Ожидаемый развод

      Кларк наконец осталась одна, пусть и ненадолго. Она откинулась на спинку стула и запустила руку в волосы. Кларк знала, что было бы правильно сказать сёстрам правду, но она не знала, как это сделать. Она же не могла вот так просто, глядя им в глаза, сказать, что восемь лет назад они с Лексой сбежали в Лас-Вегас, женились и до сих пор находятся в браке.       Всю ночь Кларк провела ворочаясь в кровати и обдумывая поступок Лексы. Кларк не могла понять, КАК Лекса могла так поступить? Этот вопрос волновал её даже больше, чем ПОЧЕМУ. До того, как они сбежали в Лас-Вегас, у обоих были представления о семейной жизни, но они были слегка ошибочными. Разница была лишь в том, что Кларк могла смириться с этим фактом, а Лекса — нет. Если бы Лекса Вудс, мисс «Я получаю кого хочу и когда хочу», была способна смириться с тем, что совершает ошибку. Но, даже если так, даже для Лексы восемь лет — это долгий срок. Очевидно, что они уже поднимали эту тему до свадьбы, но чем больше они волновались об этом, чем больше ждали, тем было лучше. После такого долгого ожидания, пара дней не имела значения.       Вздохнув, она положила свои руки на стол и посмотрела на них. Она помнила это так ясно, как будто это случилось вчера, кольцо из белого золота, что Лекса надела ей на палец. Простая пара колец была частью обслуживания. Лекса тогда посмеялась и, держа на руках Кларк, поцеловала её, и пообещала купить соответствующие кольца, когда они вернутся в Даллас. Кларк поцеловала её в ответ и сказала — Ты хотела сказать, когда мы вернёмся в Нью-Йорк? — И это стало началом конца. Кларк закрыла глаза и положила руки на колени. Она не оглядывалась, когда бросала в лицо Лексе кольцо и уходила, она побоялась. Она знала, что если бы она тогда посмотрела на Лексу, она бы сделала всё, чтобы только она не попросила, и отдала ей всё, что имела. Иногда Кларк думала о том, как бы сложилась её жизнь, не уйди она тогда. Что было бы, если бы она согласилась уехать с Лексой в Даллас? Может, жизнь не была бы такой плохой, как она тогда считала.       — Кларк… — Она открыла глаза и увидела Лексу, которая стояла в дверном проходе, сложив руки на груди и пристально смотря на неё. Чёрт. Ни минуты спокойствия без Лексы, которая появляется из ниоткуда.       — Я думала, ты пошла смотреть участки леса, которые хотела купить…       — Я вернулась.       — Я занята, Лекса. — Кларк потянулась и перевела внимание на платье, рядом с собой. Кларк ненавидела, когда Лекса заходила к ней в такие важные моменты. Она ведь думала о Лексе, об их свадьбе. В этих чёртовых кольцах. Надеясь, что Лекса уйдёт, она игнорировала её. Она полностью сосредоточилась на шитье и шуме швейной машинки. Когда Лекса встала прямо перед ней, она даже не подняла глаза.       — Ты загораживаешь мне свет. — Пожаловалась Кларк, не смотря на неё. Лекса отошла, но чувство победы быстро развеялось, когда швейная машинка внезапно перестала работать. Кларк посмотрела вверх и увидела её с вилкой от машинки в руке.       — Кларк, давай поговорим.       — Сейчас не самое подходящее время. — Она нервно взглянула на дверь. — Беллами…       — Он в сарае. Обедает со своими работниками. Мы совершенно одни, Кларк, только ты и я. Другого шанса может не быть.       — Для такой возможности у тебя было целых восемь лет. — Кларк сузила глаза и посмотрела на Лексу. — Ты появилась здесь без предупреждения, рассказала мне ТАКОЕ и теперь ждёшь, что я буду спокойно сидеть и разговаривать с тобой? Чтож, я не готова к разговору.       — Подготовься. — Сказала Лекса, садясь рядом.       — Я вижу, ты всё ещё деловая.       — А ты всё ещё упрямая.       — Я упрямая? — Кларк положила руку на грудь и засмеялась. — Это смешно, Лекса. Может, когда ты захочешь поговорить серьёзно, ты вернёшься сюда и…       — Мы должны поговорить прямо сейчас. — Твёрдо сказала Лекса. — Если ты хочешь тратить время обсуждая это, то пожалуйста.       — Единственным временем, которое я потратила, было время нашей свадьбы. — Сказала Кларк. Если бы она не отвела взгляд, она бы смола увернуться от Лексы, которая взяла её на руки. Того, что она задумалась над тем, как причинить своими словами боль, было достаточно, чтобы у Лексы была свобода действий. Кларк потеряла бдительность. — Убери от меня свои руки. — Её протест не был особо сильным, и она это знала. Но, что хуже, так это то, что об этом знала и Лекса. Всё, что Кларк могла делать, это возмущаться.