Черный Пес: Невинная

— Вперед! За Сэра Фридриха! — прозвучал клич за моей спиной, и рыцари понеслись вслед за Ангелами Смерти. Безумие. Противник хоть имел преимущество в лице демонов, но сильно просчитался, решив, что он с ними будет непобедим. Хотя мало кто ожидал, что тут появится космодесант. Даже я не ожидала. — Анна! Это безумие! — сказал подбежавший ко мне Махаэль. Я посмотрела на него, а потом на развернувшуюся битву. Астартес теснили демонов и сминали еретиков, тем, кому повезло, добивали уже рыцари. Да, как бы Астартес в гуще боя рыцарей не затоптали. Хотя о чем это я? Это же космодесант! Они в совершенстве владеют своими телами. Мы, Адепта Сороритас тоже проходим жесточайшие тренировки, но ведь и космодесант уже нельзя считать людьми. Тем временем слева появилась толпа еретиков с одним огромным демоном во главе. Даже с учетом Астартес расклад ни разу не в пользу рыцарей. Ручной огнемет плавно перетек мне в руки. — Безумие? Нет! Это Империум! — крикнула я и пустила пламя в ближайшую толпу еретиков. Даже демону не поздоровилось: взгляд алых глаз красноречиво говорил о его помыслах. Как и стоявший по стойке смирно мужской орган. С грозным криком тварь понеслась на меня со скоростью быка. Внутри все сжалось. Анна, вспомни, чему тебя учила сестра-супериор? Благословенная Катерина? Ничто не устоит перед праведной верой! — В сторону Махаэль! — крикнула и, оттолкнув парня, перекатилась в сторону. Демон, остановишь, взревел, отчего уши заложило, наверное, у всех. Тварь окончательно слетела с катушек и смотрела на меня расширенными буркалами, в которых не блистало ни искорки разума. Затянувшуюся игру с быком завершил Мортифактор, что очередью болтерной части своего чудо-оружия оторвал левую руку монстра, отчего тот опять заорал и испустил дух, повалившись на землю. Из обрубка лапы обильно текла кровь, а «корень жизни» по прежнему был готов к бою. Я ожидала большего, но Император милостив и посылает только те испытания, которые его слугам по плечу. Хотелось бы вознести хвалу Ему, но сейчас не время и не место. Потом, после боя.

