Личная охрана Капитана Гидры

Джон-Эдвард Стоунберг-младший, пребывая на высочайшей вершине восторга, проходит все уровни охраны, заходит в кабинет и занимает своё заслужденное место. Собрание начинается ровно в полдень. Капитан Гидра приходит секунда в секунду. Не даром говорят, что по Капитану можно сверять часы и если Капитан явился хоть секундой раньше-позже, значит, часы нуждаются в настройке. Но основной интерес Джона направлен не на Капитана-идеальная-осанка-для-агитационного-плаката. В полуметре за спиной Капитана стоит величайшая одержимость Джона-Эдварда - полумифический Зимний Солдат. Верность организации у Джона в крови. Его дед служил Гидре, его отец служил Гидре, его прадед какое-то время являлся правой рукой самого герр Шмидта, более известного как Красный череп. Служба семьи Стоунберг была столь безупречна, что дед с прадедом ныне режутся в шахматы в загородном доме семьи, числясь "в бессрочном оплачиваемом отпуске" - гидровская альтернатива пенсии, а отец раз в полгода отправляется на коротенькую миссию под прикрытием, всё оставшееся время получая жалование, официально находясь в резерве. Эдвард вырос на легендах о величии Гидры, в которых особое место занимал невероятный Зимний Солдат. У Джона-Эдварда даже была черно-белая фотокарточка с Зимним в крио и сделанная на заказ фигурка Солдата, подаренная дедом на десятилетие. Зимний солдат. Призрак-киллер. Живая легенда, на счету которой только официально более сотни идеальных убийств. Вживую Солдат выглядит ещё невероятнее, чем на фотокарточке семидесятилетней давности: не постарел ни на день, выше ожидаемого, габаритнее в плечах, ухоженные длинные волосы собраны в высокий хвост. Эдвард пристально всматривается в фигуру своего кумира и подмечает несколько неожиданных деталей: едва заметный румянец на щеках, будто Солдат только что предавался низменным удовольствиям, стремительно исчезающий засос под левым ухом и почти неразличимую дрожь в широких плечах. Зимний Солдат почему-то напряжен, как натянутая тетива, как готовая к смертоносному броску кобра. Если бы Эдварда спросили, в чем основной секрет успеха его семьи в организации, он бы ответил, что в умении молчать, пока идиоты говорят. - Предлагаю использовать Зимнего Солдата. - предлагает кто-то, сидящий по другую сторону овального серебристого стола, когда речь заходит об устранении нескольких не очень влиятельных, но хорошо охраняемых политиков, стоящих на пути члена Гидры в борьбе за политический пост. - Нет и не обсуждается. - холодно отрезает Капитан. - Он нужен нам здесь. "Для чего? - хочет спросить Стоунберг. - В качестве грелки капитанской постели? И, видимо, очень агрессивной грелки." - но он слишком умен для подобных рассуждений. - Оправдывает ли цель средства? - вмешивается ещё один член совета правления Гидры. - Поддерживаю предложение использовать Солдата. - Он необходим мне здесь в качестве моей личной охраны. - тоном, с которым лучше не спорить, произносит Капитан. - Обсуждение закрыто. Переходим к следующему пункту. Идиотов спорить не находится. "Личный телохранитель" стоит по левую руку от Капитана и пялится на Капитана с откровенной мрачной неприязнью. Эдвард вдруг понимает, что восхищался не тем. У Капитана Гидры не только мускулы, кости и нервы, но и яйца стальные. Если бы на Эдварда так посмотрел Зимний Солдат, Эдвард тотчас бы застрелился, а Капитан махину для убийства за спину пускает, не дрогнув, и, ходят слухи, регулярно навещает на личной территории. То-то у Капитана синяк на поллица. Впрочем, за полтора часа совещания никто так и не решается поднять эту тему и ничего странного не замечают, когда Капитан, выпроводив всех, запирается на ключ в одном конференц-зале с Солдатом. Эдвард ненадолго задерживается у двери, успевает услышать тяжелый глухой стук, будто что-то упало - кажется, стол, и тихий беспомощный стон Солдата. Эдвард никому об этом не расскажет.