Его звали Баки

Зимний Солдат не сразу понимает, что именно с ним делают и чего от него хотят. Его вывели из крио слишком агрессивно, минуя многие предписанные инструкцией препараты и процедуры по реабилитации. Ему холодно. Ему не хватает энергии. Его тело дрожит и он даже не пытается скрыть физическую дрожь, демонстрируя своё нуждающееся состояние. Всё, что Зимний Солдат выяснил методом молчания и прослушивания разговоров вокруг, это то, что у Гидры теперь новый глава и он прямо сейчас проводит личную проверку всех ресурсов организации, поэтому и разбудили Зимнего Солдата. Ему придется доказывать свою функциональность, эффективность, полезность, оправдывать расходуемые на поддержание его функциональности значительные средства. В прошлый раз, когда это случилось, его выводили из крио по всем правилам, дали хорошо отдохнуть, полностью восстановиться, и только после отправили на задание, выделив на выполнение двадцать четыре часа. Зимний Солдат управился за двенадцать: выследил цель в большом городе, тихо устранил цель с первого выстрела и вернулся на базу. Пирс остался доволен. - На списание. - приказывает Капитан Гидра, едва на него глянув, не дав даже шанса доказать полезность. У оружия не должно быть собственного мнения. Оружие существует для того, чтобы быть ведомым сильной рукой того, кто им пользуется, но несмотря на холод, ужасное самочувствие и безнадежность ситуации - его только что списали - что-то внутри Зимнего Солдата отчаянно не хочет на списание. Ведь это означает синюю капельницу в вену и конец всего. Инструкция теряет значение, быстро падает в списке приоритетов. Он хочет дышать, существовать, просыпаться, ощущать себя слабым после крио, восстанавливаться, преследовать и уничтожать цели. Быть нужным, быть полезным, быть лучшим. Он успевает пересечь просторную комнату, убрать двух бойцов охраны и успеть поверить, что у него есть крохотный шанс выбраться, прежде чем сильная рука Капитана впечатывает его ослабленное тело в металлический пол. Снова накатывает противная дурнота, Солдат уже не пытается подняться. - Я передумал. - слышит он над собой властный голос Капитана. - Криокамеру на списание, техперсонал перевести на работу над проектом Z-25 и Z-26, а этого - в мои личные комнаты, он убил двух моих подчиненных. Его списанием я займусь лично. * * * Зимний Солдат больше не сопротивляется. После укола той синей дряни, капельница которой способна его уничтожить, двое крепких парней долго тащат его безвольное тело по коридорам базы. Серый металлический пол сменяется золотым паркетом и красной ковровой дорожкой. Личная территория начальства. Зимнему Солдату доводилось пару раз бывать в этой части базы. Пирс, будучи в особо хорошем настроении и достаточно свободным, приглашал Солдата, поил молоком после миссий. Однажды ему даже досталось какао с кусочком шоколада. Вряд ли в этот раз ему дадут молоко, погладят по волосам и скажут, что он - очень хорошее оружие. Капитан Гидра был очень недоволен. К удивлению Солдата, его оставляют не на полу: осторожно укладывают в пышную белую постель, укрывают одеялом по шею. Зимний Солдат старается держаться в сознании, ожидая неотвратимой развязки, но кровать слишком теплая, а вокруг слишком тихо. Солдат не замечает как проваливается в крепкий восстановительный сон. * * * Зимнему Солдату не следует демонстрировать слабость, но сейчас уже всё равно. Он пытается отодвинуться от мучителя и тихо жалобно стонет, потому что отодвинуться не получается. Он слишком слаб, выведен из крио не по инструкции, по его венам всё ещё гуляет значительная доза смертоносного наркотика, а Капитан Гидра горячий, как грелка, прижимается к нему вплотную и трогает, трогает, трогает. Зимнему Солдату не нравится настолько близкий контакт, не нравится собственное уязвимое положение. "Его списанием я займусь лично." Зимний Солдат обреченно скулит, когда очередная попытка отодвинуться от угрозы не приводит к успеху. - Тихо. - приказывает Капитан Гидра, касаясь губами его подбородка. - Я ничего тебе не сделаю, списание отменяется. Ты очень похож на одного моего друга, который давно умер... - голос Капитана срывается, он целует Солдата в уголок губ, крепко обнимает и делает несколько глубоких вдохов, прежде чем закончить: - Его звали Баки.