Победа - не главное

«Саша, ты будешь победителем» - таковы были слова моего отца, когда я впервые захотел тренироваться для соревнований в вольной борьбе. Мне тогда было двенадцать. С тех пор прошло четыре года, и я действительно не проиграл ни одного серьёзного боя и считаюсь одним из сильнейших борцов. Кто-то этим восхищается, кто-то завидует, но ни один из них не знает, через что мне пришлось пройти. Тренировки, тренировки, вечные тренировки. Мой тренер, а по-совместительству отец и чемпион по вольной борьбе, ушедший из спорта по непонятным никому причинам, не жалел сил на усовершенствование моих навыков. Бывало, я тренировался вместо того, чтобы делать уроки. А иногда я вовсе не мог идти в школу из-за усталости. Тут-то меня и выручал Максим. Кто это? Мой парень. Хотя ни один из нас не выглядит похожим на геев, в обычном понимании людей, мы встречаемся уже год. С детства общаясь, мы научились понимать друг друга, и теперь, в этом странном возрасте - шестнадцать лет, начали встречаться. Ну как «встречаться». Мы раньше спали друг с другом. Максим так же увлекается вольной борьбой. Возможно, мы даже когда-нибудь встретимся на ринге. Но из-за предстоящего важного боя, отец просто озверел — тренирует меня и день, и ночь, при этом требуя ходить в школу. Именно с момента ужесточения тренировок я начал чаще видеться с Максимом. Он живёт всего в паре шагов от школы и к нему я приходил по утрам вместо уроков. Я отсыпался, так как ни на что другое просто не хватало сил. Максим понимал это, за что я очень ему благодарен, и просто вёл себя как обычно по-домашнему, не обращая на меня внимания, но не шумя, дабы не разбудить. Так было и в этот раз. Почти так. Я подошёл к двери в квартиру, где жил Максим и, задумавшись, хотел было сначала позвонить. Внезапно «выхожу из астрала» и понимаю, что сейчас мы стоим лицом к лицу: он уже выходит из дома. Измучено улыбнувшись, обнимаю это за пояс и утыкаюсь в незакрытую белой курткой шею. Он вздрагивает от ощущения моих холодных губ на своей коже. - Привет,- тихо хриплю, хотя Максим знает, что я так лишь напрашиваюсь на сострадание. - Опять?- в голосе проскальзывает беспокойство. - Ага. Ты ведь не бросишь меня замерзать?- я криво усмехнулся и, выпрямляясь, еле заметно чмокнул в уголок губ. - Тебя, Саш, бросишь, ты потом с того света достанешь и у меня жить останешься,- он потрепал мои и без того непослушные волосы и посторонился, пропуская впереди себя. - Спасибо, я всегда знал, что на тебя можно положиться,- я сразу же начал раздеваться. Краем глаза я осмотрел Максима. Всё в нём было как обычно: как обычно великолепное тело; как обычно светлая одежда, подчёркивающая здоровый загар; мягкие светлые волосы; ярко-синие глаза. Образ эдакого ангела всегда привлекал девушек, а мы хоть и тайно встречаемся, но каждый раз, что он отвергает девушку, я тихо радуюсь и произношу где-то глубоко в сознании «Выкуси!». К слову сказать, внешне мы с Максимом разве только одного роста были, во всех остальных вещах абсолютно непохожи: я всегда был обладателем бледной кожи, иссиня-чёрных волос, которые подчёркивают природную бледность, ярко-зелёные глаза сильно выделялись на лице, что мне совершенно не нравилось: я даже некоторое время носил серые линзы, но Максим их увидел и, выгадав момент, когда я их снял, просто-напросто выбросил. И ещё вдобавок сказал, что я с теми линзами был уж очень на девушку похож с телом парня. Звучало это как оплеуха, честно говоря. Если даже сравнивать нас в одежде, то различия поражающие. Он носил одежду только светлых тонов, как уже говорилось ранее, я же в основном тёмное. Моя первая, и самая продолжительная, любовь однажды сказала, что мне очень идёт тёмно-синий и вообще неяркие цвета, тогда я начал носить всё тёмное. Мы расстались- привычка осталась. Причёсками тоже были совершенно непохожи: моя была неформальной, из-за неё на соревнованиях ко мне относились раньше не вполне серьёзно, торчащие на затылке волосы и косая чёлка, почти не закрывающая левый глаз, у правого