***
Воздух пах медикаментами, хлоркой и предстоящей ссорой. Арсений сидел в коридоре государственной больницы, облокотившись о стену, и дремал. Его жена читала информацию на плакате, висевшем на стене. Заяц в белом халате рассказывал о важности чистки зубов. Она периодически шумно вздыхала, а руки нервно теребили очередной бумажный носовой платок. То, что они отделались парой ссадин, было, наверное, настоящим чудом, однако маленькой Кьяре повезло куда меньше. Если говорить точнее, не повезло совсем. Врачи подозревали сотрясение мозга. Диагноз требовал подтверждения, но девочка все еще не приходила в себя. — Я останусь на ночь подежурить возле нее, - тихо сказал Арсений, одной рукой потирая лицо, - в школе разрешили не появляться следующие несколько дней. — В этом нет необходимости, - неожиданный голос врача заставил родителей вздрогнуть, - с девочкой все хорошо, но ей нужен покой. Выпишем через пару дней. Надеюсь. — Нам можно ее увидеть? - мать подняла заплаканные глаза все в подтеках от туши. Молодой доктор устало вздыхает и прячет непрошенную улыбку. Арсений, смотрящий на него в ожидании ответа, внезапно ссутуливается, чувствуя, как сонливость, усталость и печаль тяжело приземляются на его плечи.***
Есть теория, которая гласит: все, что ты можешь придумать, обязательно существует, только в другой вселенной. И их количество - есть бесконечное множество. Я серьезно, попробуй. Желе вместо крови? Наверняка. Кошки, заводящие домашнего человека? Я уверен, да. Люди, ходящие на руках? Классика. Я даже больше скажу, я уверен, существует другая вселенная, где каждому человеку судьбой предопределена встреча с его соулмейтом. Ну, родственной душой, понимаешь? Можно вечно фантазировать на эту тему. Представь только, какой простой была бы жизнь, если бы ты могла, например, читать мысли своей родственной души. Если бы каждый человек мог. Не было бы несчастных браков, разбитых мечт, ложных надежд. Или были бы? "Наверняка были бы". Да, скорее всего. "То есть мы живем в этой вселенной?" Не знаю. Спи. Добрый доктор постоянно улыбается. Особенно теплой становится его улыбка, когда он давит большими руками на фиолетовые галактики, возникшие на руках и животе маленькой девочки. Он помогает повернуть голову, подает стаканчик с водой и даже взбивает подушку. В палате нет никого, кроме них. Добрый доктор говорит, что девочка может нажать вот ту кнопку, если ей что-то понадобится. "Попробуй". Девочка нажимает маленькую кнопку, и через минуту в палате на одного человека больше. Медсестра очень красивая и добрая. У нее длинные пальцы и теплые руки. Маленькая девочка сразу обращает на них внимание. Медсестра проводит рукой по волосам, и в них запутывается тонкая красная нить. Один конец ее охватывает тонкое запястье и свободно спускается ниже. Девочка может поклясться, что видит такое впервые. Она скользит по нити взглядом и находит другой конец. Он завязан на запястье доктора. "Зачем вы привязали себя друг к другу?". Взрослые сначала непонимающе смотрят на малышку, а потом - друг на друга. Доктор что-то шепчет на ухо медсестре, и та согласно кивает, улыбаясь. Вопрос остается без ответа.***
— Доктор сказал, что мы можем немного походить по отделению. Ты лежишь уже довольно долго, наверное, хочешь подвигаться? - Арсений помогает дочери подняться с кровати и окидывает взглядом жену, сидящую в кресле у противоположной стены. — Пойдешь с нами? Девушка смотрит с укором и обидой, но молча встает и выходит из палаты вслед за мужем и дочерью. Вместе они ходят по длинному светлому коридору, а потом решают все же посидеть на мягком диване возле панорамных окон. — Тебя выписывают через пару дней, - Арсений обнимает дочь, прижимая малышку к себе, - как насчет похода в кино или в кафе? Кьяра выглядит отрешенной и постоянно смотрит по сторонам. На докторе и медсестре все не закончилось. Наоборот - они были первыми. Выйдя за пределы крошечной комнаты, маленькая девочка увидела вторых, третьих... Пожилые женщины выходили из палат, держались за стены руками, обмотанными алыми нитями, которые стремились к распахнутым окнам. Куда они вели, увидеть было невозможно. Один милый старик стоял возле телефона, держа трубку в руках; нить обвивала его руку одним концом, другим она уходила вглубь телефонной трубки. С кем он говорил, не знал никто, но улыбка озаряла его лицо, глаза светились, делая своего обладателя на десять, двадцать лет моложе. В глазах рябило. На фоне светлых бесцветных стен, белых скамеек и дверей, на фоне безжизненно бледных людей яркие алые нити бросались в глаза, как бездомные собаки бросаются под колеса проезжающего автомобиля. Не заметить их было невозможно. — Я с ней уже двадцать минут разговариваю, а она меня не слышит, оказывается, - Арсений посмеялся, перевел взгляд на жену, словно ища поддержки. — Кьяра, солнышко, давай вернемся в палату, ты хорошо себя чувствуешь? Мама провела холодными пальцами по