"Слепое знамя дураков"

Время заполночь. Огней на шоссе становилось будто всё меньше между редких пролетающих машин. Улицы от людей пустовали, кроме редких молодёжных компаний, бегающих в круглосуточные лавки за алкоголем. Мужчина возвращался домой, добросовестно задержавшись на работе. Прямо на ходу он решил закурить и убавил скорости, старясь держаться поближе к обочине. В тот момент, как чиркнувший в темноте огонёк застремился к забёртанной табачной трубочке, он вдруг заметил стройный силуэт, стоящий недалеко от автобусной остановки. Но ведь, когда он подъезжал, его там ещё не было… Это девушка. Но почему так поздно? Он отложил так и не закуренную сигарету и приостановился рядом с ней. - Вас подвести? - Да, пожалуйста! – она не скрывала своей радости. Назвала адрес. – Сколько с меня? - Не надо, нам по дороге. Сказать, что она была оголена визуально по самое не могу – ничего не сказать. Длинноволосая, длинноногая в чёрных туфлях на шпильках, ноги обнажены по самые бёдра, только в заключительной точке прикрытые полукоротким пальтишкой. Даже если у неё под всем этим и есть шортики, то фантазия даже неискушённого мужчины в любом случае нарисует нечто другое. Но о чём-либо другом думать было уже поздно. Она радостно плюхнулась на заднее сидение и они отчалили. Вскоре он заметил в зеркальце заднего вида, как она опасливо озирается в окна. - Что-то случилось? – больше из-за любопытства, еже ли из-за её тревоги спросил он. - Мне показалось, что меня преследуют. Шли за мной ещё от начала улицы, поэтому я и побежала к дороге, мне так повезло, что вы тут же подъехали. Куда не поверни - ни души! Водитель не скрытно улыбнулся, довольный собой. Её девичий высокий голос и просьба о помощи придавали ему странной бодрости. Которую он про себя замечал, ещё до этого дня, в свои многие полубессоные ночи... Интересная девица, где же она была в такой одежде? Спустя минуту её метания от окна к окну прекратились, и она расположилась поудобнее на бархатистой обивке сидения. Видимо, что бы окончательно успокоиться – завела разговор с водителем о разных вещах. Ну как о разных вещах… Ночь хороша, небо чистое, к сожалению не то, что днём. Погружаться в мысли не позволял руль. Но и просто наслаждаться этим ему кое-что мешало, а именно его случайная пассажирка. Она вертелась на сидении как девочка, постоянно перекидывая одну ножку на другую (да, именно ножки, не смотря на их длину), теребила локоны своих волос, как будто чего-то стеснялась и всё время стремилась болтать на возбуждающие лично его темы. Вообще он считал себя относительно порядочным, хоть и не без греха. Но эта особа на его заднем сидении вытворяла такое, что от собственных мыслей он просто не знал куда деться. В этот момент хотелось винить во всём что угодно, кого угодно, но только не себя. Даже её сладковатый запах, вторгшийся в его непримечательный салон будоражил воображение. Она прямо раздувала сладкий животрепещущий жар, всплесками распространяющийся по его нутру. Хотелось опустить руку и немного удовлетворить, успокоить себя, но не при ней… или же… Он постарался отогнать эти мысли жестом, как отгоняют мошкару, но и результат получился такой же - с секундным эффектом, и всё заново. Покусывая многие участки, пробираясь сквозь складки одежды, за самые чувствительные места. Может включить музыку? Хоть как-то отвлечь себя. Но проклятое радио не работало по самым неизвестным причинам, хотя раньше никогда не подводило. Менял волну, ударял по нему ладонью – ничего. Сплошные скрежетающие помехи, пришлось выключить. - … Я знаю, что с незнакомыми мужчинами это не обсуждают, но простите мне мой интерес – как вы относитесь к секс-игрушкам? Почему-то часть мужчин их любят, а часть – панически ненавидят, это потому что комплекс такой или просто бояться экспериментировать? - Вас так это волнует? – не выдержал мужчина, хотя сказал это как можно мягче, чтобы она не уловила эти проклятые нотки его внутренней борьбы с самим собой. - Это волнует каждую женщину намного больше, чем вы думаете, – как-то нежно улыбнулась она, снова без стеснения открываясь и перекидывая ногу на ногу, – каждая вторая женщина ежедневно остаётся неудовлетворённой в сексуальном плане, и чаще всего её не способен удовлетворить собственный муж, на втором месте стоят одинокие женщины и на последнем – те, у кого есть любовники. Последние как раз меньше всего