Смерть пришла за мной

      Темнота. Приятная, влекущая к себе темнота. Что может быть лучше? Каждый день я вынужден лишать себя этого густого, обволакивающего всё сознание мрака и заполнять его режущим глаза светом, уличным шумом, голосами людей… Вот и сейчас я открыл глаза. Но… В этот раз всё по-другому. Вместо привычного света в глаза ударила ещё большая темнота.       Я взглянул на свои руки – их я видел отчётливо, как и своё тело. Всё вокруг было окутано мраком, словно кто-то вылил огромную банку краски на мою комнату… Или я не у себя дома? Встав, я оглядел то пространство, где я находился.       Мне удалось заметить что-то в глубине тьмы. Оно выбивалось из общего мрака, даже, кажется, немного дрожало и... Плакало?        Ком подкрался к горлу. Напряжение уже било в висках. Где я? Что передо мной? Эти два вопроса крутились в моей голове в разных формулировках, неприятно въедаясь в мозг. Существо всхлипывало громче с каждым разом, будто забыв, что я здесь        Ноги начинали дрожать. Хотелось убежать от всего — от этого места, от себя. Но кто передо мной? Возможно, ему нужна помощь?        С большим напряжением, я сделал неуверенный шаг к нему. Стопа абсолютно беззвучно опустилась на тёмное пространство подо мной, но существо явно услышало, или почувствовало, моё приближение. Это внесло ещё большей остроты и в без того напряженную ситуацию. — Кто ты?! — Собравшись с силами, выкрикнул я. Существо отшатнулось. — Кто ты и что это за место?! Отвечай! — С жаром снова выкрикнул я и сделал два грозных шага. В этот раз оно осталось стоять на месте, а всхлипы усилились. Понятно... Ему страшно...        Вдруг мне стало ужасно стыдно за свою злостную реплику, хоть и выкрикнул я её больше от собственного страха. Я аккуратно переставил ногу, затем вторую, и так, трёмя шагами, подошёл почти вплотную к существу. Теперь я видел отчётливо — существо полностью антропоморфно. Оно словно оцепенело от моего столь близкого присутствия. Я занёс руку над его головой, которая, к слову, была на уровне лишь моей груди. — Не трогай! – тонкий, почти детский голосок, раздался из-под балахона. Слова еле можно было разобрать из-за продолжавшихся всхлипов. — Эй, ты чего? — Банальный вопрос, но я надеялся, что он поможет мне. — Прости, что напугал, я сам очень испугался, хех... — Виноватая усмешка. — Как тебя зовут? Видимо, моя вежливость внесла необходимый эффект: балахон неуверенно затрепетался, медленно сползая ниже, пока я не увидел лицо незнакомца.       Длинные, светлые, даже немного розоватого оттенка, волосы выплеснулись наружу, за ними последовало лицо. Оно мне понравилось больше всего: бледное, почти детское, лицо так и сияло среди этого мрака. Едва различимый на лице нос, красные от смущения щёки и тонкий, опущенный к полу лоб, пробудили во мне давно забытые чувства. Моё лицо озарила улыбка, сняв всё напряжение, что так долго копилось во мне.       Девушка стояла неподвижно, тонкие розовые губы были напряженно сомкнуты. — Вот так, хорошо... Знаешь, ты очень красивая. И всё же, где я? —Ты мёртв. — После долгого, неуверенного раздумья, сказала она тихим голоском.       «Мёртв» гулко отразилось в моей голове. Я стоял,словно потерянный, но не испытывал никаких эмоций, вопреки всем канонам. Мозг охарактеризовал это как данность, ничего за этим не последовало, никаких стадий принятия и тому подобного. Мой взор снова опустился на девушку. — А ты, получается, смерть? — Абсолютно безэмоциональный вопрос вырвался из моего рта. — Как ты?... – Она смутилась пуще прежнего, не договорив свою реплику. – Это я тебя убила. Я забрала твою душу раньше отведённого срока… У меня были причины, но… Прости меня, пожалуйста, прости…       Всхлипы почти заглушали её и так тихий голос. Я искренне улыбнулся и положил ей руку на плечо. Она подняла глаза с маленькими кристалликами слёз по углам. Мы встретились взглядами, но она смотрела вглубь меня, пожирала меня этими голубыми оконцами. Я смутился, начал поднимать взгляд и зацепился за маленькие рожки, выступавшие из под копны волос. — Зачем плакать? Я вовсе не злюсь и даже не жалею. – Я постарался сделать свой взгляд как можно добродушнее, но, видимо, мои серые, уставшие глаза уже не способны делать это. Она опять опустила голову. — Ты странный… Другие пугаются, ненавидят, а ты, даже зная, что раньше срока… — Её голос снова задрожал. Не знаю почему, но мне был невыносим её плач. Мне хотелось успокоить её и, не зная что сделать, я решил просто продолжить диалог. — Как тебя зовут? — З-зовут?... У нас нет имени… — Подбородок крепко вжался в ткань балахона. Она будто чувствовала вину за это и продолжала вжимать его всё дальше. — Хм… Хочешь, я дам тебе имя? — Губы сложились в улыбку. Волосы дёрнулись вверх, за ними голова. Её глаза засияли, но, в очередной раз покраснев, она отрицательно качнула головой. Я засмеялся. — Да ладно тебе! Как насчёт… Джесси? Буду звать тебя Джесси, ты не против?       Бледная кожа засияла, глаза округлились, розовые губки раскрылись. Она смотрела на меня так, как дети смотрят на своих кумиров. — Джесси… Это очень красивое имя! Спасибо тебе! — От былого страха, чувства вины и стыда не осталось следа. Передо мной была обычная девушка, выглядящая как подросток и ведущая себя как ребёнок. — А как зовут тебя? — Можешь звать меня Алекс. — Алекс! Мы ведь теперь друзья, да? Мы же познакомились, мы друзья? – Мой новый друг не мог устоять на месте, она прыгала, бегала и всеми силами выплёскивала свою радость на меня. — Ну, если ты хочешь… Стой, сначала скажи где мы. — Это… Это твой мир. Твоя душа.       Мой мир – сплошной мрак? Нет, это ведь не мрак… Это просто пустота, абсолютный ноль. Впрочем, не этого ли я желал с самого начала? — Тебе здесь не нравится, да? — Джесси вглядывалась в каждую черту моего лица, в каждый напряжённый мускул. — Мы можем пойти в мой мир...       Я лишь качнул головой в знак согласия и движение длинных рукавов балахона перенесло нас сначала в ещё более тёмное измерение, а затем меня ослепило ненатурально ярким солнечным светом...