***

— Мы не в оплатном долгу перед вами! Чего вы хотите, храбрые воины? Я посмотрела на сержанта. Зря он, конечно, это сказал: учитывая нравы Астартес, думать не хочу, чего может пожелать космодесантник. Хотя… Ультрамарин ещё вроде адекватный, хоть и излишне самовлюблённый. — Нам не нужны награды и почести, позаботесь о городе и его жителях, — великодушно ответил сержант. Ухх пронесло… — Брат Дециус, вы собираетесь отпустить их просто так? — с плохо прикрытой злобой сказал Железнорукий. — А что, есть предложения, брат Штрохайм? Они ничем нам не по… — Брат Дециус, они обязаны покаяться в своём грехе. Грехе слабости! Учение Ферруса Мануса не позволяет мне оставить этих людей и дальше предаваться худшему пороку из возможных! — Я твой командир, брат Штрохайм, в кодексе Астартес… — Кодекс Астартес устарел! Он не может учитывать специфику нашей работы, брат Дециус. Я согласен с братом Штрохаймом. Эти люди слишком слабы, — вмешался Мортифактор. У меня по спине побежали мурашки… Надо срочно вмешаться! — И что же вы предлагаете? — склонил голову набок Дециус. Я уже открыла рот, но вмешался ещё один участник: — А давайте их съедим! — Брат Дабаэль, мне не нравится эта идея, неужели вам всё ещё не хватило свежего мяса? — спросила я, и на меня уставились обиженные линзы шлема Тёмного Ангела. Даже не спрашивайте, как я это поняла. Прежде, чем Поедатель Плоти ответил, я продолжила, повернувшись к сержанту: — Брат Дециус, учитывая то, где мы находимся, я не думаю, что получится полностью удовлетворить благородный позыв брата Штрохайма. Здесь поблизости нет ни кого из Адептус Механикус и слабую плоть этим людям заменить просто нечем! — Сестра, неужели ты думаешь что я, воплощение технической мысли Человечества не учёл этот момент?! Дурачьё! Я, Штрохайм лишь прошу помочь мне провести децимацию этого города, чтобы эти слабаки осознали, что нельзя поддаваться слабости и нужно стоять до конца, защищая свои никчёмные жизни! Децимация… Этого я и боялась. Я увидела, как Дециус открывает рот и, судя по выражению его лица, он согласен на это! Не допущу! Это слишком бесчеловечно! — Брат Штрохайм, вам не кажется, что нам следует торопится? Что у нас есть дела поважнее, чем тратить часы на казнь невиновных?! Брат Штрохайм, уверяю, повинные погибли первыми! Я видела тела: никто из защитников города не был убит в спину! Они сражались до конца, уверяю! — с трудом сдерживая предательские слёзы, едва не прокричала я. В горле стоял тугой ком. — Всё дело в обороне, — раздалось из-за моей спины. — Они не были готовы, как не готовы и сейчас. Брат Дециус, если позволишь, я укажу их грубейшие просчёты. Обернувшись, я увидела Имперского Кулака, что со скоростью заправской секретарши заполнял какой-то свиток. — Только если это не займёт много времени. Всё-же сестра Анна права, и нам следует поспешить, — сказал Дециус с каменным лицом. Похоже, я зря так переживала и он сам может остановить своих головорезов. — А я? — как-то даже обиженно произнёс Дробаэль. — Мне нужно свежее мясо, давайте хоть пару рабов возьмём? — Бери, — кивнул Дециус. — Кодекс Астартес учит уважать традиции орденов, какими бы варварскими они не казались. Но ухаживать за рабами будешь сам. — Тогда я быстро, — кивнул обрадованный Поедатель Плоти и исчез с поля зрения. Мне уже жаль этих бедолаг. Надеюсь, он возьмёт кого-то из нападавших. Посмотрела на брата Трицероса. Тот всё ещё записывал и, если бы не его одетый шлем, я бы наверняка увидела высунутый от усердия язык. Хихикнув про себя на картину, что сама нарисовалась в голове, я подошла к «роте». Хоть попрощаюсь по-человечески. Едва я, сняв шлем, подошла к группе, как на меня накинулась их «капитан» и стиснула в объятиях. Судя по напрягшимся тренированным мышцам, если бы не моя броня, я услышала бы треск собственных костей. Также мой глаз успел выцепить на её лице подозрительные красные пятна. — Анна, я знала, я верила, что ты придёшь! — жарко зашептала она прямо мне в ухо. — Когда на мне рвали одежду, я молила Богов, чтобы ты поспешила. Когда первый из них засунул, преодолевая моё сопротивление, свой член в меня, я кричала твоё имя! Спасибо, что ты пришла. Грейси на секунду умолкла, а к моим ушам, по ходу её речи, подливало всё больше крови и сейчас казалось, что ими можно пытать еретиков, до того они горячие. — Грейси, я… — Не надо. Я знаю, что ты была занята. Я не виню тебя. — Греси, насчёт… — Не надо Анна, спасибо. Я люблю тебя. — Эм… — кровь прилила ещё и к щекам. Хотя… не, наверняка это не о том. Мы с подружками в ВУЗе тоже частенько такое говорим. — Да, я тоже тебя люблю, Грейси. Почти