бояться экспериментировать, поэтому женщины предпочитают мужу множество любовников… - Вы психолог? – выдавил из себя мужчина, стараясь перевести разговор в другое русло, что он по собственному же мнению, хуже всего умел. - Психолог? - звонко расхохоталась она, - совсем нет, разве не видно? «Да всё прекрасно видно, вон как ножки, задираешь» - пронеслось в его кипящей голове. Она ещё энергичней поёрзала попой по сидению и наклонилась к водителю, шепча почти в самое ухо. - А вы сами к какому типу себя относите? К тому, который любит изощрённо и долго или к тому, кто любит по-животному быстро и агрессивно? Внизу живота пронёсся лёгкий электрический разряд. Весенний порыв прямо-таки завладел им. Руль получалось держать всё сложнее, мышцы на теле напряглись. В штанах становилось жарко, влажно и ужасно неуютно. Он мог бы предотвратить всё это, грубо оборвать весь их разговор и с холодным гордым видом высадить её там где надо и со спокойной душой ехать домой, гордый за своё доброе дело… Но он не хотел. И уже не видел в этом проблему. Кто бы мог подумать, что всё то, что он вожделел все эти серые годы, соберётся в один момент, в одной этой любострастной женщине? И эти недвусмысленные вопросы, поднявшие в штанах его плоть и вызывающие желание вновь почувствовать себя мужчиной. «А вдруг ей понравится? Если она так много волнуется, наверняка у неё никого нет. Да и всё это… какой нормальный мужчина не воспользуется?» - Знаете, может нам стоит познакомиться? – уже сменив тон, другими путями пошёл водитель. - Ни к чему, мы скоро уже приедем. – вдруг насмешливо отрезала она. - А всё же? - Пусть буду Анджелина. – не меняя тон усмешки, ответила та. Он уже обожал это имя, глядя на её интересующееся личико, нет, его он теперь точно не отпустит… - Можно спросить номер… - Зачем? Вы явно не из тех, кто разбирается в интересующих меня вопросах и интересах, вообще никак. Зачем усугублять? – по-дерзкому слащаво ответила она, нагло улыбаясь. После всего ихнего разговора это прозвучало уже как оскорбление, вызов. Она сомневается в том, что он мужчина? Что ж, сейчас эту мысль он самодостаточно выбросит из её головы. Так же дерзко, как её голосок. Даст прочувствовать сполна удовлетворение, которым она больна в каждом своём вопросе. А он будет слушать её сладкий панический звук, сквозь затыкаемый рот и похлюпывание внизу… - Куда вы меня везёте? – она в конце концов заметила перемену их маршрута. - Уже поздно, может, лучше заедем ко мне? - Не надо, мне нужно домой! - В голосе испарилась почти вся прежняя уверенность и прозвучали первые признаки паники. Это как бальзам ему на душу, сладкое предвкушение, как намазать губами сливки и облизать их, съесть вишенку, прежде чем приняться за сам коктейль. Глухой щелчок известил о том, что водитель заблокировал двери. Чтобы не вздумала выпрыгнуть. - Нет, вы не посмеете! – выкрикнула она, хватаясь за неподдающуюся ручку двери. - Не волнуйся, я смогу тебя сегодня во многом разубедить. - Пожалуйста, выпустите меня! – её голосок уже перешёл на умоляющий тон. «А всего минуты назад ты была такой дерзкой, ничего, когда я буду тебя иметь, то буду представлять перед собой именно это личико…» Он уже не раз проматывал в голове момент, как раздвигает её ножки и скользит в её мокрое лоно, предварительно погладив его пальцами. Он зарулил подальше в тупик, уже не обращая внимания на, почти доходящие до визга мольбы. Здесь не было окон, дверей и звуки заглушались крышей. Он и сам не думал, что подберёт такое идеальное место для удовлетворения своей многолетней похоти. Его волновала её паника только из-за того, что им могут помешать. Но все уже спят давно, никто им не помешает. Он выключил фары и заглушил мотор. В предвкушении, оборачиваясь, улыбался, готовый перелезать на заднее сидение. Он уже видел из образовавшейся в машине тьмы сжавшийся комок из той дылды, которую он подсадил к себе, как она испуганно вытаращив на него глаза сжимает и руки и колени, в защищённую позу, которая лишь внешне кажется таковой. Смакуя каждый момент, но, не слишком медля, принялся перелезать к ней и чуть не поскользнулся, как четыре сильных руки вцепились ему за голову и плечевой пояс, перетаскивая к себе. Впереди в момент появилась жадно оскалившаяся огромная многозубая пасть. Огромное белое существо мужского телосложения с накинутым на оголённое тело плащом и шляпой натянутой