you're mine

Очередное утомительное выступление. Несдержанные крики фанаток, приглушающие собственный голос, минутная пелена перед глазами, и эфирная мышечная боль, свидетельствовавшие о чрезмерной изнурительности. Безусловно, многие аспекты "айдолского" темпа жизни вошли в привычку, ведь Тэхён выступает не в первый раз, и даже не во второй. Однако всякий раз, когда Чонгук задирает края футболки так, что камеры способны без труда запечатлить розоватые бусинки сосков на бледном теле, Тэхён терпеливо сжимает руки в кулак, пока острые ноготки, впивающиеся в собственные ладони, приносят с собой не только боль, но и очередную волну ревности. Тэхён - собственник, когда дело касается Чонгука. Ему совсем не прельщает мысль о том, что фанатки вытирают слюни с подбородка, смотря на Чонгуково тело, ведь это делает каждую ночь Тэхён, пока сладкий кролик не сдерживает тихих стонов, всякий раз заливаясь малиновой краской. От собственных мыслей отвлекают чьи-то теплые пальчики, мягко опустившиеся на Тэхёновы плечи, и тихое хихиканье высокого голоска на ушко. Чонгук. Тэхён позволяет себе мягко улыбнуться, медленно поворачиваясь к Чонгуку. Малыш обнажает свои кроличьи зубки и тянется за долгожданным поцелуем, блаженно закрывая глазки, и вытягивая губки-бантики в трубочку, приобнимая Тэхёна за шею. Тэхён отчетливо вспоминает, как хёны нахваливали Чонгуков пресс, а тот без зазрения совести согласился на ту самую партию, хитро смотря в Тэхёнову сторону. Неужели малыш Чонгук-и думал, что любимый хён не способен отомстить? Неужели Чонгук-и наивно полагал, что Тэхён в очередной раз сдержится и пойдет ему на уступки? Неужели малыш надеялся, что останется безнаказанным? Тэхён ухмыляется, когда окинув комнату взглядом понимает, что Намджун, не так давно лепятащий о чем-то на ухо Тэхёну ушел в студию, и наверняка вернется лишь ночью. Тэхён резко толкает Чонгука на кровать, усмехаясь над его удивленным личиком. Малыш совсем не ожидал, что всё пойдет не по его плану. Тэхён наваливается сверху, впиваясь поцелуем в губы Чонгука, и запускает руку в его смоляные волосы, больно сжимая прядки, наслаждаясь Чонгуковыми стонами. Тэхён совсем не церемонится, кусает чужой язык,терзает Чонгуковы губы укусами, усиливая хватку на волосах. Не отрываясь от страстного, пропитанного болью и ревностью поцелуя, Тэхён тянется к краям футболки, задирая ее так же, как это делает Чонгук, несильно царапая кожу на животе, и принимается ласкать подушечками пальцев бусинки сосков, наслаждаясь очередным стоном, более жалостливым, тихим, ведь Чонгуку приятно, и теперь он может потерпеть жжение на языке и губах, ведь соски - его эрогенная зона. Тэхён зажимает бусинку сосков между двумя пальцами, несильно прокручивает, и наконец отрывается от кровавых губ, принимаясь ласкать бусинки сосков языком, изредка прикусывая и посасывая их, пока малыш Чонгук-и высоко стонет, и ласкает его волосы на затылке. Тэхён отрывается от ласк Чонгука, садится тому на грудь, расстегивая ширинку, открывая Чонгуковому взору на толстый, длинный член, с крупной, бордовой головкой. Чонгук-и медленно раскрывает губки и ласкает языком головку, а после берет её в ротик, ведя языком по кругу, берет за щёку и вынимает из ротика с громким причмокиванием, не забывая ласкать языком дырочку уретры, наслаждаясь глубокими стонами старшего. Тэхён пережимает член у основания, лишь бы не кончить только от той мысли, что "нагибатор" Чонгук из влажных фантазий фанаток, сейчас сосет ему как умелая шлюха, ведь Чонгук заглатывает член полностью, старательно двигая головой, насколько позволяет ему столь пошлая поза, сминает яички пальчиками, и смаргивает слезы с глаз, подавляя рвотный рефлекс, ведь Чонгук-и любит делать Тэхёну приятно, и получать что-то взамен. Тэхён вынимает члена изо рта Чонгука, ведь в его планы не входит кончать ему в рот, не отымев. Тэхён спускается ниже, оставляя очередной след на теле Чонгука, не заботясь о том, что подумают фанатки, когда увидят нечто бардовое на бледном теле, он будет лишь надеяться на то, что кто-нибудь обязательно скажет, что это лишь ссадина от тренировок, которым не мало времени уделяет Чонгук. Малыш тихо ворчит, когда понимает, что Тэхён оставил засос, а после незамедлительно замолкает, когда тот больно кусает его за сосок. Тэхён избавляется от верхней одежды, медленно раздевает самого Чонгука, поглаживая его округлую попку, и переворачивает его на живот, ставя в колено локтевую. В планы Тэхёна не входило то, что он собирается вылизывать Чонгука, однако он не в силах сдержаться, когда видит его маленькую, розовую, пульсирующую дырочку, требующую внимания. Он опускает голову и медленно проводит языком по анусу Чонгука, слыша его тихие стоны, ласкает дырочку по кругу, и надавливает кончиком языка до тех пор, пока Чонгуков анус не раскрывается, пуская Тэхёнов язык внутрь, что старательно оглаживает нежные стеночки ануса изнутри, и медленно двигается в нем, откровенно трахая его анус языком, проникая с каждой секундой чуть глубже. Чонгук не раз кончал от одного лишь языка, ведь таланта у Тэхёна хоть отбавляй, однако тот не забыл ноты ревности, уже утихшие под сладостные стоны Чонгука. Тэхён вынимает язык из Чонгука, представляя головку ко входу, и резко входит, не заботясь о дополнительной растяжке, и начинает несдержанно долбиться в Чонгуков зад, наслаждаясь уже не только высокими, прерывистыми стонами, но и громкими хлопками соприкасающейся двух тел кожи. Тэхён берет Чонгука за загривок, и сжимает одну из аппетитных половинок рукой, готовясь кончить. Он испускает надрывный, грубый стон, заполняя своего малыша горячей струей спермы, и довольно растягивает губы в легкой улыбке, когда видит, что Чонгук-и кончил сразу же, как почувствовал себя заполненным вновь. Тэхён падает на кровать рядом с ним, нежно расцеловывая Чонгуково личико, извиняется за истерзанный не только языком ротик, и шепчет на ушко смущающие вещи. Тэхён никому не отдаст свое чудо.