Яблочный пирог с корицей

      Лекция началась с приветствия молодого преподавателя и напоминания о защите реферата по философии. Алексей Сергеевич подошел к доске, чтобы записать план занятия. Сегодня он не взял свой мел, а тут был только один кусочек мела голубого цвета. Пришлось писать им. В то время как преподаватель диктовал и записывал план, его оборвал громкий крик одного из студентов с последнего ряда:       — Алексей Сергеевич, а голубым не видно!       Преподаватель усмехнулся и ответил:       — А голубые могут пересесть вперед.       Аудитория залилась смехом. Ване не оставалось ничего другого, кроме как пересесть на первый ряд. Под общий смех и подколы, юноша спускался вниз. Он чувствовал себя крайне неловко. Всю пару над Ваней прикалывались сокурсники. Это жутко раздражало и отвлекало. Юноша хотел получить автомат по философии, а потому и старательно записывал все лекции.       Прозвенел звонок. К Ване подошел Стёпа:       — Ну что, в столовку?       — Пошли в инженерку, — предложил Ваня.       Приятель согласился. Они покинули аудиторию и направились в столовую, которая располагалась в инженерном корпусе. По дороге юноши разговаривали о новом ужастике, который должны были показывать на выходных. Студенты даже не подозревали, что их преподаватель шёл в ту же сторону, но немного поодаль. Вскоре они дошли до лестницы, ведущей в переход, через который можно было попасть в инженерный корпус. Юноши спустились вниз, а Алексей Сергеевич прошел мимо лестницы, направляясь в следующую аудиторию.       В столовой Ваня добавил к своему привычному обеду пудинг. Стёпа удивился такой перемене, не упустив случая подколоть друга:       — Неужели ты стал таким же нежным, как этот пудинг, из-за безобидной шутки Сергеича?       Ваня молча пихнул приятеля, показывая, что ему это неприятно. Такая реакция развеселила друга. Смех оказался заразным, так что вскоре и сам юноша начал смеяться. В такой позитивной обстановке и прошел их обеденный перерыв. Дальше последовали занятия, на которых студенты старались не отвлекаться.       Учебный день закончился. Ваня отправился на подработку в продуктовом магазине возле общежития. Посетителей было немного. Оно и не мудрено, до следующей стипендии оставалось около недели. Ближе к концу смены в магазин зашел Алексей Сергеевич. Студент несколько удивился, когда к кассе подошёл его преподаватель. Он часто встречал здесь преподавателей из университета, но философа, да еще и за пределами университета, ему не доводилось видеть.       Пробив покупку, Ваня произнес заученные фразы: «Благодарим за покупку. Приходите ещё». Студенту было даже как-то неловко улыбаться, хотя это предписывали правила. Выдавив что-то наподобие улыбки, юноша заставил улыбнуться преподавателя. Возможно, у продавца вышла очень странная гримаса, раз Алексей Сергеевич так улыбнулся.       Философ — позитивный человек, ну, пока его не разозлить. Ване недавно рассказывали такую историю. Его однокурсница, Катя, в середине их спора с преподавателем о мировоззрениях сказала:       — Мы спорим как два барана.       Эти слова задели Алексея Сергеевича. Если он до этого со смехом и долей иронии оспаривал её точку зрения, то сравнение с бараном было её ошибкой.       — А не нужно смотреть на преподавателя как на барана, — раздраженно ответил философ.       Тут уж её вся группа пыталась заткнуть. Катя все никак не желала останавливаться. Их спор быстро перерос в ругань, культурную перепалку. Говорят, что только звонок смог их остановить. Подружки буквально выволокли студентку из аудитории.       Алексей Сергеевич вышел из магазина. Смена Вани закончилась, и он, наконец, мог вернуться в общежитие и развалиться на пружинистой кровати. Студент быстро погрузился в сон.       