на верхнюю половинку лица, обвило его четырьмя мускулистыми руками, выскальзывавших из-под плаща, неспособных уместиться только в двух рукавах. Оно раскинулось на заднем сидении и жадно облизывалось. Испуганной и круглолицей девушки на его месте будто никогда и не существовало… Чудовище вдруг нежно улыбнулось (насколько это применимо к зубастой пасти), резко грубо усаживая мужчину на себя. Мужчине в ягодицу больно врезалось что-то очень плотное и твёрдое. Он подумал, что скончается на месте, когда увидел что причина его неудобства – жуткий стояк этого чудовища. Лишая жертву всякой подвижности, незнакомец притянул его к себе. И змеиный – черный раздвоенный длинный язык проскользил по по лицу, оставляя мокрые дорожки и странные ощущения своей жертве. А когда чудовище поднесло своё лицо вплотную - предстали ямы глазных впадин, без какого-либо намёка на наличие глазных яблок под кожей… «Это плата за грехи» - прозвучала мысль напуганного разума водителя. - Что ж… давай тогда с тобой исповедуемся. – сладко и по-тихому любострастно произнесло чудовище, затыкая чем-то ему рот. - Девушка – прекрасная цветущая роза, которую так и хочется ВЗЯТЬ не так ли? Наполнить своим соком её лепестки, помять, облизать… - после этих слов он кинул жертву животом на сидение, распорол когтями толстенный плотный ремень, - а ещё как следует оттрахать… - содрал штаны, обвивая ноги щупальцами, и не щадя вставил свой крупный жилистый агрегат, доставляя жертве то, чего она опасалась больше всего. Мужчина вывихнул челюсть от немого крика, выталкивая мешающий предмет изо рта, но его вой разносился, благодаря его же чёткому усмотрению совсем не далеко. *** Через пятнадцать минут дверь машины открылась и из неё вылетел её владелец с совершенно оголённой нижней частью и ударившись сильно о стену, скатился вниз, прямо в грязь. В след за ним вышел мужчина в два метра ростом, застёгивая себе штаны и поправляя под одеждой обмякший член. Этот водила даже облегчил ему задачу. Окончательная точка назначения тоже представляла из себя глухое место, где он хотел с ним развлечься, но всё произошло намного быстрее. Жертва сама умело выбрала место собственной расправы. «Чёрт бы побрал тебя, Орф, но и скудные вкусы стали у тебя…» - ругал он себя. «Получше подобрать жертву не мог!» - разочарованно пнул колесо старенького автомобиля, достал отвёртку и крепители, старый номерной знак оторвал, смяв его как салфетку и прикрутил другой с обеих сторон, когда закончил – сел на место водителя и сдал назад, попутно глядя на распластанное в луже тело. «Может сдохнет, а может и нет» - этот вопрос никогда не был вопросом, а тугим утверждением. Он видел все мысли этой жертвы, как на ладони и только усмехался на человеческую мораль и то, как ей крутит человек в угоду к себе. В этом плане он как раз сам был весьма «очеловечен», просто с годами всё больше этот мир начинает походить на бутафорию. Когда псевдомораль часть твоей жизни, то со временем всё становится ложью. И неважно чем эта бутафория первоначально являлась – она неизменно становится правдивой ложью. - Не правда ли я хороший актёр? – бросил он напоследок испачканному в сперме и грязи телу и закрыл окно. *** - Давай быстрее! – голосил Оффендер, когда показался владелец автомастерской. - Только ради тебя я припираюсь сюда в семь утра, придурок! – крикнули ему в ответ. – Завози! Орфи въехал, остановился и вышел из машины, хлопнув дверью. - Давай, осматривай и говори сколько. - Сцепление старое, система зажигания так себе, ну и старьё…, где ты накопал такого динозавра? - Заткнись и говори сколько. - Деталей новых нет, металлолом и обивка… которой потребуется химчистка. – с недовольством он глянул на клиента, зная, в чём она может быть испачкана. - Ну? Заведующий насчитал и показал на калькуляторе. - Издеваешься? – из тела Оффендера донёсся утробный рык. – Маме твоей точно на днях не поздоровится… - Ладно ещё накидываю семь тысяч, ЭТО большего не стоит. В убыток брать не собираюсь. - Чёрт с тобой, давай и разойдёмся. *** Оффендер шёл из мастерской переулками, как и обычно. - Чёрт, почему только Вендор автосбытом не занимается? Столько денег… и в жопу всё. Балда он! Эх… Ничего, скоро придёт день. Наконец он дошёл до телефонного автомата и, набрав по бумажке номер, размеренно произнёс. - Эльвира? Это Орфи. Да… приглашаю тебя посетить со мной одно хорошее место…