глаза она еле-еле доходила до брови; на голове моего парня была стрижка очень короткая. «под 0,5», вроде бы. Так вот, про Максима. Хоть он и выглядел сегодня как обычно, всё равно меня тянуло к нему по-особенному. Возможно, из-за того, что «развлекался» я в последнее время только из-за потребности - гормоны разбушевались, и каждое утро моё тело преподносило мне сюрприз в виде небольшого бугорка на одеяле где-то в районе низа живота. Разувшись, я медленно начал приближаться к парню. Он всё это время наблюдал за мной, только расстегнув куртку, под которой оказалась классическая белая рубашка, расстёгнутая на верхние пуговицы. Острые ключицы выглядывали из-под школьной одежды, мне жутко захотелось покрыть их поцелуями, что я незамедлительно сделал, обняв блондина за талию. - Саш,- он неторопливо погладил меня по голове,- или мы будем идти до конца, или лучше не начинай - произнёс Максим с «материнскими» интонациями, что он любил делать, когда я приходил к нему в таком состоянии, и обычно это отрезвляло. Но я уже не слышал ничего кроме своих собственных мыслей. Помня, что у него это одна из самых чувствительных эрогенных зон, я ,прикусывал зубами кожу на его шее и нежно целовал за ушком, изредка посасывая мочку уха. До моего сознания ещё еле-еле доносился отзвук голоса любимого, но это не имело значения, пока я не почувствовал сильный рывок за волосы на затылке,- Слушай меня, чёрт тебя дери,- Максим повысил голос, надеясь достучаться до меня, но замерев, видя моё лицо: глаза лихорадочно блестели, рот приоткрыт, и из него доносились тихие стоны от того, что его пальцы всё ещё находились в моих волосах и беспощадно сжимали их, заставляя меня откинуть голову, открывая бледную шею. - Я тебя внимательно слушаю, солнце,- мы смотрели друг другу прямо в глаза. Максим - я смотрел на него из-под полуопущенных век. Воцарилась тишина, и я услышал то, как громко он сглотнул. Его частое сердцебиение будто стало нашим общим, настолько хорошо я чувствовал его, прижимаясь всем телом к парню. Чувствовал, правда, не только ритм сердца, но и начинающее пробуждаться желание, но Максим не выглядел таким, будто ему этого действительно не доставало.- А, впрочем, думаю, ты прав. Я сутки не спал, и мне надо бы отдохнуть. Я убрал от любимого руки. Казалось, Максим тут же стал более раскрепощённым, более расслабленным. Я прошёл в его комнату и улёгся на большую двуспальную кровать, прикрыл глаза, полностью заполняя всё свободное пространство собой, зная, что Максим как обычно предпочтёт находиться где-то неподалёку. - Подвинься,- около уха прозвучал знакомый голос. - Угу,- я был уже в полудрёме. - Ты так сильно устал... Весь вымотался,да?- Максим не хотел оставить меня в покое, хотя буквально пару минут назад сам же прекратил всякие домогательства. - Да,- я уже проваливался в сон. Парень оседлал мои бёдра, я собирался заснуть на животе, и начал медленно поглаживать спину. - Давай помогу расслабиться?-он шепчет это мне на ухо. Я выслушиваю из последних сил и уже почти заснул, но ощущение тяжести на нижней части тела и лёгкие эротические поглаживания не дают этого сделать. Ровно так же, как и упирающийся в мои ягодицы «Максим-младший». - Макс, иди сюда...- я проговорил это, будучи уже в полудрёме и подгрёб не сопротивляющегося блондина под себя. Его сбивчивое дыхание обжигало шею, а пальцы вцепились в мои предплечья, когда я запустил руку в его расстёгнутые серые джинсы. Мягкие прикосновения к возбуждённой плоти Максима заставляли того часто вздрагивать и судорожно выдыхать, то напрягая, то снова расслабляя пальцы рук. Я начал с нажимом двигать рукой вдоль его возбуждённого органа, стараясь добавить как можно больше удовольствия. Глаза медленно, но верно слипались, и дальше всё происходило как в тумане. Почему так? Всё очень просто- дальше я ничего не помню... Проснулся я очень легко, что было довольно странно — обычно вставать после сна для меня настоящая пытка. Оглядевшись, но ещё не собираясь вставать, я не заметил нигде поблизости Максима. Кое-как пересилив себя, я всё же поднялся с кровати и отправился на поиски любимого. Квартира была трёхкомнатная, поэтому я нашёл Макса незамедлительно. Он сидел на кухне и пил свой любимый молочный чай, развернувшись спиной ко мне. - Бу!