Royal wings

      Зайдя в свою комнату, я судорожно стал собирать вещи. Мне хотелось уехать с этого проклятого места, бежать отсюда куда-подальше. Чонгук долбился в мою дверь, что-то кричал, но я не хотел его слушать. Однако встреча с ним была неизбежна, ибо с третьего этажа и с чемоданом в руках выход у меня был один.       Я взялся за ручку, выдохнул и резко открыл дверь. Передо мной возникли его глаза, а в сердце снова боль. Задержавшись немного в дверях, я уверенно зашагал в сторону лифта. Щелчок. Мою руку заключили во что-то железное. — Что? Откуда? — я удивленно уставился на наручники, а затем на Чонгука. — Одолжил у Намджуна, хотел поэкспериментировать сегодня ночью. — Открой, — тихо сказал я, смотря в пол. — Пока не поговорим, не открою. — Я не хочу с тобой говорить. Давай просто забудем, что было, и разойдёмся. — Я не хочу забывать, — он пристально смотрел на меня, а я стоял и не мог ничего сказать. Ком в горле мешал говорить. — Пошли, — кинул Чонгук и потянул меня за собой. Я даже не стал спрашивать куда мы идем, потому что сам знал.       Мы вдвоем на пляже. Вечером. Опять. Почему эта картина уже не раз повторялась? И почему чувства каждый раз были разные? — Ты все слышал? Весь наш разговор? — вдруг спросил Чонгук. Я молча кивнул, — Послушай, — хотел продолжить тот, но я резко перебил его: — Нет, это ты послушай. Я думал, что ты не такой как все эти селебрити. Что ты можешь иметь искренние чувства, что твоя душа не такая прогнившая. А ты, ты лишь игрался со мной, — эти слова так и лились из меня, как и слезы, словно все, что накопилось, рвалось наружу. Я не мог остановиться, — Ты не понимаешь, что для меня такое впервые, что ты мой первый. А я наивный дурак… — Я люблю тебя. — Что? — эти слова застали меня врасплох, поэтому я подумал сперва, что мне послышалось. — Я люблю тебя, — повторил принц, — С первого взгляда я понял, что ты будешь моим, и я никому тебя не отдам. Никогда. — А как же твой контракт? — Это конечно проблема, но лишь временная. Мой контракт с агентством истекает через полгода. Конечно, нам придется побыть «в тени» это время, но я ни в коем случае не собирался заканчивать наши отношения этим отпуском. — То есть ты не будешь продлевать контракт? — Нет, я не собираюсь. — А как же твое творчество? — растерянно спросил я. Чонгук устремил взгляд на море, его волосы развивались на ветру. Как всегда, он был очень красив. — Понимаешь, я давно пишу песни сам. И я не думаю, что для дальнейшего развития мне нужно агентство. Хочу создавать и продвигать музыку так, как я сам хочу. Надоело ходить по чьей-то указке. Думаю, что мои фанаты последуют за мной, по крайней мере, самые преданные, — при этом Чонгук мило улыбнулся.  — Последуй и ты за мной, — шепотом сказал он, посмотрев на меня. Я лишь молча кивнул и невесомо коснулся его губ. — Почему ты не сказал это все Тэхену? — А зачем мне его посвящать в свои планы? — я понимающе улыбнулся. Мы сидели и изучали черные неспешные волны, взявшись за руки. Моя душа успокоилась, но не до конца. И я решился расставить все точки над «и»: — Вы с Тэхеном встречались? — тихо спросил я. Чонгук долго молчал, а затем начал рассказывать:       «В старшей школе я ни с кем из ребят не мог подружиться. Но я никогда не чурался одиночества. Мне было комфортно, ведь со мной была музыка. Я писал песни. Я просто жил этим. А Тэхен тусовался среди самых популярных ребят. Пару раз мы сталкивались глазами в коридорах, но никогда не разговаривали. В общем-то я не думал, что когда-либо свяжусь с ним. Так, я продолжал ходить в школу и записывать песни в мою любимую тетрадь.       И вот однажды, по дороге домой мне перебежала дорогу кошка, которая появилась откуда-то со стороны заброшенного склада. Мне стало любопытно, есть ли вход в это сооружение. Я обошел его со всех сторон и обнаружил небольшой лаз возле каких-то деревянных ящиков. Пробравшись туда, я огляделся и подумал, что было бы здорово устроить себе здесь небольшое место для уединения. Огромный слой пыли на полу и на пустых коробках говорил о том, что здесь явно давно никого не было.       Так тот склад стал моим тайным убежищем, которое я немного привел в порядок, обустроил и начал заниматься там вокалом сам с собой. Я приходил туда после уроков, пел и сочинял музыку. Однажды меня спалил сторож, но он не стал меня выгонять, напротив, он отдал мне ключи от этого склада и разрешил приходить сюда, пока не найдутся арендаторы.       