Под шерстяным одеялом

Голова тяжёлая, забитая тёплым густым маревом. Мысли, как сонные мухи, дребезжат что-то невнятное, пустое и глупое. Чонгук выключает монитор экрана компьютера, откидывается на спинку стула. Программировать не получается: вместо парных тэгов курсива выходит <JK> </TH>. Он ловит себя на опечатке первый раз, второй. Исправляет на должное и пишет дальше. Останавливается только тогда, когда видит это JK TH во всех тэгах. Перед глазами размазанным пятном предстает светлый потолок с кляксой-люстрой. Чонгук с силой трет веки, встает и идет к окну, раскрывает на полную. На улице белесый густой туман, снег с каплями черных проталин. Одинокий шарик света фонаря висит в воздухе. Прохладный влажный воздух целует шею и руки, прогоняет тепло. Тихий спальный район; вечер, плавно переходящий в ночь, и пустая квартира с единственным звуком - мерным жужжанием процессора компьютера. Спокойствие в окружающем мире настолько четкое и явное, что Чонгук ощущает себя фигуркой в стеклянном шарике. Ему мерещится нежное прикосновение к плечу. - ТэТэ, - шелест голоса остается без отклика, и Чонгук вздыхает. До сих пор его сознание не привыкло к тому, что в квартире он один. *** Его мозг болен. Раковая опухоль в лобной доли. Пораженный участок бьёт по поведению: Чонгук больше не контролирует внезапные приступы агрессии, слез или смеха. Он думает, что это - худшее, что могло случиться, однако у кого-то сверху на него другие планы. Опухоль разрастается, достает до височных долей. Чон слышит голос Тэхена, его глубокий прекрасный смех. Чувствует аромат его одеколона и медленно сходит с ума. Следующий участок поражения - теменные доли. Его бросает то в жар, и тогда он задыхается от духоты, скребет ногтями по коже в тщетной попытке ее содрать, то в холод, когда весь его гардероб не помогает согреться. Периодически по всему телу проходят болезненные спазмы. Когда Чонгука в очередной раз выкручивает от боли, он думает, что неплохо было бы сломать себе шейный позвонок и умереть. Последняя остановка - затылочные доли. Тэхен обнимает его со всей присущей ему нежностью, закрывает своими руками от внешнего мира. Утешает, как дитя, и ничего не говорит - лишь таинственно улыбается. Если бы у Чонгука были силы его оттолкнуть - он оттолкнул бы. Тэхен и есть та опухоль, поразившая его мозг. Чонгук неизлечимо болен Ким Тэхеном, который бросил его умирать. *** Было бы здорово сейчас проснуться и осознать, что он просто-напросто переутомился. Услышать ворчание - "снова уснул за компьютером", - а в следующую секунду чувствовать тёплые руки на животе, прижимающие к себе. Прошептать полусонно: "Мне снился ужасный сон", - и на любопытное: "Что тебя так напугало, Чонгук-и?" - рассказать всё в красках, с горечью и тоской в голосе. Испугать этого впечатлительного котенка, чтобы прижался крепче, а затем долго гладить по волосам и целовать в макушку. Чонгук явственно представляет себе всё это, но порыв ветра возвращает его в реальность. Жужжит компьютер, из окна тянет холодом и свежестью. В голове мало-помалу проясняется. Когда последний призрак увиденного растворяется в ночной тиши, Чонгук тянется к телефону. - Вернись, - то ли приказывает, то ли умоляет он, когда на другом конце провода принимают звонок. Голос надламывается, и Чон выдавливает из себя дурацкое, но такое искреннее: - Ты очень мне нужен. - Перебесился? - устало выдыхает Тэхен. На фоне его голоса слышен шум проезжающих машин. - Где ты? - вместо ответа спрашивает Чонгук. Тэхен молчит. - ТэТэ, пожалуйста. Я совсем без тебя не могу. Шестьдесят вторая секунда тишины прерывается тихим перечислением улицы и точного места.