- я попытался было его испугать, но тот даже не шелохнулся. Казалось, меня игнорируют,- Чего ты какой... Злой? - Ты действительно не понимаешь или притворяешься?-по интонации Максима было заметно, что тот взбешён, это казалось просто невозможным. Значит, я сильно постарался, чтобы его разозлить. - Что я должен понимать?- чёртова привычка опускать голову как нашкодивший щенок, когда меня отчитывают. Он допил оставшуюся половину чая в чашке буквально в один глоток, резко встал, едва не ударив меня по челюсти своей головой, и развернулся, пристально вглядываясь в моё лицо так, будто пытаясь прожечь его. - Ты знаешь что такое «хотеть секса»?- Максим задал довольно странный вопрос, приближаясь ко мне чуть ли не в плотную. - Да,- чувствую себя на допросе. Нервничаю, неизвестно, что он в таком состоянии может выкинуть. - Тогда какого ты меня возбудил, а кончить не дал, мать твою за ногу!?- он резко сжал мои яички, отчего в глазах потемнело и начали мерцать вспышки и звёзды. - Ауч!- это было единственным приличным, что я смог произнести от этих поражающих ощущений. Меня будто бы всего взяли в тиски и пытались оторвать то, что отличало меня от девушек. Дыхание перехватило, но оно почти тут же нормализовалось, когда меня выпустили из этих «дьявольских силков»,- Прости, солнце. Больше такого не будет, просто я же тебе рассказывал про отца, тренировки без перерывов и про этого конкурента, чьё имя папа говорить отказывается. Максим после этих слов стал каким-то флегматичным и, наклонившись к моему уху прошипел: - Мы всё равно в ближайшее время переспим. Мне надоело вести себя как девушка, ждущая парня с армии. - Ты меня так пугаешь, когда становишься таким,- я слабо улыбнулся и обнял его, пусть немного успокоится. Максим же положил ладони на мой зад и уже спокойной продолжил разговор. - Через сколько у тебя это соревнование? - Два дня всего осталось. Завтра я буду весь день отсыпаться, говорят, соперник сильный. - Не дрочи до этого боя. Если узнаю, что ты чем-то подобным занимался, буду наказывать беспощадно,- я раньше говорил, что он ангел? Да, он и вправду ангел, но только в хорошем настроении. А сейчас он был вполне серьёзен, значит и вправду наказание последует нешуточное. - Хорошо...- на этот раз громко сглотнул я, размыкая объятия и направляясь к крану — в горле бушевала настоящая пустыня. * * * Два дня прошли довольно тихо. Всё это время я закалывал школу дома. У себя дома. Это так необычно — отец дал «отпускные» якобы для отдыха перед соревнованием. Только вот «отпуском» это было назвать трудно: тренировки к объёмах не уменьшались, радовало только то, что и не увеличивались; а запрет Максима я соблюдал, проявляя всю свою силу воли по утрам, успокаиваясь морально и ходя потом раздражённым. Потом отыграюсь, помнится, мой любимый давно уже хотел попробовать ролевые игры. Устрою ему и ролевые, и всё, что захочу. И наступил этот «долгожданный» день. День соревнования. День, после которого у меня будут силы и время любить Максима хоть весь день напролёт. День, после которого по утрам не придётся думать о полях с цветочками и бабочками, дабы не нарушить запрет. Последняя мысль напомнила фразу одного моего знакомого: «Посмотрел на кошачью задницу и возбудился». Сейчас испытываю нечто похожее, только бы не случилось ничего. Наверное, это был первый раз, когда я на соревнования ехал с такими планами и надеждами. Максим умеет воодушевлять. Вот и двери в раздевалку. Раскрываю их и замираю. - Что... Что ты здесь делаешь?- сказать, что я оторопел, значит не сказать ничего. Прямо напротив меня стоял Максим, развернувшись спиной и ища что-то в спортивной сумке. - Привет,- он улыбнулся, будто мы просто пересеклись в школе или на улице, и всё шло как надо,- Я здесь на соревновании. - А!?