Маленькая тайна. Приквел.

Люциус Малфой был страшно доволен своим планом. Резкая необходимость повидаться с наследником инкогнито сначала поставила в тупик аристократа, но, взвесив все возможности он принял, как ему показалось, самое подходящее решение: отправить сыну зашифрованную записку и через камин Северуса попасть под покровом ночи в Школу. Никто не узнает. Идеально. Так Люциус думал и в момент сочинения псевдо-любовного послания на специальной гербовой бумаге (Сын поймет все, а любопытный просто увидит приглашение на свидание. Драко все равно в изобилии получает подобные письма), и в момент, когда направлялся в совятню Мэнора ранним утром, обнаружив единственную спящую смутно знакомую сову... ( Какая замечательная и неприметная!). И он даже продолжал так думать, провожая взглядом взмахи хилых крыльев до горизонта. Но, в жизнь Великолепного Люциуса Малфоя вмешалась хитрая Судьба. Порушив не только все его планы на ближайшие пару дней, но и моральные устои на всю оставшуюся жизнь... *** Тем временем, в большом зале. Наступило время завтрака. Студенты подтягивались вяло и с неохотой, сбиваясь в стайки, и занимали положенные места за уже накрытыми столами. В дверях показался сначала раздраженный Драко Малфой, а за ним на столько же взбешенное золотое трио. День начинался по своему обычному сценарию. Когда на столах ополовинились тарелки, створки совиных окошек распахнулись наполняя зал хлопаньем птичьих крыльев и шуршанием корреспонденции. В тот самый момент и началась вся история. Пролетая над Гриффиндорским столом, наша старая знакомая опасно накренилась, привязанная к лапке злополучная записка соскользнула.... И волею случая спланировала прямо в складки юбки сидящей за столом волшебницы. Добравшись до адресата, сова протянула пустую лапу, а получив вместо угощения удивленный взгляд наследника рода Малфой клюнула того в палец и гордо удалилась, заваливая немного на бок. После этого странного инцидента настроение у Драко скатилось от № 5 - Поттер ты меня бесишь каждое утро, до № 8 - что за мантикору раздери тут происходит?! Ожесточенно ткнув вилкой ни в чем не повинный омлет он резко встал и удалился, так и не получив замаскированное послание. Но это самое послание в данный момент как раз разворачивала небезызвестная Гриффиндорка - Гермиона Грейнджер. "Приходи сегодня в заброшенный зал на 4 этаже! Душа томится в ожидании встречи. Позволь открыть тебе свои чувства! Буду ждать ровно в полночь! С любовью..." Ни подписи, ни инициалов, ни каких опознавательных знаков. Девушка нахмурилась. Что же это такое? Нет, она считала себя вполне привлекательной и получала откровенные знаки внимания от студентов разных факультетов, да и возрастов... Но получила такую странную записку впервые. Подушечками пальцев она провела по приятной бархатистой поверхности бумаги – какая нежная, на которой были вытравлены странные узоры: змея обвивает розу. "Где-то я это уже видела.... Только вот где?" - Гермиона, ты идёшь? - А, что? - Мы спрашиваем, ты закончила? Пора идти. Нас ждёт темное подземелье и дракон! - Очень смешно, Рональд! - девушка встала, собираться сумку и сунув записку в карман мантии направилась на урок Зельеварения. Конечно же, со Слизерином. А как иначе? Класс затих в ожидании Профессора. Снейп, никогда не опаздывающий в этот раз на удивление не придерживался своего правила и отсутствовал. Ученики ерзали, переговаривались и хихикали, чувствуя свою безнаказанность. Золотое трио расположилось по соседству с Малфоем и КО, словно они подзуживали друг друга своим собственным существованием. Отвратительное настроение № 8 Драко Малфоя не могло оставить все как есть - завязалась перепалка. Гермиона, погруженная в свои мысли теребила в руках тонкий и красивый пергамент. Сердце у юной ведьмы от чего то пропустили удар...