Настолько сильна бывает любовь...

Вот и настал этот момент. Мы остались в кабинете тет-а-тет. Только я и она… Никто нам не мешает, никто и не посмеет нас разлучить здесь и сейчас. Тишина нависла над кабинетом. Я смотрела в её глаза, её хрупкие, полные нежности серые глаза. Её аккуратные черты лица, наивная улыбка и добрый безобидный взгляд вызывали у меня чувство спокойства. Стоя рядом с Настей, мое дыхание затихло. Лишь слышен стук наших сердец, бьющихся в унисон. Её маленькая ладошка прошлась по моей щеке. От нежной ручонки мурашки по моей спине начали отплясывать свой вальс. Настино теплое дыхание согревало мое личико. Её нежные губки прикоснулись к моему холодному липкому носу. — Знаешь… — тихо нарушила тишину я, — А ты как-то… Немного лучше Мирона… Я не преувеличиваю. Мне есть с чем сравнивать. Мирон казался таким… Пустым, холодным. Даже его широкая улыбка не смогла скрыть боль в его душе. Какую-то боль, долго пожирающую все его внутренности. С Настей это было совсем не так. Её искренняя улыбочка озаряла весь мой внутренний мир. От неё веяла какая-то добродушность, нежность. Настенька была совсем не жадная, с радостью делилась своей добротой. — Поля… — также тихо ответила Настя, — Мне… Приятно это слышать… Неожиданно в моем сердце что-то ёкнуло. Словно внутри моего живота кто-то всадил нож. Моя улыбка тотчас же слетела с моего лица. — Полиночка… Все хорошо, дорогая? — забеспокоилась Настя. — Я… Я сейчас приду… Все в моих глазах расплылось, словно весь мир был нарисован распылителем в Пейнте. Мои ватные ноги вели меня прямиком в туалет. Слабые ручонки нервно доставали из кармана лезвие. Словно кто-то управлял моим телом… Нежный испуганный голос Насти вернул меня на землю. — Полиночка! Боже мой, что ты делаешь? — испуганно спросила она. А я лишь улыбалась ей. Теплая кровь струилась по моей руке. Красная, горячая кровь. Настенька… Моя любовь к тебе действительно сильна. Поэтому лезвием ножа на запястье я вырезала твое имя...