Mad is his normal life

— Ты что-то не понял?! — спросила я, не понижая тона. — Да все я понял, просто… — А ты красотка, — позади Кравцова показался парень, что бежал и тащил меня за собой, боясь что нас убьют. Сейчас он легкой походкой направлялся к нам, смеялся и хлопал в ладоши. Я встала с земли в полной растерянности. Или в шоке. Не знаю. Но это… Это. — Что здесь происходит!? — поинтересовалась я. Возмущение так и перло из меня. — Проверка… — Что за проверка, черт возьми? С ума сошел?! — Да. Мне нужно было знать предана ты будешь или нет… И я убедился. — Ты не мог предупредить, нет? — Это было бы не по настоящему,— спокойно сказал Кравцов, как будто мы о цветочках говорим. Тот парень подошел ближе и встал рядом с Сережей. — Вы идиоты. Я испугалась. Я думала, думала, — кажется у меня начинается истерика, потому что слезы снова начинали течь. —  Это была всего лишь проверка… И ты её прошла. — Идиот! — крикнула я, — Идиоты! — и стала колотить Кравцова за весь тот страх, что я испытала. Только он повинен в этом. — Эй, эй. Успокойся… Слышишь? — А она буйная…— где-то там за пределами моей истерики послышался голос того парня. — Сам в шоке, — Кравцов обхватил меня руками и сжал, не позволяя мне пошевелиться и продолжить его бить. — Отпусти, — угрожающе говорила я. — Успокоишься, отпущу, — говорил он глухо. Я посмотрела ему в лицо. Нет ни капли веселья, как, собственно, и у меня. Я даже удивлена, что хоть в кои-то веки его реакция совпадает с нормальной и адекватной. Я уже не брыкалась и не била его. Я только стояла и смотрела ему в глаза, пытаясь понять, что с ним не так. А может это со мной что-то не так? А может вообще с миром что-то не так? — Все? Битва закончилась? Не знаю, что за битву он имел ввиду, но я кивнула. После этого он меня отпустил, и я отошла от него на 2 шага. — Пошли. Скоро будет пять. Тебя еще домой отвезти надо…— Сережа пошел вперед, а я плелась позади вместе с тем парнем: лгуном и обманщиком. — Я, кстати, Артем, — он протянул мне руку для рукопожатия, но я лишь посмотрела на нее, потом на него, давая понять, что не имею желания знакомится. Я, безусловно, успела его рассмотреть. Высокий парень, примерно того же роста, что и Кравцов. Волосы были подстрижены ежиком и цвета пшеницы, как оказывается. Видимо там, в лесу было слишком темно. Телосложение было слегка худощавое. Но это все вообще никак не влияло на мое отношение к нему и к тому, что они сделали. — Ясно. Ладно. Не хочешь, не надо. Но признайся, весело же в конце было? — Тебе и ему? — я показала рукой на Кравцова, что шел впереди. — И не только… — Вы оба что ли отшибленные? — А вот обзываться не надо. Между прочим мы готовились. Устроили тебе представление с возможностью побыть главной героиней, а ты… — Больно надо было. — Но ты же пришла к нему, а значит было надо. Все проходили проверку. Я с недоумением посмотрела на Артема. — В каком смысле? — В прямом. Все из нашей компании проходили проверку. Ты, кстати, молодец. Теперь с нами. Поздравляю… — Стоп, стоп, стоп. Что за компания? Как понять «с вами»? Объясните мне кто-нибудь, что происходит, — последнее я выкрикнула. — Ты теперь в моей компании, — сказал Кравцов, который видимо слышал все, о чем мы говорим. — Что это значит? — Что значит быть частью компании? Тебе действительно надо объяснять? — с насмешкой говорил он. — Я не знаю, чем вы занимаетесь… — Пока и не надо. — Обнадеживает, однако, — сказала я с сарказмом. Мы вышли к дороге, где стояла машина. Кравцов кинул ключи Артему, и тот обошёл машину и сел на водительское