Ему снилась пустая аудитория. Юноша огляделся. За преподавательским столом сидел философ. Чиркая что-то в журнале, Алексей Сергеевич внезапно остановился, словно почувствовал на себе взгляд. Посмотрев на студента, он недовольно сказал:       — И чего ты в дверях топчешься? Давай, тяни билет.       Ваня приближался к столу, проклиная себя, что не готовился накануне. Если он завалит философию, то прощай стипендия, наш студент будет голодным учиться, пока следующую сессию не сдаст.       Перед философом лежало несколько билетов. Юноша нерешительно потянулся за одним из них. Перевернув билет, он прочитал вслух первый вопрос: «Философия пола: феминизм, мужской шовинизм; гетеросексуальность и гомосексуальность». Вторая часть вопроса вогнала Ваню в краску. Рассказав немного про феминизм и мужской шовинизм, студент замолчал, не зная с чего начать.       — Ну давай, рассказывай, — поторопил преподаватель, не отрываясь следя за каждым движением студента.       — Гетеросексуальность выражается в любви к противоположному полу, — неуверенно заговорил юноша, старательно оттягивая нежеланный момент.       Рассказ про разнополую любовь вышел слишком быстрым. Не зная, что еще можно придумать, он подбирал слова, из которых невозможно построить полноценного предложения. Философ встал со своего места и подошел сбоку к студенту, последний сильно нервничал и терялся. Немного наклонившись к нему, Алексей Сергеевич прошептал на ухо:       — Так что у нас с последним вопросом? Или может, ты стыдишься своей ориентации?       Ваня вздрогнул и отступил от преподавателя. Интуиция подсказывала, что очень скоро его задницу распечатают. Но философ не напирал на него, наоборот, с ослепительной улыбкой замер на месте. Находясь на отдаленном расстоянии друг от друга, он не отрывал своих глаз от оппонента.       Безмолвная тишина и легкий полумрак пустой аудитории создавали свою атмосферу. С одной стороны, она сковывала, но, с другой стороны, атмосфера призывала к решительным действиям. Даже если и кто-нибудь из присутствующих допустит ошибку, она останется здесь, в пустой аудитории. Стены поглощали все звуки, не позволяя им покинуть это помещение.       — Ты собираешься отвечать на мой вопрос? — спросил преподаватель с легким раздражением.       Студент ослабил бдительность и отвел взгляд в сторону, уперевшись в парту. Казалось, экзаменатор только этого и ждал. Алексей Сергеевич подошел к нему вплотную, осторожно прикоснувшись к щеке. Юноша не реагировал, уставившись в одну точку.       — Я не стану принуждать тебя, — произнес философ, опустив руку.       Ваня удивился и, обернувшись к нему, заглянул в погрустневшие глаза. Молодой человек выглядел так, словно ему только что отвесили хорошую пощечину. Студент почувствовал себя виноватым. Но его сердце постепенно начало наполнять другое чувство, поглощая всю свою вину.       Тело юноши начало двигаться вразрез с сознанием. Ведомый душой и сердцем, Ваня подошел ближе к преподавателю. Осторожно дотронувшись до его подбородка, он приподнял его. Глаза Алексея Сергеевича смотрели с такой болью и тоской на студента, что тот полностью перестал контролировать свои действия. Крепко обняв молодого человека, юноша тихо прошептал:       — Если это вы, то я согласен.       На мгновение на лице философа отразилось удивление, но оно быстро сменилось решительностью. Алексей Сергеевич предупредил студента, что не станет останавливаться, даже если тот будет умолять со слезами на глазах. Преподаватель усадил юношу на свой стол. Нежно поцеловав, он приметил покрасневшее от смущения лицо Вани. Молодой человек ослабил галстук. Студент следил за каждым движением, не в силах оторвать своего взгляда.       В этот момент стерлись все границы между преподавателем и студентом, сейчас они стали совершенно обычными людьми. Они стали настоящими любовниками, пусть это продлится всего одну ночь, но этот сон связал их сердца и души. Теперь Алексей и Ваня были полностью свободны в своих действиях, ведь эта аудитория сохранит все воспоминания здесь, не позволяя им исчезнуть.       