возможно от романтичного жеста незнакомца, возможно во всем виновата весна. Но тонкий голос любопытства уже нашептывал ей: "Обязательно нужно узнать кто это.... Можно посмотреть всего одним глазком." "Нет, мы же с Роном только начали встречаться. Это будет совершенно нечестно по отношению к нему!" - отвечала сознательная часть Гермионы. Такой внутренний диалог мог продолжаться до бесконечности, как вдруг дверь кабинета распахнулась, громко ударяясь кованой ручкой о камни, чуть ли не высекая искру. Перепалка прекратилась, но от неожиданности Драко пинком опрокидывает собственную сумку на пол....взметнулся ворох пергаментов и на глазах заворожённой Гермионы по верх всего этого безобразия аккуратно планирует тот самый пергамент, брат близнец которого покоится в кармане у девушки. Тайное послание обожгло сквозь складки мантии - Драко Малфой! Что?! Гермиона вскочила с места от переполняющих ее чувств и смутившись села обратно. - Вижу... единичное нарушение многолетней дисциплины превратило ваши мозги в кисель. Это точно. Мистер Малфой, соберите свои вещи, - растягивая слова в излюбленной манере, проговорил профессор Снейп, - а вам мисс Грейнджер советую на оставшемся времени моего предмета проявить больше сдержанности. Сегодняшнее зелье потребует от всех вас максимальной собранности. – и как гром среди ясного неба, - Десять очков с Гриффиндора и Слизерина за непотребное поведение. Видно было, что Снейп не в настроении. Он нёс в руке стопку личной корреспонденции, которую венчал свёрнутый пергамент с узором из роз и змей. Гермиона сдавленно простонала, утыкаясь лицом в ладони. "Что происходит....Малфой, теперь и Снейп! Кто дальше?! Дамблдор?" - девушка никак не могла отогнать предательский румянец, который маской застыл на ее лице до конца урока. *** Гермиона весь день находилась в странном нервном напряжении. То тут, то там ей мерещились розы и змеи, а противный внутренний голос не оставлял в покое. Она попыталась поговорить с Роном, чтобы прийти в себя. Рон был наивен и мил, это злило юную волшебницу. Ведь ей хотелось почувствовать себя желанной, хотелось чтобы Рон, вместо добродушной улыбки и его "ну и что, бывает", вспылил, вырвал у нее из рук злополучную записку и схватив за плечи, впился жёстким поцелуем в губы, заявляя свои права... Но это всего лишь фантазии. "Скажу тебе - горячие фантазии! Милашка Рональд слишком мягкотелый для тебя." - мерзко хихикнуло подсознание. "Это все весна! Гормоны и что ещё там к ним прилагается..." - слабо запротестовала Гермиона. Взглянув на свой обед, она тяжело вздохнула и поднялась с места - аппетит пропал. - Эй, Миона, ты все? Да не переживай из-за записки - глупости все это. - Рон нежно улыбнулся, погладил ее напряженную ладонь и вернулся к трапезе и прерванному обсуждению новой метлы Крама. Гермиона тяжело вздохнула. Сжав в кармане причину своих бед, направилась прочь из зала. Свежий воздух поможет расставить все на свои места. Она расстелила мантию на молодой траве возле озера, бросив сумку и палочку неподалеку. Солнышко припекало уже по-летнему, и Гермиона с удовольствием растянулась под его лучами, жмуря глаза, как большая кошка. "Как большая мартовская кошка!" - Ох, пожалуйста... Отстань! - взмолилась она вслух. Все ее тело было объято горячими солнечными лучами, даря волны удовольствия растекающиеся до кончиков пальцев. Воображение неожиданно подкинуло миниатюру на злободневную тему. ...Вот, на поляне появляется Северус Снейп, собственной персоной. Солнечные лучи теряются в складках его угольно-черной мантии, а лёгкий весенний ветерок колышет пряди прекрасных волос. И почему только все считают их грязными? Вот, он наклоняется над хрупкой девушкой и цепким движением длинных пальцев жёстко хватает ее за подбородок, притягивая ближе. Его глубокий взгляд подавляет волю и разум, заставляет подчиниться... И Гермиона теряется, забывая как дышать. Другая рука подхватывает за талию. Она чувствует жар тела, что находится уже непозволительно близко. И, в момент, когда он почти целует... Она чувствует резкий рывок за волосы, заставляющий ее голову непроизвольно откинуться назад, открывая доступ к тонкой шее. Секунда, и на коже смыкаются чьи то зубы. Профессор растворяется в воздухе черной дымкой. Сквозь туман проступает облик Драко Малфоя. Он по-хозяйски бесстыдно шарит по ее телу руками, а глаза смотрят как всегда насмешливо и твердо. Гермиона чувствует, как внутри разгорается пожар, ноги непроизвольно сжимаются. Но Малфой жестко усмехнувшись резко разводит ее колени в стороны. Руки нарочито медленно взбираются от туфель, по форменным гольфами, оглаживая колени...