И вот, когда я очередной раз занимался музыкой, меня отвлек резкий скрежет железной тумбы, которую я притащил, чтобы закрыть тот лаз. Я уставился на источник звука и увидел, как Тэхен появлялся из-за тумбы. Я был не столько удивлен, сколько возмущен, что кто-то нарушил границы моей территории. Поэтому я резко закричал, чтобы тот проваливал, но Тэ не собирался уходить. Он стал оглядываться и сказал мне, чтобы я продолжал петь и не обращал на него внимания. Но я так не мог и стал ждать, чтобы ему надоело, и он сам свалил. Однако тот уходить не собирался, Тэхен уселся рядом и стал пристально смотреть на меня. Мы довольно долго молча сидели, но вскоре я сдался и тихо запел, украдкой поглядывая на Тэ. Тот очень внимательно меня слушал, а его глаза горели большим любопытством. Так мы просидели несколько часов. Затем вечером я засобирался домой, Тэ кинул «спасибо» и тоже ушел.       После этого он стал часто появляться в моем убежище. Он был моим единственным слушателем. Вскоре я привык к нему и начал даже разговаривать с ним. Мы очень подружились и со временем «мое» убежище превратилось в «наше». Мы даже перетащили туда старенький диванчик, который кто-то из соседей собирался выкинуть.       И вот, когда я очередной раз закончил увлеченно петь что-то, закрыв глаза, моих губ коснулся теплый поцелуй. Я удивленно посмотрел на своего друга. Но Тэхен на этом не остановился. В тот день на нашем диване мы познали тела друг друга. Тогда я понял, что влюбился в него.       На нашей новой ступеньке отношений, помимо прекрасных чувств, волнующих сердце, я испытал и много боли. Тэхен всегда пренебрегал мной, в школе он вообще делал вид будто не знает меня. Я очень злился из-за этого, но мои светлые чувства к нему были сильнее. Пока однажды, я все-таки не возненавидел его, потому что он разрушил все.       В тот день, я как всегда шел после школы в наше убежище. Еще издалека я услышал незнакомые голоса, музыку, и тут же помчался к складу. Распахнув двери, я увидел множество людей, распивающих пиво, костер на бетонном полу и наш диван, на котором Тэ целовался с какой-то девицей. Мало того, что он мне изменил, так он еще и разрушил наш мир, в котором должны были быть лишь мы вдвоем.       Я очень разозлился тогда, закричал и стал всех выгонять. Они смеялись надо мной, но все же начали расходиться. Тэхен бегал вокруг меня пьяный и пытался успокоить. Но я не слушал его. Я пытался потушить огонь остатками пива. Когда последний язычок пламени погас, я устало сел на пол. Мои руки тряслись от негативных чувств. Тэхен продолжал что-то говорить и пытался меня приобнять, а я смотрел на черные угольки и разглядел там знакомый клочок бумаги. Это была обложка моей драгоценной тетради. Там были все мои песни. Он позволил все это уничтожить, все, что было мне настолько дорого. Все, над чем я трудился столько лет. И я понял, что ненавижу этого человека, что не хочу больше с ним иметь никаких отношений. Я гневно посмотрел на Тэхена, ударил его по лицу и ушел. Больше я никогда не появлялся в том складе.» — И вы не разговаривали после этого? — спросил я. — Да, до конца школы, а потом наши пути вовсе разошлись. Я только в этом отеле вновь его увидел. — Конечно, не разговаривали, — прозвучал знакомый голос сзади, — ты же все время от меня убегал, когда я пытался с тобой поговорить, — к нам подошел Тэхен. — У тебя что за прикол такой все время неожиданно появляться из неоткуда? — начал возмущаться я. — В смысле из неоткуда? Я вообще-то тут до вас был. Вон на том шезлонге, — указал рукой в сторону, — лежал себе, попивал бренди и тут вы прискакали, два голубка. Так были увлечены друг другом, что даже не заметили меня. — Говори, — сказал вдруг Чонгук, глядя куда-то вниз. — Что? — не понял Тэхен. — Вот он я, никуда не убегаю. Говори, что хотел сказать тогда, — выдал Гук с ухмылкой на лице. Ви посмотрел на него и что-то ему кинул. — Держи. — Что это? — удивился мой принц. — Открой да посмотри.       