сиденье. — А почему Артем ведет? — Потому что это его машина. Я нахмурила брови, недопонимая в чем суть. — Тогда почему ты водишь ее? Да, и вообще, у тебя же прав нет. — Для того, чтобы ездить они и не нужны. — В смысле? Он закатил глаза. Я почему-то ощущаю себя полной дурой. — В прямом. Любой может сесть в машину и поехать, если умеет. — Закон говорит обратное. — Закон? — он усмехнулся, — А что такое закон? Буковки напечатанные в книжечке, чтобы одному человеку жаждущему власти было удобней управлять запуганным тюрьмой стадом? Разве нет? Я хотела было что-то сказать в защиту конституции, но не могла сформулировать достойный ответ, поэтому мой предварительный вдох для речи, был опрометчивым. Я не считала, что он был прав, только мне ответить было нечего. Я села на заднее сиденье с полной уверенностью, что Сережа сядет вперед, но нет. Он залез вслед за мной. — Вот по этому адресу, — Кравцов показал Артему телефон. Кажется там был написан мой адрес. Я неимоверно обрадовалась, что скоро попаду домой и даже слегка приободрилась. — Ты пойдешь завтра в школу? — спросила я у Сережи. — А ты хочешь, чтобы я пошел? — Мне все равно… Скажи, а вот то что было этой ночью будет повторяться каждый раз? — Что именно? — Испытания? Я не должна проходить больше никаких проверок? Ну там не знаю, на прочность и тд. На преданность уже проверили же…— я специально говорила с упреком. Ну, надеюсь, он меня понял… — Я даже не знаю, а надо? Тём, как думаешь, надо? — обратился он к другу, оторвавшись от своего телефона. Тот посмотрел в зеркало заднего вида сначала на меня, а потом на Кравцова, ухмыльнувшись. Такое ощущение, что в этой машине все знают что-то, чего не знаю я, но при этом это связано со мной напрямую. Нутром чую. — А я хоть в какие-нибудь ночи смогу поспать нормально? Ну то есть выспаться? — А с чего ты взяла, что мы только ночью будем веселиться? — спросил Кравцов. — Я не знаю. Я думала, что только ночью… — В большинстве своем, это, конечно, ночь, но нам спать тоже надо. Я тоже не вечный… — Да? — Ага. Представляешь…— он постоянно сидел в своем телефоне и что-то печатал. Это безумно раздражало, но я боялась ему что-либо сказать, поэтому больше донимать вопросами я его не стала и повернулась к своему окну, за которым уже мелькали пейзажи города: просыпающиеся дома, в окнах которых зажигается свет. Люди собираются на работу, но на улицах все еще пусто. Я перевела взгляд на Сережу, когда, как мне казалось, он меня не видит. Он все также смотрел в телефон, изредка переводя глаза вперед, чтобы посмотреть, где мы едем. Свет от экрана телефона отражался на его лице, оттеняя каждую мышцу лица и ямочку. Его светлые волосы спадали слегка вперед. Серьезность, одна серьезность. Как можно быть настолько серьезным в 17, а потом резко веселым, саркастичным идиотом-психом-мудилой? Я не понимаю. Вот в такие моменты, когда он перестаёт быть привычным собой, он даже достаточно милый. Наверно. Но такое бывало очень редко. Мы наконец доехали до дома, и я вышла из машины. — Приятных снов, — сказал Кравцов, посмотрев на меня, а я чуть не удержалась от смеха. — Приятных снов, говоришь? Мне вставать без учета пробежки через час десять, — я посмотрела в свой телефон, — Проще вообще не ложиться… — Тогда не ложись, — сказал он. — Пока, Даша, — сказал Артем и помахал мне рукой. — Пока. — Еще увидимся… — Я даже не сомневаюсь, — сказала я и зашла в подъезд. В квартире было все еще тихо. Родители встанут скоро. Поэтому, я быстро сняла с себя испачканную землей одежду и, бросив её под кровать, улеглась.