они скользят дальше, минуя край плиссированной юбки. На фоне голубого неба, фигура Малфоя выглядит чертовски притягательно. От его тела исходит волнами желание и власть. Совсем как у... перед ее глазами вспыхнул образ главы рода Малфой... И именно в этот момент спазм скрутил тело и она проваливается через край, в пучину оргазма. Тяжело дыша, оглядевшись, она в душе порадовалась, что все ещё на обеде. Но тут же пришло безумное осознание произошедшего. "Я извращенка..." "Хотела бы конечно тебе разубедить... Но ты только что кончила от вида Люциуса Малфоя. Перед этим зажимаясь с его сыном, да и профессор тоже не лишний был..." - внутренний голос гадко заржал. "О, эти властные мужчины, которые только и хотят, что завладеть невинной Гермионой..." - внутренний голос не унимался. "Мне вот интересно, ты не хочешь схлопотать пару отработок у Снейпа, например? Чтоб вы только вдвоем и он бы неожиданно припечатал тебя к столу и задрал юбку, пока ты драишь котлы...." - Аааааааааа! Хватит-хватит-хватит!!!! Я так не могу! - девушка выкрикнула в пустоту. Чувствуя совершенное моральное и физическое опустошение. Накинув мантию и сунув в карман руки, Гермиона нащупала виновника всех своих бед - записку. Нечленораздельно выругалась, с силой швырнула раздражающий предмет в кусты. Быстрым шагом направилась к замку. Но не прошла и пары метров, развернулась и бегом бросилась обратно. Найдя измятый клочок пергамента, Гермиона сунула его обратно в карман. - Мусорить нехорошо. Выброшу позже. – успокоила она себя. "Ну-ну" - подзуживал внутренний голос. - Кажется, пора наведаться в больничное крыло. Может меня кто-то проклял раздвоением личности?! Гермиона была раздражена. Руки не хотелось держать в карманах, дабы не соприкоснуться с этим порочным пергаментом. Сложив их на груди, она направилась к замку. Подсознание тактично заткнулось. *** Вся вторая половина дня пролетела как в тумане. Съедаемая противоречиями Гермиона, к своему ужасу лишила Гриффиндор еще пары десятков баллов. В первый раз это произошло, когда она задремала на Истории Магии, и расслабленное сознание тут же подсунуло ужасно горячие картины с участием Малфоя младшего, парты и волшебной палочки. Проснувшись от собственного вскрика, тем самым, прервав профессора на середине предложения. Второй же раз на травологии, слава Мерлину последний урок на сегодня, она вновь погрузилась во внутреннее противостояние с любопытной частью своей натуры, не заметив шатко стоявшую бочку с удобрениями - опрокинула ее на грядки с мандрагорой. Вопль, что накрыл всю теплицу вырубил пару студентов. А Гермиона стояла посреди всего этого безобразия, возведя очи к небу, моля о том, чтобы этот день скорее закончился. *** Наступил ужин. Ёрзая на месте, она никак не могла унять свое воображение. Записка, из-за постоянного разворачивания потеряла часть текста. А друзья смотрели с нескрываемым удивлением за очень странной подругой. Она пропускала реплики, не реагировала, когда Рон попробовал взять ее руку… Когда она мазнула взглядом по преподавательскому столу, то почти поперхнулась тыквенным соком. Профессор Снейп совершенно увлекшийся чтением какого-то пергамента медленно поднес ложку измазанную в пудинге ко рту и скользнул по ней языком, слизывая сливочное угощение. Гермиона прокашлялась и поймав на себе обеспокоенные взгляды друзей вскочила с места, сославшись на плохое самочувствие. Поскорее удалившись в гостиную. Оказавшись на своей кровати, Гермиона взвыла от этого безумия. «Меня кто-то проклял! Это точно! Сейчас же нужно идти в Больничное крыло! Душ, срочно душ. А потом сразу же в больничное крыло!» И