Это была какая-то книга или тетрадь. Чонгук начал ее листать причем с каждой страницей все быстрее и все судорожнее. — Не может быть. Моя тетрадь? Но как? Она же сгорела, я сам видел! — мой принц удивленно посмотрел на Тэ. — Сгорела лишь обложка, — последовала недолгая пауза, видимо, Ви собирался с мыслями, — В тот день ребята как-то узнали, что я после школы зависаю на нашем складе. И они решили устроить там вечеринку, даже не спросив меня. Я сначала был категорически против, но потом подумал, что когда ты придешь на наш склад и все узнают, что это по сути твое место тоже, то тогда ты сможешь влиться в нашу популярную компанию, и нам с тобой не придется больше скрывать отношения. — То есть ты меня стеснялся? Я был не твоего сорта, поэтому ты меня избегал в школе? — Не в этом дело, Чонгук. — А в чем тогда? — Понимаешь, я никогда тебе не рассказывал, но в средней школе я был тоже очень популярным. И как-то раз я подружился с парнем, который был необщительным и неприметным, как ты. Мы хорошо ладили, однако, со временем он стал отдаляться от меня. Я не понимал в чем дело, все бегал за ним, пытался поговорить. Пока однажды он вовсе не перевелся в другую школу. Он не отвечал на мои звонки, а я все не понимал, почему все это произошло. Но в один день мне все-таки удалось выпытать всю правду из одноклассника того парня. Оказывается, все то время, что мы общались, над ним издевались, его унижали прямо за моей спиной. А все потому что многие хотели со мной сблизиться, и они не понимали, что я нашел в нем, почему мы так хорошо общались. Они просто-напросто завидовали ему. И я не хотел, чтобы эта история повторилась с тобой. Я очень боялся тебя потерять. — Почему же они не издевались надо мной после того, как я их выгнал? — спросил Чонгук, глядя на свою тетрадь. — А это, — Тэ призадумался, — Я им просто сказал, что это склад твоего отца и что он якобы работает в органах, и если бы он заметил их, то проблемы были бы им обеспечены. Короче говоря, я наплел, что ты типа им помог. — И они поверили в этот бред? — ухмыльнулся Гук. — Видимо да, если не доставали тебя. — Ладно, что же было дальше? — Нуу, — Тэ несколько секунд думал, как продолжить, — После того, как мы все там собрались и немного выпили, ребята решили развести костер. Я был не против, ведь мы с тобой не раз сами это делали. Однако, одной моей поклоннице приспичило сделать огонь побольше, и она схватила первую попавшуюся бумагу, которой оказалась твоя тетрадь. Я тут же крикнул ей, чтобы она положила ее на место. Но эта девица просекла, что данная вещь очень дорога мне, из-за чего начала меня дразнить. Затем, когда я не на шутку на нее разозлился, она оторвала обложку и кинула ее в огонь. Я так и застыл тогда от страха. Она держала оставшиеся листы очень близко к костру и начала меня шантажировать мол, если я ее не поцелую, то тетрадь сгорит вся. У меня не было выбора. И в момент нашего поцелуя как раз появился ты. Эта девица была так растеряна, когда ты всех начал выгонять, что забыла про тетрадь, оставив ее на нашем диване закутанную где-то в пледе.       Тэхен на этом закончил свой рассказ и молча стал сверлить взглядом Чонгука, который все смотрел куда-то себе под ноги и о чем-то думал. Я почему-то чувствовал себя здесь лишним и выжидающе поглядывал то на того, то на другого. Никто ничего не говорил. Вскоре Тэхен тяжело вздохнул и кинул бутылку, которая все это время была у него в руках, на песок. Она вошла в него не разбившись. Ви бросил последний взгляд на море и сделал шаг в сторону отеля. — Я очень любил тебя. Желаю вам счастья, парни, вы отлично подходите друг другу, — кинул он, глядя куда-то в даль, и не спеша побрел с этого пляжа. — Тэхена, — вдруг резко крикнул Чонгук, когда Ви был в шагах двадцати от нас. Тот остановился, но не обернулся, собственно, как и мой принц, — Спасибо. Ты не плохой человек, — продолжил Гук. Тэхен лишь молча кивнул и продолжил идти.       Мне почему-то было невероятно жаль этих двоих. Кто бы мог подумать, что какие-то недоразумения разделяют людей раз и навсегда. Причем никто не застрахован от этого. Как бы не были связаны люди друг с другом, все могло оборваться в один миг.       Мы с Чонгуком долго смотрели на море и слушали шум прибоя. Затем тот как-то замучено выдохнул и устремил взгляд на небо. — Видишь, какой важный урок мы сегодня получили, — начал Чонгук, — Какой бы серьезной проблема не была и какой бы безвыходной ситуация не казалась, ее всегда нужно обсуждать. Никогда не нужно бегать от разговоров. — Ты жалеешь обо всем? — тихо спросил я. — Я жалею, что столько лет злился на него, ненавидел. Если бы я поговорил с ним тогда, то негативных эмоций я испытал бы гораздо меньше. — А ты жалеешь, что вы сейчас не вместе? — Нет, — Чонгук посмотрел на меня и улыбнулся, — Ведь у меня есть ты, и никто мне больше не нужен.       Он повалил меня на песок и стал игриво целовать мои губы и щеки, чем заставил меня смеяться. В ту же секунду я понял, что этот отель, пляж, это море не стоили бы ничего, если бы не он, мой принц. Только благодаря ему я чувствовал себя по-настоящему счастливым. И впереди нас ждало не менее счастливое будущее.