***

Час пролетел будто его и не было. И вот моя мама уже толкает меня в плечо, чтобы разбудить. Я еле открываю глаза, смотрю на нее, она на меня, и я снова закрываю глаза. — Даша, вставай! — предупреждающе сказала мама. Я подняла телефон с пола и посмотрела на время. Было уже восемь утра, а я еще в кровати. Это что? Я не час спасла? Господи, так я же опоздаю. Таковы были мои мысли, но тело все так же бренно лежало на ложе. — Вставай. Я не знаю, что ты делала всю ночь, что так не выспалась, но чтобы ты сейчас же встала и пошла готовиться, чтобы хотя бы ко второму уроку прийти. Мы уходим. Поднимайся, — уже грозно говорила мама, и я поднялась. Было странно надеяться на то, что на утро не будет следа от моих похождений. Я сползла с кровати сначала ногами, потом телом, а затем, хватаясь за стеночку для опоры, поднялась. Я вышла в коридор, проводила родителей и поняла, что ложиться обратно мне нельзя, иначе я в школу не попаду совсем. Я заправила постель и поплелась в душ, чтобы смыть с себя грязь и пот. Для того чтобы проснуться сделала холодный микс воды. Потом спокойно пошла позавтракать, одеться, накраситься, чтобы скрыть ужасные синяки под глазами. Ко второму уроку я поперлась в школу, еле неся ноги. Я сидела на первом этаже и ждала, когда закончится урок. После звонка повалили ученики, я ждала только Арину. А вообще, если честно, то не только её. Мне было интересно, пошел Кравцов в школу или нет. — Привет, — я услышала голос Арины, которая садилась рядом со мной, — Тебя чего не было? — Проспала… Что было то? — Ай, да так… Это же география. — Аа, да. Никогда не запоминала расписание. Я почесала затылок и слегка прищурила глаза. Я смотрела на проходящих мимо людей, ища среди них Кравцова. Из-за угла стали выходить парни из компании Сережи. Я следила за каждым, ожидая короля этой шайки. И вот он появился из-за угла. Он шел, смотря в телефон. Как он еще не спотыкается? Я проследила за каждым его шагом, смотря на лицо. Когда он проходил мимо нас, он отвел взгляд от телефона и грозно посмотрел на меня. У меня аж мурашки побежали. Он за что-то на меня злился, но на что? Потом он опять стал смотреть в телефон и прошел мимо. — Ау…— я услышала голос Арины и поняла, что отвлеклась. — Что? — Ооо, — протянула она, — Тут либо все плохо, и ты его так же боишься, либо, что еще хуже, ты втюрилась в моего братца,— заявила рыжеволосая. Я подняла брови от удивления. Хотя, в принципе, чему тут удивляться? — Вот скажи, тебе еще не надоело сводить вместе меня и всех остальных парней, что в радиусе двух метров? — Нет. Как такое может надоесть? У меня звякнул телефон, оповещая о сообщении. Номер был тот же, что и у сообщения с адресом, поэтому я не могла усомниться, что это был Кравцов. Неизвестный номер: «Ты где была, мать твою? Тебя машина переехала?» Я: «Кравцов, это ты? Собственной персоной?» Н. Н.: «Да» Я сразу записала его номер, назвав «психушка плачет», ибо это больше подходит на его описание, помимо фамилии и имени. П. П.: «Мне повторять вопрос, или ты соизволишь ответить?» Я чувствовала в его сообщениях крик на меня. Но я не хотела ничего выносить в школу. Поэтому… Я: «Не соизволю» Больше он мне ничего не писал. Я даже не была уверена, что он прочитал это сообщение. Прозвенел предупреждающий звонок, и мы пошли на информатику. Сережу я не увидела. Почему он не пошел на урок? Но я не стала зацикливаться на этом вопросе и отвлеклась на учительницу. Затем, после теории, которую она рассказала, мы сели за компьютеры. Занимаясь разными операциями в этом железном ящике, я сидела совершенно спокойная. Но стоило мне увидеть уведомление от «П. П», и все. Прощай мое спокойствие. Пока учительница не видела, я залезла в телефон и прочитала. П. П.: «Выйди из кабинета» Мое нутро подсказывало, что сейчас он в бешенстве. Я: «У меня урок» Меня уже трясло. Откуда во мне столько смелости? А вообще я до сих пор злилась на него. Как он мог меня так обмануть? Неужели с ним все настолько плохо? Какие-то непонятные проверки на доверие. Зачем все это? Чем занимается их компания? За своими размышлениями я отвлеклась и от урока, и от телефона. Но меня привели в чувство одновременные звуки. Того как меня громко позвала учительница, и того, что