она поспешила в ванную комнату, в надежде сбить возрастающее с каждым часом возбуждение. Краем сознания понимая – это не проклятие, просто неожиданное романтическое приключение с неизвестным героем возбудило ее. Сердце билось быстрее от мысли, что хоть одна из фантазий может оказаться правдой. Упругие струи воды ударили по чувствительной коже. Растирая круговыми движения ароматное мыло, она почти решила не ходить никуда. Почти. *** Долгий вечер подошел к своему концу. Гермиона погрузилась в книги, забывшись ненадолго в потоке информации. Лежа на постели она поставила финальную точку в длинном эссе по зельеварению, которым наказал два факультета раздраженный профессор. Тяжело вздохнув, посмотрела на часы – 23.40. «У тебя еще есть время подумать…» - Отстань! «Еще 20 минут. Ты даже сможешь вытащить мантию невидимку из тайника. Всего лишь посмотреть… Одним глазком….» - Нет! - Гермиона? – раздалось откуда-то со стороны, - У тебя все в порядке? – Джинни стояла рядом с ее кроватью и с интересом разглядывала разговаривающую сама с собой подругу. - Ой, да… громко думаю. - И о чем же, если не секрет? Ты сегодня весь день какая-то странная. – рыжая ехидно улыбнулась. – Выглядишь так, словно температура поднялась, или… - Все в порядке! Гермиона метнулась к зеркалу. И правда, волосы растрепаны, грудь тяжело вздымается, кожа подозрительно порозовела… - О чем бы ты не думала… - Джинни остановилась рядом, заглядывая через плечо. – Я никому не расскажу. - хлопнув Гермиону по попе, удалилась заливаясь звонким смехом. - Дурочка… *** Когда до злополучной полуночи оставались какие-то жалкие пять минут, Гермиона не выдержала. Сбежав из гостиной незамеченной, она направилась к доспехам, расположенным в укромном месте – ребята прятали там мантию-невидимку на экстренный случай. Это – очень экстренный, рассудила девушка, накидывая на себя волшебную ткань. В 12.05 она стояла на входе в заброшенную галерею на четвертом этаже. Сделав пару глубоких вдохов и поежившись от холодного ветерка, что шаловливо забрался под мантию, она прислушалась. По началу стояла тишина, словно за дверью никого нет. Но тут же послышались тихие удары каблуков о каменный пол. Кто-то там все же был. Присев на корточки девушка постаралась заглянуть в замочную скважину, но увидела только темные брюки, что плотно облегали мускулистые длинные ноги и кусок белой рубашки. Ничего не ясно – но завораживает. Гермиона сглотнула. Обладатель этих длинных ног имел к тому же прекрасную задницу – не возможно оторваться от созерцания. Пылающее от постоянного возбуждения сознание Гермионы медленно поплыло и она не веря своим действиям сбросила мантию. Спрятав ее в углублении рядом с дверью, за каким-то очередным золотым кубком, выдохнула и открыла дверь… *** В первую секунду она была просто в шоке. Посреди пустынного зала, заросшего пылью и паутиной, облокотившись одним плечом о высокое, в два ее роста, зеркало стоял сам Люциус Малфой. Невероятно восхитительный, притягательный Малфой. Привыкшая видеть его в строгих и чопорных мантиях Гермиона, оторопело смотрела на небрежно расстегнутую у горла белоснежную рубашку, закатанные рукава выглядели совершенно неуместно в образе аристократа. Он был ее тайной фантазией, в чем, конечно же, Гермиона никогда и никому не признается, со второго курса. Его повелевающий взгляд, скользнувший по хрупкой детской фигуре в книжном магазине, голос, что не терпел никаких возражений, что-то всколыхнули в душе юной волшебницы. Но, конечно же, это страшная, смертельная, тайна. Подавив вспыхнувшее удивление от такой неожиданной встречи, Люциус оглядел незваную гостью с ног до головы, думая как же выбраться из неудобной ситуации. - Я конечно совершенно не ожидала увидеть здесь Вас, - прервала тишину первой, сказала Гермиона. Делая акцент на последнем слове. - Я на удивление солидарен с вами, мисс Грейнджер. Мы сегодня едины в наших порушенных ожиданиях. – иронично заметил Малфой. Скользнув взглядом по фигуре не облаченной в мешковатую школьную мантию