему, так как мало кто может сравниться с сестрой в умении запутывать преследователей и заметать следы. Но стоило только нам с облегчением выдохнуть, как в дверь постучали. Бежать было некуда, так как единственное маленькое окно нашего временного пристанища выходило на ту же сторону, что и дверь. То, что ночной визитёр тактично постучал, а не ломился с криками: «Откройте, полиция!», внушало некоторые надежды, поэтому я решил всё же отворить дверь и если окажется, что это констебль из-за происшествия в пекарне, наврать ему что-нибудь, лишь бы спровадить, чтобы сбежать с сестрой. Представьте себе моё удивление, когда я увидел на пороге молодого мужчину явно из знати.       Сиэль нервно сглотнул, он уже догадывался, кем мог быть тот человек.       - Он сказал мне, что знает о том, кто я и как оказался здесь, - продолжил Лау, - А также, что может помочь мне. Взамен я должен был возглавить как легальную, так и теневую стороны бизнеса моей семьи в Лондоне, он же, в свою очередь, пообещал дать мне возможность подняться так высоко, как никому из моего клана и не снилось. Стоит ли говорить, что я никогда не мнил себя способным возглавить дела семьи за границей, более того, тогда я был слишком юн и неопытен для этого, как в моих собственных глазах, так и в глазах любого члена моего клана. Я поделился своими опасениями со странным гостем. Тот ответил, что принуждать меня не станет, однако предупредил, что как только он выйдет за порог, в комнату войдёт констебль. Безучастно добавив при этом: «К тебе у властей никаких претензий нет, вот только девчонка – воровка и убийца. Такие незамысловатые дела обычно рассматриваются судьёй очень быстро, но учитывая твоё положение, я не могу ручаться, что ты доживешь до того дня, когда её вздёрнут на виселице». Я признал то, что согласиться на его условия будет лучшим вариантом для нас с сестрой, при этом высказав сомнения в том, что вряд ли у него получится сделать из меня того, кем он хочет меня видеть, и он лишь зря потратит своё время. На что услышал: «Поверь, я приложу все усилия, чтобы не проиграть, ведь я поставил на тебя так много».       Лау сделал театральную паузу, после чего наигранно воскликнул:       - Ах, совсем забыл упомянуть, что человеком, о котором я только что говорил, был Винсент Фантомхайв, Ваш отец!       «Это ещё ничего не значит! Совершенно ничего не значит!», - Сиэль уже довольно давно догадывался, о ком идёт речь, но после сделанного Лау уточнения, всё же побледнел и сменился в лице: «Даже если это отец покровительствовал этому проходимцу, ещё неизвестно, зачем ему это было нужно. Может он хотел таким образом разрушить сеть мафии, окутавшую Лондон, изнутри. А вот тут уже вполне вырисовывается мотив для убийства моих родителей, если Лау остался недоволен, узнав об этом плане».       «А может они что-то не поделили между собой?», - возникло в голове предположение, озвученное голосом Себастьяна. Почему то юноша не сомневался, что в этой ситуации демон сказал бы именно эти слова.       «Нет, заткнись! С чего бы отцу иметь дела с мафией, да ещё быть с Лау в доле? Такого попросту не может быть. Это невозможно», - сразу же отмёл эту мысль Сиэль, радуясь, что Себастьян не присутствовал при их разговоре, и решив никогда не рассказывать ему об этом, чтобы не допустить, чтобы этот вымышленный диалог произошёл в реальности.       «Лау… Тоже мне жертва. Можно подумать из этого ублюдка мог бы получиться добропорядочный человек, не вмешайся тогда мой отец», - то обстоятельство, что фактически Винсент Фантомхайв вынудил удачно подвернувшегося ему под руку попавшего в беду отпрыска мафиозного клана, которому на тот момент было примерно столько же лет, сколько и Сиэлю сейчас, встать на преступный путь, также не вызывало у парня положительных эмоций.       - Уже на следующий день я и Лан Мао перебрались в роскошную гостиницу, где останавливались только богачи и аристократы, а ещё через пару дней, на одном из светских вечеров, я был представлен высшим кругам как отпрыск знатного рода с Востока, прибывший в Лондон с целью возглавить местный филиал семейной компании «Кунь Лунь». На тот момент это заявление было слегка преждевременным, но совсем скоро эти слова стали правдой. Внезапно и неожиданно я стал невероятно ценен для людей своего клана, ведь никто из них даже помыслить не мог о том, чтобы оказаться даже на пороге особняка аристократа, не говоря уж о приглашениях на светские приёмы, что в свою очередь позволяло завести связи и знакомства совсем другого, более высшего порядка.       Несомненно, Лау нравился эффект, произведённый на юношу его рассказом, отчего его рот растягивался в улыбке всё шире, мужчина буквально смаковал каждое своё слово.       - Ваш отец рисковал, но он смог просчитать всё до мелочей и таки добился своего. Более того скажу, что я до сих пор затрудняюсь ответить на вопрос спас ли он меня тогда или же отсёк единственную существовавшую для меня возможность порвать с кланом, тем самым предопределив всю мою дальнейшую жизнь.       - Жалеешь? – хмыкнул Сиэль.       - Нет, что Вы, - отмахнулся мужчина, - Всё сложилось весьма неплохо и мне не на что жаловаться. Но я буду очень сильно жалеть, если все потраченные мною на Вас усилия не принесут результата. Поэтому я хотел бы, чтобы в наших общих делах не было недосказанностей и белых пятен.       «Что ещё ему от меня надо?», - с трудом сдержался, чтобы не возмутиться вслух юноша.       - Этот Ваш Себастьян… Кто он и откуда? Ваш отец его Вам оставил? – то, насколько резко мужчина перескочил с одной темы на другую, заставило Сиэля нервно дёрнуться.       - Что за вздор? Никто его мне не оставлял. И я не интересовался его биографией, просто нанял и всё, - последняя фраза звучала неубедительно и делать перед Лау вид, что их отношения с демоном не выходят за рамки хозяина и слуги было глупо, но выдумывать что-то сходу показалось юноше намного более худшей идеей, так как мужчина скорее всего сразу заметил бы несостыковки в его вранье. Сиэль мог бы осадить своего собеседника, сказав, что это не его ума дело, но после той информации, которую он только что услышал о своём отце, спеси у парня заметно поубавилось.       - Вот как? Просто я навёл некоторые справки и выяснил, что никто не знает наёмника с таким почерком, как у него. Такие таланты не берутся из ниоткуда, а он будто из воздуха появился. Это наводит на мысль, что Ваш слуга не из этих краёв.       - Может быть, я не знаю, - пожал плечами Сиэль, всем своим видом давая понять, что дальнейшими расспросами мужчина от него ничего не добьётся.       - В одном я уверен точно: он несомненно имеет свою заинтересованность во всём происходящем. Поэтому у меня есть некоторые опасения, касаемо того, что эти его интересы в дальнейшем могут вступить в противоречие с моими.       - Я могу гарантировать, что тебе не стоит беспокоиться по этому поводу, - «Он считает, что Себастьян преследует свои цели, для которых необходимо, чтобы я получил титул графа Фантомхайва, а также упрочил свои финансовые позиции и влияние за счёт процветания фабрики? Что ж не стоило ожидать, что такой человек, как Лау, поверит в бескорыстие чьих-то поступков. Впрочем, он прав, никакого бескорыстия тут и нет», - мысль о необходимости отдать душу по завершении контракта заставила Сиэля нахмуриться, но не из страха смерти, а скорее от того, что сейчас юноша не был уверен в том, что хотел бы думать о возможности иных вариантов исхода своей жизни.       - Чувства уходят, страсть остывает, - задумчиво протянул Лау, подходя ближе к столу парня, - На чём держатся Ваши гарантии?       - Уж точно не на этом, - усмехнулся Сиэль, - Видишь ли, я пообещал отдать ему одну невероятно ценную вещь. И до тех пор, пока он не получит её, он будет верно служить мне и выполнять всё, что я ему прикажу.       «Служить мне, а не тебе. А дальше всё зависит от того, насколько твои интересы будут противоречить моим», - подумал он уже про себя.       - Ценную вещь? – задумался мужчина.       «Ценную вещь» Сиэль упомянул специально, помня о погроме, устроенном неизвестными в лондонском доме и предположении Себастьяна о том, что вероятно кто-то пытался что-то там найти и навряд ли эти поиски увенчались успехом. Намекнув на то, что этот предмет все эти годы находился у него, юноша хотел проверить, как на такую новость прореагирует хозяин курильни, но тот воспринял эту информацию довольно прохладно.       - Никогда не подумал бы, что он из тех, кто любит возиться с редким антиквариатом. С такими вещами так много мороки… Впрочем, на того, кто будет терпеливо ждать, не попытавшись взять желаемое силой, он тоже не похож, - подытожил свои размышления Лау.       Несмотря на скептическое отношение к словам Сиэля, кажется, мужчину вполне устроили полученные им объяснения.       - Всё же я надеюсь на то, что однажды Вы раскроете мне тайну Себастьяна, - немного ехидно улыбнулся он.       - Так может о моих тайнах ты спросишь у меня, - ответил ему вошедший в кабинет демон.       Внезапное появление демона заставило Лау вздрогнуть и отступить на пару шагов назад.       - О породе собаки предпочитаю интересоваться у её хозяина, - вернув самообладание, ответил тот, - Когда ты вернулся? Я не слышал, как подъезжала карета.       - Видишь ли, я договорился с одним фермером из близлежащей деревни о доставке наисвежайших продуктов к столу моего господина. Вот только фермер не сдержал своё слово, и всё, что он привёз, отдавало тухлятиной и гнилью. Поэтому мне пришлось сперва доехать до той деревни, прежде чем вернуться в поместье, и разобраться с этим недоразумением, а пришёл оттуда я уже пешком.       «Лау весь день торчал у окна, потому что следил за входом в особняк? Зачем ему это? Чтобы выяснить, когда и как надолго я остаюсь здесь без Себастьяна? И где так долго ошивается та жуткая женщина, его «сестра»?», - вопрос правдивости того, что сейчас сказал демон, мало интересовал парня, но поведение хозяина курильни показалось ему подозрительным.       Однако на последнего эта вполне обыденная бытовая история произвела гораздо большее впечатление. Нервно сглотнув, Лау попытался вновь растянуть губы в улыбке, вот только ничего не вышло, и та получилась совсем кривой.       - Всё разрешилось благополучно? – поинтересовался у демона мужчина.       - Разумеется. Более такого не повторится, - не стал вдаваться в дальнейшие разъяснения Себастьян, но в его тоне, на первый взгляд, вполне дружелюбном, было что-то такое, отчего кровь стыла в жилах, а у присутствующих отпадали даже смутные надежды на то, что у судьбы фермера, по итогу, мог случиться благоприятный исход.       «Надо бы потом справиться у Сатклиффа не помер ли кто в той деревне страшной и мучительной смертью», - отметил для себя Сиэль. …       - Он следил за тем, когда ты вернёшься, - поделился своими соображениями с демоном Сиэль, когда Лау и Лан Мао покинули особняк.       - Абсолютно бестолковое занятие, - не выразил заинтересованности этим фактом демон.       - Ты не думаешь, что это может означать.., - «Его причастность к убийству моих родителей и покушениям на меня. Возможно, он подгадывает наиболее удобный момент, чтобы завершить начатое, а ты не смог бы ему в этом помешать», - хотел закончить свою мысль Сиэль, но Себастьян прервал его на полуслове.       - Он всего лишь видит во мне потенциальную угрозу для себя и потому хотел бы меня устранить. Наилучшим способом для этого он считает заставить Вас сделать выбор между мной и им. К примеру, спровоцировать небольшую ссору со мной, одновременно убеждая Вас в том, что от сотрудничества с ним Вы получите многие выгоды, а от меня лучше и вовсе избавиться, так как я могу в дальнейшем причинить Вам вред.       Объяснения демона вполне тянули на правду, вздохнув, Сиэль не стал с ним спорить, но всё же свои подозрения не оставил.       - Если бы Лау всё же спросил тебя о том, кто ты и откуда, то что ты ему соврал бы? – потерев виски пальцами, перешёл к другому интересующему его вопросу юноша, ведь они ещё не договаривались о том, что отвечать на такие вопросы.       - Зачем врать? Если он готов обменять на это знание свою жизнь, то почему бы и нет?       Услышав это, Сиэль лишь устало кивнул. Наверное, ещё сегодняшним утром он сразу представил бы, как после такого ответа и без того бледное лицо хозяина курильни теряет свои последние краски, эта картина даже позабавила бы парня, но сейчас он не мог думать о Лау, не вспоминая того, что узнал о своём отце.       «Может это всё ложь? Может Лау специально выдумал эту небылицу, чтобы поиздеваться надо мной?», - Сиэль хотел бы, чтобы всё оказалось именно так, но здравый смысл подсказывал ему, что слова мужчины были правдивы. Лау частенько бывал в их доме прежде, когда его родители ещё были живы, а позже даже стал любовником Мадам Рэд. Этот человек был весьма близок с их семьей. Чем не доказательство того, что он в своё время являлся протеже Винсента Фантомхайва? Себастьян оказался прав на этот счёт.       - Пока меня не было, случилось что-нибудь ещё? – поинтересовался у юноши демон, заметив его удручённое настроение.       - Нет, просто немного устал, - отрицательно покачал головой Сиэль.       - К Вам пожаловал гость, - прервала их разговор забывшая постучать, прежде чем войти, Мэйлин, - Некто Сома.       - Какого хрена он снова сюда припёрся?! – подскочил со своего места Сиэль. Юноша считал этот вопрос уже закрытым раз и навсегда, он не ожидал, что его друг проявит такую настойчивость и снова попытается влезть в его жизнь.       Полный решимости, парень вышел из кабинета и направился к лестнице: «Надо прекратить это сегодня. Любыми путями. Даже если придётся спустить его со ступенек пинками под задницу. Он не должен быть возле меня. Ни за что. Теперь это совершенно невозможно, ни в каком виде». …       - Сиэль.., - тихо произнёс Сома, когда увидел его.       - Что ты здесь делаешь? – сурово спросил его юноша, сложив руки на груди.       - Я пришёл поговорить с тобой.       - Хорошо. Говори и проваливай.       - Я хочу помочь тебе, - будто ища поддержки, Сома оглянулся и посмотрел на стоявшего за его спиной Агни, - Только скажи чем.       - С чего ты взял, что мне требуется твоя помощь? - «Просто отвали от меня уже и никогда не приближайся. Мне не нужны такие слабости, как друзья».       - Просто ты так стремительно и сильно изменился. Будто ты уже и не ты вовсе. Я уехал на каникулы домой, а когда вернулся тебя будто подменили, - торопливо говорил принц, будто боялся не успеть всё сказать, прежде чем его прогонят, - Хотя нет, даже раньше. Ты стал немного странным после того, как провалился в тот подвал. Ходил всё время задумчивый, молчаливый, рассеянный. Может ты злишься на меня с тех пор, а? Так наори на меня, можешь ударить даже, если хочешь.       - У тебя всё? – сохраняя холодность спросил Сиэль, - Если да, то тебе пора уходить.       - Нет-нет, ещё не всё, - замахал руками Сома, - Я хочу вложиться в твою фабрику и помогать тебе с ней, буду делать всё, что ты скажешь. Я уже с отцом поговорил, он не против. У меня даже идея имеется: булочки с карри.       - Булочки с карри? – расхохотался Сиэль, - Что за бред?       - Они вкусные. Правда, - почему-то в этот момент принц показался ему совсем ещё ребёнком, хотя на самом деле тот был даже немного старше него.       - Знаешь, Сома. Я не хотел произносить эти слова вслух, но ты не оставляешь мне выбора, - со вздохом начал Фантомхайв, - Я ни за что и никогда не дам тебе возможности вмешаться в мои дела, потому что ты не способен подходить серьезно к чему-либо в принципе, и я не допущу, чтобы ты превратил мою фабрику, которую я буквально возрадил из пепла, в балаган со вкусом карри или чем-то там ещё.       - Я буду серьёзным, очень-очень серьёзным, Сиэль, - перебил его принц, - Не нравятся булочки с карри? Ну и к чёрту их!       - Дослушай меня до конца, пожалуйста. Ты не просто несерьёзен, ты помимо этого ещё и неимоверно глуп. А у меня есть одно очень-очень важное кредо: не держать подле себя инфантильных и тупых особ вроде тебя, и уж тем более не давать им в руки то, на что я угробил столько времени и сил. Надеюсь, я понятно изъяснился? - на секунду юноша замолчал, оценивая эффект, произведённый его речью, - И ещё. Я мог бы использовать тебя, заставить вложиться в мою фабрику, а затем вышвырнуть, не дав ни гроша. Поверь, для меня не составило бы труда провернуть это с таким дурачком, как ты, но памятуя о нашей прежней дружбе, я не стану так поступать с тобой. Будь благодарен.       - Сиэль! – воскликнул срывающимся голосом Сома.       - Только не надо сейчас ныть и жаловаться на то, как ты сильно ошибался во мне, как же я мог такое тебе сказать, почему я такой нехороший и всё прочее в подобном духе. Это ничего не изменит. Избавь меня от необходимости тратить моё драгоценное время на тот нелепый поток сознания, который ты собираешься сейчас тут выплеснуть наружу. Просто уходи.       К счастью, второй раз просить принца не пришлось, он бегом вылетел на улицу, так, что Агни едва поспел следом за ним.       «Надеюсь, теперь этого достаточно, чтобы он больше никогда не приближался ко мне. Я не хочу снова поступать с ним так, как только что», - сердце неприятно щемило. Сиэль закрыл глаза, стараясь не вспоминать студенческие годы их дружбы.       - Не думал, что первая встреча со мной оказала на Вас столь сильное впечатление, - демон подошёл к юноше сзади и огладил его бока от рёбер вниз по талии к бёдрам.       - Вот ещё! Ему показалось, ничего подобного не было, - фыркнул Сиэль: «Надо же ему было именно за эту фразу зацепиться».       - Правда? – после чего Себастьян развернул юношу лицом к себе и мягко накрыл его губы своими губами постепенно вовлекая в долгий чувственный поцелуй.       Они всё ещё были на первом этаже, в холле, у нижних ступенек ведущей наверх лестницы. На мгновение у Сиэля возникла шальная мысль позволить демону продолжить начатое им прямо здесь, наплевав на то, что в любой момент их могут увидеть слуги, или Сома может внезапно вернуться, решив, что он ещё не всё сказал. Идея проверить то, насколько правдивы заверения Себастьяна в том, что никто не сможет застукать их в этом особняке, будоражила чувства, заставляя закипать кровь.       «Хотелось бы мне посмотреть на рожу Лау, когда обо мне поползут слухи такого порядка», - парень представил возможные последствия, если всё же демон переоценил свои способности, и ощутил мрачное торжество в душе.       Поддавшись порыву, Сиэль уже положил свои ладони на плечи Себастьяна, явно давая понять, что он не против происходящего, как вдруг услышал какой-то шум на втором этаже.       Резко дёрнувшись, юноша оттолкнул демона от себя и обернулся в сторону источника звука. Там никого не было.       Сиэль выдохнул с облегчением, после чего почти бегом поднялся по лестнице, направляясь в свой кабинет и чуть не сбив с ног идущую по коридору второго этажа Мэйлин.