- я просто не знал, как на всё это реагировать. С одной стороны, Максим, возможно, действительно не хотел отвлекать от тренировок, а с другой, он скрывал от меня это. Да ещё и запретил по утрам расслабляться, кто его знает, что этот парень может выкинуть. - Мы же в одной возрастной категории, опытом примерно схожи. Не понимаю, почему ты так удивляешься,- он опять сверлил меня взглядом. На этот раз было только одно «но»- через десять минут должен был начаться бой, и мне надо было торопиться. Я прошёл мимо, расположившись на лавочке и начиная раздеваться. - Ты не говорил о том, что знал про это. - Это неважно. Нужен полноценный бой, а если бы ты знал, что твой противник-это я, ты бы был не настолько сосредоточен. Надеюсь, сейчас ты покажешь мне результат тренировок,- последняя фраза была произнесена с насмешкой, что не слабо подкололо меня. Пока я переодевался, мы больше не проронили ни слова. В итоге мы с Максимом только перед выходом на ринг улыбнулись друг другу и пожали руки. Мы встали в центр, ожидая объявления начала раунда. Я невольно засмотрелся на парня, стоящего напротив. Максим был необычайно серьёзен, глаза азартно сверкали, глядя на меня, он разминал руки. Я же просто стоял и смотрел на него, даже не услышал сигнал о начале раунда. Максим же сразу начал атаковать, стараясь провести серии захватов, но я уклонялся. Нужно было продержаться всего полторы минуты и первый раунд закончится. Честно говоря, весь бой проходил для меня как для постороннего наблюдателя, будто это всё происходит не со мной. В один момент оказалось так, что он обхватил меня за ягодицы ногами и начал еле заметно тереться плотью о меня. Со стороны это могло показаться обычным захватом, но глаза Максима выдавали его полностью. Я резко выдохнул, стараясь подавить стон. Член начал вставать, показывая мою реакцию на движения оппонента. Максим же только улыбался какой-то садистской улыбкой. Второй раз не заставил себя долго ждать- очередная провокация моего парня просто сносит крышу: я оказался на четвереньках, Максим же прижался тазом сзади, одной рукой обхватил за грудь, а вторая легла на уже болезненно выпирающую из костюма плоть. Он нежно массировал её, раскачиваясь позади, отчего я начал выгибаться, но, собравшись с силами, всё же сумел опрокинуть подростка на лопатки, победоносно усевшись сверху, удерживая его на лопатках. Первый раунд за мной. Окружающие, вроде бы, не обращали внимания на натянувшуюся в районе паха область. Да это даже к лучшему. Второй раунд начинался так же малоподвижно, как и начало всякого другого раунда. Только в этот раз Максиму удалось прижать меня к ковру. Казалось бы, ничего такого не должно было произойти — это всего лишь один из множества приёмов в вольной борьбе. Но тут, как говорится, меня накрыло. Судья должен досчитать до двадцати трёх, и за эти чёртовы двадцать три секунды я кончил! Не имея возможности высвободиться от захвата Максима, я изворачивался как уж на сковороде, от чего становилось только хуже и хуже, но я надеялся в конце-концов хоть как-нибудь избежать этого позора. Юноша, нависший надо мной, ловил ушами каждый мой вздох. Он знал, что в этом раунде он сравняет счёт. И, как только судья прокричал, как мне показалось, это роковое «Двадцать три!», я не смог сдержать порыв и кончил в костюм. Максим, слезая с меня, вытер пальцами колено, на которое просочилось немного моей спермы, и показательно облизнулся. Похоже, он хотел этим смутить меня, но вызвал только лёгкие послеоргазменные судороги и пошлые фантазии о том, как я буду мстить. Но сначала надо выиграть. Определённо, только выиграть, не зря же я столько готовился. Round three. Fight. Этот, последний, раунд был незабываемым. Никто из нас не хотел уступать: оба дрались, как в последний раз. У меня получалось высвобождаться из умело поставленных захватов, он просто отлично уворачивался от моих атак. Захваты, прогибы, стойки- все эти приёмы мы использовали друг за другом, будто бы не уставая. Но вот, «наши» полторы минуты закончились, и мы разошлись по своим тренерам, конечно, предварительно пожав по-дружески руки. Отец объяснял мне мои ошибки, Максим выслушивал пламенные речи своего наставника. Мы оба слушали, но не слышали старших — мы были увлечены друг другом. Максим ждал шага от меня после того, как это всё закончится, я обещал. * * * Раздевалка. Наконец-то, думал, не дойду до неё. В ушах до сих пор звенели слова арбитра: «Победил...