девушки он на удивление заметил, что она стала достаточно привлекательной особой. Тонкая ткань почти летнего платья плотно облегала точеную фигуру девушки, ниспадая свободно на бедра, не прикрывая коленки и совершенно невообразимо подчеркивая вздернутую грудь… «Ну ничего себе…» - про себя отметил Малфой, а вслух сказал: - Что же юная гриффиндорка забыла в таком виде, в заброшенном кабинете посреди ночи? Гермиона чувствовала изучающий взгляд, он словно ощупывал девушку. И она уже пожалела, что пришла сюда в этом платье. - Получила приглашение. Меня больше интересует, что здесь забыли вы?! – раздраженно сказала Гермиона. – Вы не преподаватель и не студент… Может, стоит рассказать об этом Дамблдору? На секунду, в сердце Малфоя закралась паника, но тут же была неумолимо подавлена на корню. Разберемся. И с этим разберемся. *** Молчание затянулось. Каждый из них, понимал, что если ответит на вопрос оппонента – пути назад не будет. Как некстати память Гермионе подкинуло воспоминание с озера и возникнувшего в ее фантазиях Малфоя старшего меж ее раздвинутых ног. Румянец предательски вспыхнул на щеках. Этого, казалось бы, мимолетного изменения хватило Малфою, чтобы принять решение. Он выхватил палочку и кинул на дверь усиленное запирающее, не дав девушке даже удивиться, как в нее полетел Обливиэйт. Но, Гермиона не была бы лучшей подругой Гарри Поттера, если бы подставилась под это заклятие. Взмах и Люциус совершенно удивленно обнаруживает себя разоруженным юной волшебницей. Пришел сюда решать дела Пожирателей – Решай проблемы как Пожиратель. Просто и понятно. Черный дым охватил фигуру Малфоя и спустя секунду он припечатал Гермиону к стене, удерживая за запястья, прижимаясь слишком близко. Она задохнулась, жар от тела Малфоя опалил кожу, а горячее дыхание мешало здраво мыслить. - Вас накажут за незаконное проникновение, за приставание к студентке! – Вспыхнула Гермиона, пытаясь вернуть контроль над телом. Камень больно впивался в голые плечи. - Хах, только в том случае, если вы покажите всем свои воспоминания мисс-с. – Он почти прошипел ей это на ухо, от чего по телу побежали мурашки. Находиться между двух температур: ледяной стены и горячего тела, было невыносимо. Мысли путались. – Но только не думаю ,что это произойдет… - Это еще почему?! - Вряд ли вы захотите показать всему попечительскому совету, как юная надежда всего магического мира получает удовольствие от своего положения… - Люциус сжал зубы на тонкой коже за ухом и Гермиона вскрикнула. - Это вовсе не правда! Я не получаю… ах, удовольствие! – Мысли сбились в тот момент, когда он коленом раздвинул ей ноги, делая прикосновения еще сильнее. – Это насилие! - Да неужели. – Люциус и сам не понимал, отчего его так захватило желание касаться ее тела, вжимать эту грязнокровку в стену сильнее и сильнее, чувствуя, как ее затвердевшие соски касаются его сквозь ткань. Он упивался властью над девушкой. – Думаю, сейчас я докажу обратное… Освободив одну руку, другой, продолжая жестко фиксировать руки Гермионы над головой, он коснулся пальцами голой коленки. - Какой удачный наряд… Пальцы заскользили по разгоряченной коже, прохладные, они вызвали волну возбуждения, что обрушилась на распаленное сознание девушки. Он поднимался все выше и выше, прихватив легкую ткань за собой. Гермиона постаралась инстинктивно свести ноги, но колено не позволило сделать этого и длинные Малфоевские пальцы достигли заветной цели – границы трусиков Гермионы. Он осторожно скользнул по ткани, посылая по телу девушки дрожь. - Ну вот, что и требовалось доказать – ты уже вся мокрая, Гермиона… Девушка ахнула и спрятала пылающее лицо за волосами, стараясь не смотреть на злорадствующую улыбку. Его рука двинулась выше, задирая подол платья до талии. Он накрыл грудь ладонью, жестко сжимая, а языком очерчивая скулу. Гермиона не смогла сдержать рвущийся наружу стон и бесстыдно потерлась трусиками о ногу. Кажется краснеть девушке было больше некуда. Ее завораживало это беспомощное положение, хотя, она никогда не признается в этом даже себе… Ей хотелось бесстыдно тереться об Люциуса Малфоя, хотелось чтоб он остановился, потому что она скоро не выдержит.