Мальчик с картины

POV Тэхён — Я сильнее, — немного смущаясь, сказал я, — О, так вы тут тоже пили?Сказал мне приходить трезвым, а сам-то. — Не волнуйся, я выпил только две банки.       Я прошел мимо картин Гука для заказчиков, разглядывая каждую из них. — Ты бы не хотел открыть выставку? — спросил я, задержав взгляд на морском пейзаже. — Мне предлагали, но я пока не дал ответа. Мне кажется, что мои работы еще недостаточно хороши. В них не прослеживается мой собственный стиль.       Будто это всё уже есть у других, — ответил Чон, присев в кресло. — Не знаю… Я думаю, что эти картины отображают тебя. Надеюсь, однажды ты тоже начнешь видеть в них что-то прекрасное, как и все вокруг. Кукки улыбнулся и постучал по ноге, позвав меня к себе. Я послушно присел на него сверху и почувствовал, как его руки, залезая под черную, немного просвечивающую рубашку, обхватили мою талию. — А ты сегодня специально так оделся, чтобы сразить меня наповал? — спросил Чонгук, поглаживая меня по спине.       Не думал, что он заметит. На самом деле, я решил, что будет неплохо, если мы с ним будем одеваться похоже. Тогда рядом мы будем смотреться гармоничнее. И Гуку нравится больше такой стиль. — Ах, раскусил, — ответил я, прикусив нижнюю губу. — Тэ, тебе не нужно меняться, чтобы нравиться мне еще сильнее. Я полюбил тебя потому, что ты совсем не похож на меня. У тебя свой образ и свои оттенки, понимаешь? — Понимаю. Но я просто решил поэкспериментировать.       Я провел пальцами по длинной шее парня, добрался до подбородка, а затем коснулся алых губ. Не могу поверить, теперь я так просто могу прикасаться к нему, обнимать и целовать. Что теперь могу по-настоящему ощущать его руки на себе. Ах, я точно не сплю? Несмотря на это, я все так же осторожно поцеловал его в губы, затем немного отстранившись, чтобы проверить его реакцию.       Но Гук не был так аккуратен. Он страстно впился в мои губы, попутно начиная расстегивать рубашку. Ему не хотелось медлить с этим, так что Чон просто оторвал первые три пуговицы. По-моему телу пробежала дрожь, когда он провел холодными кончиками пальцев по моим ключицам, после чего стал медленно прокладывать дорожку из легких поцелуев от груди до самых губ. Мы оба чувствовали возбуждение, и я не знал, как далеко это может зайти. С каждым его поцелуем я переставал дышать все чаще и чаще. Я наклонился над его ухом и громко вздохнул, когда почувствовал, что руки Чонгука опускаются все ниже и ниже, расстегивая ремень на моих джинсах. Я поцеловал мочку его уха, медленно спустившись к плечу.       Мне стало немного страшно в тот момент, когда Гуку все-таки удалось расстегнуть ремень и ширинку на моих джинсах. Именно сейчас я осознал, что пока не готов к чему-то большему, несмотря на то, что плод так сладок. — Гук, ах…- я не смог сдержать стона и вцепился в его спину.       Он стал полностью стягивать с меня рубашку, бросив ее на пол. — Гук… я.       Проник рукой внутрь джинсов. — Стой, Гук, — вырвалось у меня.       Хён поднял глаза на меня, тяжело дыша. Его губы немного опухли из-за такого количества поцелуев, но во взгляде все еще читалась решительность. — Да? — спросил он. — Я…не думаю, что готов сейчас сделать это…       Я виновато посмотрел на парня. Но на лице его эмоции никак не отобразились. — Встань. — А? Ладно.       Я встал с него, по пути подобрав с пола рубашку и присев на кровать. Чонгук поднялся с кресла и удалился в уборную. Мне стало очень неловко. Ведь по мне можно было сказать, что я не против переспать прямо сейчас. Из уборной послышались стоны. Черт, извини, Гук.       Накинув на себя эту рубашку с оторванными пуговицами, я ждал возвращения парня. Когда он наконец пришел ко мне, я поспешно стал извиняться. — Нет, Тэхён, перестань. Ты не должен извиняться. Я правда готов ждать до тех пор, пока ты сам не будешь уверен в том, что тебе этого хочется. — Спасибо.       Я внезапно вспомнил изначальную цель моего прихода домой к Гуку. — Хён, ты же хотел обсудить картину. — Да, точно. Знаешь, у меня появилась мысль.       Он присел на кровать рядом со мной. — Да? Какая? — с интересом в глазах спросил я. — Давай сделаем кое-что несвойственное тебе. — Что? — Хочу попробовать изобразить тебя в немного дерзком образе. Ты сегодня своим луком и действиями вдохновил меня. Только добавим некоторые детали в виде пирсинга на губе и другой одежды. Идет? — Но я не хочу делать пирсинг… — Не бойся, он будет фейковым, — сказал Гук, поглаживая меня по руке. — Тогда ладно.       Мы решили, что начнем работу над портретом с завтрашнего дня, так как уже было довольно поздно, и Чонгуку не хотелось рисовать при плохом освещении.       Тогда мы пролежали весь оставшийся вечер в постели. Кукки делал наброски, а я даже не заметил, как заснул под звуки карандаша, оставляющего следы на бумаге. Но я проснулся, когда почувствовал, что Гука нет рядом, он пошел в душ. Около себя на постели я увидел альбом, где хён изобразил спящего меня. Ааа, наверное, он так долго смотрел на меня, пока рисовал. При этой мысли мои щеки моментально покраснели. Я вдруг услышал шаги из ванной и сразу же притворился снова спящим.       Чонгук выключил свет, оставив гореть только маленький ночник. Он прилег ко мне, крепко заключив меня в свои объятия. — Я люблю тебя, Тэтэ.