так же сильно, как Святую Селестину. — Правда?! — обрадовалась она. Ну вот, что и требо… Додумать мне не дал неожиданный поцелуй прямо в губы и язык, что пытался пробиться сквозь плотно сжатые губы. А ещё я почувствовала на губах сивушный вкус. — Эй! — оттолкнула её я. — Я не из таких! Более того, я принадлежу только Богу-Императору! Греси покраснела и, развернувшись, прокричала: — Я знала, что ты не поймёшь моих чувств! Мира, утешь меня! И кинулась на лучницу. Совсем рядом послышался характерный шлепок. Повернувшись на звук, я обнаружила шляпника, исполняющего межмировой жест чело-длань. — Греси совсем слетела с катушек. Боюсь, нам придётся менять капитана, — сказал он. — Утешь меня! — Иди к демонам, Грейси! — Это верно, — кивнула я. — Махаэль говорил, что вы собираетесь остаться с этими воинами? — Не сбегай от меня, Мира! — Иди ты к чёрту, безумная! Слезь с меня! — Да, мой долг — защитить жителей этого мира. Боюсь, если я покину, безусловно, праведный космодесант, они натворят дел побольше, чем головорезы Волта. — Только не там! Что ты делаешь, Греси?! Не надо снимать с меня одежду! — Если ты не хочешь помочь мне, я заставлю тебя сделать это со мной! — Похвальное стремление, я бы хотел помочь вам, но боюсь ни от меня, ни от всей нашей «роты», не будет никакого прока. — Прекрати, только не там, я ещё девственница! — А я уже нет! Так что лежи тихо и получай удовольствие! Больно не будет! — Я ценю ваше стремление, но с нами, вам действительно будет небезопасно, — закончила я. — И… кто-нибудь, успокойте эту безу… Мои глаза сами собой полезли на лоб, когда я посмотрела на бывшего «капитана». Она стояла в позе огородницы прямо на наспех раздетой лучнице, повернув к её лицу свой зад и лизала её… Эм… Промежность. Лучница тихо постанывала, не делая попыток выбраться, а рыцарь и не-мужик в плаще наблюдали за этим действом с открытыми ртами. — Я этого не видела, — сказала я и трусливо сбежала. Щёки пылали таким жаром, что могли посоперничать температурой со сгустком плазмы брата Дабаэля. Когда я вернулась к Астартес, брат Трицерос из Имперских Кулаков как раз передавал стопку бумаг какому-то чиновнику. То, что человек перед ним — чиновник, ясно говорил общий невыспавшися и скучающий вид. Ох уж эта порода людей. Даже в мире мрачного будущего они именно такие — сутулые и вечно уставшие. Сержант молча кивнул на моё появление, и мы двинулись к воротам. Нас окружали догорающие пожары, ещё не убранные трупы на дорогах и кучи мусора, что наверняка раньше были чем-то полезным, но сейчас стали представлять собой невзрачные кучки хлама. Я оглянулась на Астартес. Железнорукий по-прежнему шагал с невозмутимым видом и сверлил огоньком аугментики попадающихся тут и там раненых. Мортифактор, без видимого напряжения тащил свою чудо-пушку, а Имперский Кулак и Ультрамарин оглядывали картины разрушения с неясной мне ностальгией. Примарис же шёл в отдалении, повесив плазменный инценератор на плечо. Вот уж и впрямь Дети Войны. Стоп! Я остановилась. Одного не хватает! — Брат Дециус, а где брат Дробаэль? — не подавая внешне своей паники, спросила я. — Ушёл за рабами. Обещал догнать. — Давайте подождём? Мало-ли, что может, случится… Нет, я понимаю, что он космический десантник, но всё-таки… Мои страхи оказались напрасными: громкий топот силовых доспехов выдавал приближение Поедателя Плоти красноречивее криков его жертв. Я оглянулась и чуть не выругалась неподобающим образом: этот упырь тащил на плечах двух маленьких девочек! — Брат Дециус, я нашёл рабов! — радостно крикнул он. — За них даже ничего не попросили! Когда он добежал и поставил непрерывно плачущих, чумазых рабынь на ноги, я заметила на их головах кое-что странное: кошачьи ушки. Пригляделась: да, так и есть. За спинами, из-под рваного платья мотались кошачьи же хвосты. Не, чтобы я такой уж любитель кошкодевочек, всё-же это больше к парням анимешникам, но вид у них жалкий. — Брат Дробаэль, вам не кажется, что такие мелкие тела не смогут утолить ваш голод? Поедатель Плоти с сомнением оглядел побледневших до синевы рабынь. — Более того, разве в ваших обычаях не следует питаться именно кровью и плотью свежеубитых врагов? — ткнула я пальцем в небо. — Да, ты права, сестра. Сейчас вернусь. Он схватил пискнувших благодарности девочек и побежал назад. Хорошо, что он не заметил, как дрожали мои коленки. Я до сих пор, не представляю, в какую сторону может свернуть его «сверхчеловеческий» разум. О Император, за что Ты создал этих чудовищ? Разве мы, Сороритас, не лучше их? Пока ждали возвращения Сына Сангвиния, мне пришло запоздавшее сообщение от системы:

[Спасите Город! — статус: частично выполено.] [Вы спасли город, но от ваших действий пострадало народу чуть-чуть меньше, чем от действий захватчиков и вы упустили главного зачинщика этих событий. Награда снижена.] [Награда: Непригодный к езде бронетранспортёр «Рино» без экипажа.]

— Тц, твоюж налево! — не сдержалась я. — В чём дело, сестра? — спросил Дециус, на что я отмахнулась со словами «не обращайте внимания». Вот ведь! Найду этого Тёмного Апостола (а кем ещё может быть такой скользкий тип?) и повешу за причинное место на воротами ближайшей крепости! Немного погоревав о недоставшейся нагреде, задумалась: получается, он, железный ящик, должен идти сразу с экипажем… Интересно, из кого? Надеюсь, не космодесанта. С меня и этой команды упырей хватит. Поедателя Плоти ждать пришлось недолго. В этот раз он тащил явно наспех перевзынных мужиков и мы двинулись дальше. По мере приблежения к воротам пожаров становилось меньше, а вот трупов — наоброт: больше. Я посмотрела на реакцию Штрохайма и поморщилась. По его безэмоцианальному лицу ничего не не разобрать. Только по-прежнему сверлит тела своим красным глазом. Прямо за воротами нас поджидала «награда»: бронетраспортёр «Носорог». Со сбитыми гусеницами, кучей отверстий в корпусе и увешанный печатями чистоты и символами моего ордена. — Жаль, что поломан, — выразил моё мнение Дециус. Казалось, будто его, появление «Райно» ничуть не удивило. Хотя, если верить сказкам, про превозмогающего голыми руками аватара Кхейна, магистра его ордена — он и не должен удивляться. — Брат Штрохайм, ты сможешь починить эту машину? — Я не проходил обучения на Марсе, брат-сержант, — покачал головой он, — слишком молод я для становления Железным Отцом. Я подняла бровь: брови железнорукого украшали три ветеранских штыря. — Жаль, это существенно помогло бы в нашей миссии, — поморщился Дециус. — Сестра Анна, где засел тот еретик, о котором вы говорили? — Это дальше по дороге. И, думаю, нам не стоит заходить в города. повсюду могут быть его шпионы, — сказала я, состроив из себя параноика. Дециус с пониманием кивнул. Видимо, для него моя уловка показалось достаточно прозрачной.

***

Уйдя далеко в лес, мы остановились на привал. Я знала, что Астартес не нуждаются в этом так часто и остановились они только из-за меня. Хотя, может даже их нечеловеческий организм способна повредить беспричинная ходьба сутками напролёт? Ответа я, само собой, спрашивать не стала. Мы расселись кругом и Мортифактор развёл огонь из натасканных общими усилиями поленьев. Поленьев набрали столько, что хватило бы сжечь сразу пяток ведьм. Пока космодесантники обсуждали что-то своё я, глядя на костёр, вспоминала о сестре Катерине. Славная была женщина. Ходила вечно угрюмая от пережитых боёв и говорила мудрые вещи. Это она тогда подстрелила простого сельского жителя в тщетной попытке научить слишком наивную и добрую меня праведной жестокости. Жаль, что твои труды пропали в пустую, Сестра. Позже, на этой же планете, был очень тяжёлый бой. Смерть тогда унесла множество славных Сестёр. Омелия, Роза, Ханна, Ирина и… Катерина. Она погибла с высоко поднятой головой, как и подобает любому, кто сражается за Человечество. Я помню далеко не все имена. Кого-то я никогда не знала, а кто-то стёрся из памяти. Бой не прошёл бы так тяжело, не будь у предателей в кармане козыря в виде падших Астартес в сине-зелёной броне. От размышлений меня отвлёк сунутый прямо в руки стакан, что передал Тёмный Ангел. — Выпей, сестра, — сказал Дециус. — Мы спасём этот мир. Не стоит сожалеть о прошлом. — Все мы здесь теряли боевых братьев. Не стыдись слёз, сестра, — сказал Штрохайм. Вот уж от кого не ожидала поддержки. Я смахнула одинокую слезу со щеки. Она как раз символично стекала по татуировке. — Разве Астартес пьют? — перевела тему я, так как стакан был не единственным, и каждый из космодесантников потягивал тёмно-корчневый напиток. А Катерина… Те раны давно зажили и лишь чуть-чуть ноют старой раной. — В Кодесе Астартес, в главе о распорядке дня Космического Десантника прямо рекомендуется давать боевым братьям отдых. — Оу, ясно, — подняла брови я. Напиток в моей руке пах чем-то смутно знакомым. Я, по-русски выдохнув, махнула его залпом и зашлась в кашле: в стакане плескался коньяк.