… но еще больше, чтоб продолжал. Малфой довольно хмыкнул и перехватил ее за подбородок, вынуждая смотреть на себя. Лицо Гермионы пылало, губы были приоткрыты, а зрачки почти полностью затопили радужку. Самое аппетитное зрелище в его жизни – однозначно. Он не смог бы остановиться сейчас ни за какие деньги мира. В паху ломило, а брюки стали невыносимо тесными. Помедлив секунду, наслаждаясь видом источающей возбуждение грифиндорки. Он впился в губы болезненным и жестоким поцелуем. Гермиона застонала. Она почти терялась в этих ощущениях. Не разрывая поцелуй, Малфой вновь скользнул рукой под платье, но уже не церемонясь и не играя – отодвинул влажную ткань белья и ввел сразу два пальца. Все мышцы в теле девушки свело судорогой и она вновь не смогла подавить стон, укусив его за кончик языка. - Думаю такие воспоминания, вы, мисс Грейнджер точно не планируете демонстрировать? – задав вопрос буднично-ироничным тоном, он не прекращал движений рукой. Гермиона хотела было подарить ему самый уничтожительный взгляд из своего арсенала, но волна оргазма накрыла с головой, сметая все возражения и мысли на своем пути. Малфой выпустил ее руки и они безвольно упали вдоль тела. Ухватив девушку за талию, он уже знал что делать дальше - сделать эти воспоминания как можно более порочными. Чтобы Гермиона под страхом смерти держала их глубоко в собственной памяти. Но и Люциус не признался бы себе сейчас, что это горячее юное тело снесло ему крышу еще первым вырванным из груди стоном. - Ч-что ты делаешь…?! Люциус усадил Гермиону себе на колени, сам же при этом сел на каменный уступ прямо перед гладкой, блестящей поверхностью зеркала. - Одних ощущений мало, дорогая… Ты должна запечатлеть в своей памяти как я трахаю тебя пальцами, а ты готова на все ради продолжения. – она не увидела, но почувствовала, как он ухмыльнулся ей в затылок. Разведя девушке ноги в стороны, задрав подол платья, он резко повернул ей голову: - Внимательно смотри. В зеркале напротив отражалась совершенно бесстыдная картина. Гермиона раскинувшись, совершенно открытая, изнемогала от желания. Она не могла посмотреть на свое лицо, боясь увидеть откровенную, неконтролируемую похоть, что непременно отражается на нем сейчас. Рука в зеркале начала свое движение, плавно перемещаясь от талии к ее безвозвратно испорченному белью…. Резко отведя ткань в сторону, разрывая ее, зеркальные пальцы Люциуса начали двигаться вверх-вниз, плавно оглаживая припухшие от наступившего недавно оргазма складочки. Она мелко задрожала и откинула голову на его плечо. - Нет, ты должна смотреть! – жесткий голос был подкреплен зубами, сомкнувшимися на открытой шее. Гермиона вскрикнула, но подчинилась. Смотря как завороженная, как его пальцы погружались в нее и выскальзывали обратно. Люциус довольно хмыкнул и, сменив угол, задвигал рукой быстрее. Пустое помещение наполнилось пошлыми хлюпающими звуками. Гермиона заерзала на коленях, чувствуя, как в ложбинку между ягодиц упирается его возбужденная плоть. Из горла вырвался протяжный стон… И Малфой сорвался. Он держал себя в руках как мог, но эта проклятая девчонка так терлась о его член, что из глаз посыпались звезды. Швырнув ее на пол, он рывком расстегнул брюки и вошел в податливое тело сзади. О как это было великолепно! Ухватив потерявшуюся в удовольствии девушку за волосы, он отвел ее голову назад. - Смот-ри…вни-ма-тель-но… - рывками вколачиваясь в горячее тело, прохрипел Люциус. Толкаясь вперед на каждый слог. Гермиона вцепилась побелевшими от напряжения пальцами в раму старого зеркала. Ее трясло. Но стоило ей поднять глаза и увидеть Люциуса, в расстегнутой рубашке, с лихорадочным румянцем, жестко вколачивающимся в ее жаждущее тело - невероятный оргазм накрыл Гермиону с головой. Почувствовав как вокруг члена сжались до обжигающей тесноты мышцы влагалища он последовал вслед за Гермионой, в пучину безумия