мне на телефон пришло уведомление. Я извинилась перед учительницей и продолжила заниматься. Тут в класс после стука заходит парень из параллельного класса, который был в компании Кравцова. Тот который никогда не испытывал на себе грозный взгляд. — Что тебе? — спросила учительница. — Меня завуч попросила к себе Ефремову. Там что-то с документами надо уладить. Я посмотрела непонимающе на него, потом на учительницу, а потом поймала удивленный взгляд Арины. — Ты же уже ходила по поводу документов…— шепотом сказала одноклассница. — Я не знаю… — Вообще-то у меня урок. Она не может решить это на перемене? — спросила учительница парня. — Я не знаю. Меня попросили, я передал, — женщина недовольно посмотрела на него. — Ладно. Ефремова, иди, — я встала из-за стола и подошла к тому парню. — К завучу? Мы вышли из кабинета. — Ага, — усмехнулся он, — Иди за мной. Был тут подвох. — Как тебя зовут? — спросила я, не желая идти в тишине. — Игорь… — А меня… — Да, я знаю, — он не дал мне договорить. Неприлично. — Мы, действительно, идем к завучу? — спросила я, видя, что он повел меня в другой корпус. — Не совсем, — он покачал головой. Тут меня начало потряхивать, потому что до меня дошло, что мне предстоит встреча с разъярённым Кравцовым. Не успела я развернуться и пойти в другую сторону, как меня втолкнули в кабинет. За учительским столом сидел Кравцов, положив ноги на этот самый стол. Он смотрел четко на меня своим тяжелым взглядом ледяных голубых глаз. Дрожь пробежала по телу, а дыхание будто сперло. Я делала короткие неровные вдохи, но легкие горели. — Ну, как ты? — равнодушно спросил он. Я предчувствовала, что это только начало перед бурей. Я боялась. Да, определенно боялась. — Я… Нормально… — Где ты была? — он говорил спокойным ледяным голосом, словно его записали на диск. — Я не…— вдох, — Я не обязана тебе отчитываться, — нервная волна прокатилась по всему телу от головы до пят, и мне резко стало жарко. Он ухмыльнулся. — Ты так считаешь? — он встал и стал подбираться ко мне, словно тигр к добыче. Я отходила назад, пока не уперлась спиной в дверь. Он двигался и двигался, а я чувствовала, что воздуха становится все меньше. Кравцов остановился в пяти сантиметрах от меня, смотря сверху вниз. Я глаз не поднимала. Боялась встретиться с его взглядом. Я не понимаю, что я сделала, точнее понимаю, но не вижу причины злиться на меня, но я боялась. Он внушал страх своим присутствием. — Ты обязана делать все, что я скажу, — он положил руку мне на плечо ближе к шее. Аккуратно, медленно он стал двигать её выше. Я повернула голову, так чтобы открыть шею. Но он резко сжимает её, перекрывая горло. Я стала задыхаться от удушья. Он крепко держал мое горло. От шока я смотрела на него расширенными глазами, но они были такими еще и от нехватки кислорода. — Ты меня поняла? Ты согласилась быть со мной, а значит не можешь просто так теперь соскочить. Я найду тебя. Твою семью. И убью каждого, кто тебе дорог. Если ты мне изменишь, будет тоже самое, ты поняла меня? — но наклонился и перед тем, как отпустить, поцеловал меня в щеку. Затем я спустилась на пол, хватаясь за шею руками и глотая надрывные вздохи. Я подняла голову и посмотрела на Кравцова. Он скалой стоял надо мной, а я как маленький щенок, которого не удалось утопить, отползала в страхе от него. Он вылетел из кабинета, хлопнув дверью. Я осталась там, прижавшись к стене, хватаясь за горло и безмолвно крича. Истерика нахлынула на меня с небывалой силой. Вообще не уверена, что когда-либо так плакала. Мне было плохо. Ужасно. Во что я вляпалась? Все мысли смешивались, образуя ком нитей. Дергать за них было бессмысленно, так как узел затянется туже. Я не знала как себя успокоить. Я просто сидела в углу, прижав колени к груди и обхватив их руками. Что может быть хуже? Я ничего не сделала, чтобы со мной так обошлись. Я не понимала, почему, если я просто проспала, он уже начинает на меня злиться. Причем с такой силой. Он убьет всех, кто мне дорог, если я уйду? На что я подписалась? Сама виновата. Теперь только мне разбирать эту кашу по семенам. Не знаю, сколько я сидела в этом кабинете. Я не замечала течения времени. Голоса людей то нарастали, то стихали. А я сидела, глотая свои слезы.