Теплые руки стянули футболку, мимолетно скользя по юному телу. Молодой человек припал к шее партнера. Юноша обхватил руками Алексея. Философ скользил вниз, оставляя небольшие следы от мягких поцелуев. Тело юноши задрожало от непривычных ощущений, но ему этого было недостаточно. Ваня хотел больше, и его партнер, словно почувствовав желания парня, принялся их воплощать. С каждым следующим шагом, они тонули в собственных чувствах и ощущениях. Чувство неловкости улетучилось и на первый план вышло желание насытиться друг другом. Бесконечная ночь останется в их сердцах на всю жизнь. Незнание, что этот сон был разделен на двоих, станет преследовать их, создавая ощущение односторонней связи и ставя препятствия на пути. Молодой человек не сможет раскрыть свои чувства преподавателю, ведь между их положениями пропасть, выстроенная реальностью.       После этого сна Ваня всячески избегал зрительного контакта с Алексеем Сергеевичем, он не мог пересилить себя и сказать, что влюбился. Но настал день, когда была назначена защита реферата. Студент долго не мог собраться с мыслями, ведь тот сон прочно засел в памяти, сковывая юношу. Аудитория постепенно пустела. И вот, настал тот момент, когда Ване предстояло посмотреть в глаза преподавателю. Подойдя к столу, он протянул проверенный реферат и сел напротив. Философ посмотрел название темы и слегка улыбнулся. На его памяти впервые юноша брал тему: «Философия любви».       — Итак, что такое любовь? — задал первый вопрос Алексей Сергеевич.       Студент начал уверенно отвечать. И вскоре преподаватель дошел до вопроса, касательно философии пола. Едва речь зашла о сексуальной ориентации, как он занервничал и заговорил сбивчиво.       — Почему ты не смотришь на меня? — перебил философ. — Я уже настолько тебе надоел, что ты больше видеть меня не хочешь?       Эта нелепая шутка, как и с мелом в свое время, получила глубокий отклик в душе юноши. Ваня встретился с ним взглядом, и взгляд его был полон уверенности. Студент заявил, что полюбил его всем сердцем, но преподаватель отверг его чувства. И сделал он это в безобидной форме, напомнив о теме реферата. Алексей Сергеевич попытался объяснить юноше, что он заблуждается. Возможно, философ вызывает у него восхищение или уважение, но никак не любовные чувства. Студент воспротивился этому. Между ними завязался спор, в ходе которого Ваня не выдержал и, сильно наклонившись к преподавателю, напористо поцеловал того. Алексей Сергеевич не ожидал такого. Чтобы кто-то из его студентов, тем более юноша, и поступил подобным образом?!       С этого момента жизнь преподавателя и его студента сильно изменилась. Молодой человек старался избегать их встреч, но Ваня был настойчив. Несмотря на это, их следующая встреча состоялась на экзамене. Студент терпеливо ждал, пока они не останутся наедине. Философ понимал это и нервничал с каждым уходящим студентом все больше и больше. Алексей Сергеевич постоянно цеплялся к ответам студентов, пытаясь задержать их хотя бы ненадолго.       Последним, кто подошел к преподавательскому столу, был Ваня. Он сел на стул и, протянув билет, начал уверенно отвечать. По воле судьбы или же злого рока, его вторым вопросом в билете была философия любви. Философ напрягся, он ожидал, что юноша выкинет что-нибудь выходящее за пределы разумного. Но студент вел себя на удивление спокойно и примерно. Получив свою заветную пятерку, Ваня встал и взял зачетку. Юноша остановился у порога и, обернувшись, посмотрел на Алексея Сергеевича со всей возможной нежностью.       — Я не хочу вас принуждать, — с горечью произнес он. — Надеюсь, вы однажды полюбите кого-то также сильно, как и я вас.