и опустошения. Он облокотился о раму зеркала, пытаясь совладать с бешено стучащей в ушах кровью. Дыхание сбилось и не желало восстанавливаться. Люциус поднял глаза. В зеркале отражалась совершенно развратная картина. Гермиона почти лежала на полу, наверное, если бы он не держал ее за упругую ягодицу, все еще оставаясь внутри горячего и пульсирующего лона, она точно бы растянулась на холодных камнях. Он сам стоял на коленях полуголый и растрепанный. Колени точно придется заживлять. От одного взгляда на горящую под его пальцами кожу на прекрасной попке так и хотелось начать второй раунд. Люциус осадил себя: « Это было просто наказание, предосторожность… очень извращенная и горячая, но просто необходимость» сам не веря своим мыслям. Как бы он не желал прижаться теснее к этой девушке, вдохнуть запах мыла и пота из влажных растрепанных волос – нужно было убираться, да поскорее. Этот неконтролируемый порыв точно выйдет боком. Он помог Гермионе подняться, про себя отмечая и ее разбитые коленки. Добравшись до палочек, Люциус произнес очищающее. Смерив стушевавшуюся грифиндорку долгим изучающим взглядом, он опустился перед ней на колени, перехватив одну ногу за лодыжку осторожно провел языком по чувствительной покрасневшей коже девушки. Она вскрикнула, выйдя из ступора. - Я…я…Отпустите… - очень неубедительно. Люциус посмотрел снизу вверх. До чего же хороша! И улыбнулся еще кровожаднее. Вновь прикоснувшись языком к израненной коленке, он начал медленно двигаться выше, очерчивая влажную дорожку. Девушка задрожала. А когда его язык оказался непозволительно высоко, обдавая чувствительные складочки жарким дыханием – Гермиона впилась зубами в собственную руку, а свободная рука по собственной воле вцепилась в длинные платиновые волосы. Через секунду Малфой резко отстранился и поднявшись на ноги впился последним страстным поцелуем в припухшие отзывчивые губы. От собственного вкуса голова Гермионы вновь начинает кружиться, чтобы не потерять равновесие она обвивает его шею… - Это непременно нужно повторить, мисс Грейнджер…. – произнес Люциус в приоткрытые губы. – Но сейчас мне пора проститься с вами. Как бы мне этого не хотелось… Он болезненно сжал пальцами манящую попку, вырывая последний стон. Люциус хитро подмигнул и исчез в черном тумане. Гермиона опустилась на колени, дрожа всем телом. На исполнение такой фантазии она даже и не рассчитывала. Да что там говорить, настолько порочные фантазии даже не появлялись в ее голове. Гермиона оглядела помещение, зеркало…. Видимо, в ближайшие пару недель, она не может смотреть в зеркала спокойно. Но что это за странное зеркало посреди пустого зала? Присмотревшись, она различила надпись « Еиналеж». - Мерлин всемогущий! – Гермиона зажала рот руками. Это же то самое зеркало! А что она там увидела? Отражение того, как ее горячо трахает Люциус Малфой?! – Это что, мать вашу, мое желание сердца?!! По пустому залу прокатился отчаянный стон. *** В личных покоях Северуса Снейпа. Черный туман рассеялся и в уютной мрачной гостиной появился Люциус Малфой. Северус, давний друг, сидел попивая чай и увлеченно читал какую-то книгу. - Ну как все прошло? – спросил он не поднимая глаз от текста. – Удачно? Люциус неоднозначно хохотнул: - О, несомненно! Снейп поднял на него глаза и обмер. Его друг являл собой самое порочное и растрепанное зрелище из всех возможных. - Что ты сделал с Драко? – с опаской спросил зельевар. - С ума сошел?! Он неожиданно не пришел… - Но что это? – он красноречиво обвел взглядом фигуру Малфоя. Тот стоял в расстегнутой и измятой сорочке, волосы потеряли свой прилизанный вид, в глазах горел темный огонь и весь вид друга говорил: «Это был лучший трах в моей жизни!» - Долгая история… в другой раз, ладно? Мне вновь потребуется твоя помощь… Если ты конечно не возражаешь. С Драко все же нужно встретиться. - Да, пожалуйста. И бросив горсть летучего пороха в камин, растрепанный глава рода Малфой растворился в языках изумрудного пламени. Оставляя озадаченного зельевара в одиночестве.