Максим Гордеев!». Я был очень рад за моё солнце, без лукавства. Именно поэтому я подошёл к нему и, несмотря на осуждающий взгляд отца, обнял Максима, поздравляя и похлопывая по плечу. Вокруг столпились его друзья и родственники и начали бурно обсуждать победу. Я вспомнил, точнее почувствовал холодную сперму на животе, что пора бы идти в душ и направился в сторону раздевалки. Сзади меня нагнал Максим и, обнимая за плечи, направился туда же. - Молодец, ты заслужено победил,- я радостно улыбнулся и обнял его за талию. - У нас разрыв всего в один бал. Хотя, не буду скромничать, заслуженно,- мы оба засмеялись и, как только вошли в раздевалку, я прижал Максима к стене, параллельно закрывая дверь на замок. - Помнишь обещание?- я начал покрывать его шею поцелуями. Для нас это была просто неотъемлемая часть прелюдии. - Такое забудешь...Целых две недели...Без секса,- блондин поймал мои губы, и тут началась настоящая борьба. Наши языки сплетались, доставляя неописуемое удовольствие. Настолько неописуемое, что, казалось, воздух начинает пропитываться какой-то дурманящей аурой. - Я даю ещё одно обещание...-через некоторое время я разорвал поцелуй. - Да...-глаза его стали затуманены и похожи на море во время шторма. Тёмно-тёмно синие...Прекрасный цвет, как, в общем, и обладатель этих глаз. - В следующий раз я тебя накажу за проказы. А пока что радуйся свободе, тебя ждут наручники и плеть... И ещё одна прелестная штучка,- поцелуй продолжился, а мы начали раздевать друг друга. Я начал спускаться губами по телу дрожащего Максима вниз, иногда прикусывая кожу, отчего он шумно дышал. Лаская его соски, я прикоснулся к члену, около которого была когда-то растительность пепельно-белого цвета, а сейчас же было всё гладко выбрито. Максим не смог выдержать мучительно-медленных ласк и сдался, кончив. Но на этом веселье не заканчивалось. Мне хотелось большего, поэтом я встал на колени перед ещё не отдышавшимся парнем и, глядя в его расширяющиеся глаза, начал активно сосать, заглатывая и пытаясь сделать это для себя более комфортным: пару неверных движений, и глубокий минет может оказаться для желудка трагедией. К счастью, всё прошло удачно. Получилось и доставить удовольствие, и не опозориться. - Саша...-он буквально ноет. Думаю, что использовать в качестве смазки и, не придумав ничего лучше, смазываю свой член и вход Максима спермой со своего же живота, повернувшегося спиной ко мне и сексуально выставив задницу. - Ты ведёшь себя как куртизанка...-это последнее, что я успел сказать перед тем, как резко вошёл в податливое тело, плотно прижавшись всем телом. - Даа!-он не сдерживается. Похоже, и вправду ждал, пока я закончу с тренировками. - Внимание, начинаю двигаться,- я начал наращивать ритм медленно, но верно, доводя Максима до исступления. Всю раздевалку заполнили пошлые звуки, запах секса и удовольствия. Ещё год назад меня могло бы поразить это словосочетание «запах секса», и я его действительно не понимал. Сейчас этот запах стал уже не таким незнакомым. Это запах двух тел, сплетающихся вместе, гормонов, спермы, удовольствия. Удовольствие как наркотическое вещество заставляет хотеть большего, ещё, ещё... Вскоре Максим не выдерживает и кончает, инстинктивно очень сильно напрягая мышцы всего тела, и я кончаю следом. Выхожу из расслабленного тела. Нас, наверняка, обоих уже заждались родители, друзья, знакомые и люди, которые пришли сюда для тренировок, но кого это волнует, когда рядом находится человек, который помог осознать: «Победа — не главное в этой жизни!». Очень прошу в комментариях оставлять пометки: плюсы и минусы(над чем надо работать).