Стереть из сердца

            (Лучезар)*       Мы вместе всего-то 30 минут, а ощущение такое, что я всю жизнь знаю своего рыжика, его повадки, что вот именно сейчас он улыбнётся мне. Май вёл себя свободно, он рассказывал свои истории, сам же смеялся , заражая меня своим смехом. Время летело, словно сегодня нет ни одной остановки, я то и дело поглядывал на часы. Май остановился, затем повернулся посмотрел на меня совсем серьёзно.       — Я совсем заболтал тебя, небось домой торопишься?       — Нет же, что ты, мне уже давно не было так хорошо, просто время так быстро уходит, а я совсем не хочу с тобой расставаться.       — Почему-то и мне не хочется.       Мы просто стояли и смотрели друг на друга, рядом пробежал мальчик с диким криком, задел Мая, тот отскочил в сторону, в мои объятия. Я удержал его от падения, наши глаза смотрели друг на друга, казалось ещё мгновение и мы сомкнём наши поцелуи. Но как всегда бывает, чужой взгляд, любопытные глаза, всё испортили.       — Прости, я не хотел.       — Это я неуклюжий, чуть тебя не сбил.       — Может пойдём отсюда?       — Тогда в летнее кафе, тут недалеко есть прекрасное летнее кафе, даже караоке спеть можно. Ты как?       — Спеть?       — Можно и спеть, а что нам молодым да красивым, пусть завидуют.       Я любовался Маем, его лёгкости, улыбки, радости , с какой он жил. Всё в нём играло, тянуло к себе. Ни на минуту не мог отвлечься от него, я влюбился в него, ушёл с головой. Май всегда мне нравился, сколько раз я украдкой наблюдал за ним, когда он приносил корреспонденцию, но не думал, что это будет настолько серьёзно. Вечер, солнышко клонилось к закату. Народу хоть отбавляй, только один столик освободился , как его занял Май, тут же поманил меня своей рукой, улыбаясь.       — Как тебе всё так быстро удаётся?       — А я вообще шустрый, если что нужно будет помочь, проси , я всегда рад.       — Я это запомню.       — Запомни, запомни.       Сказав эти слова , Май улыбался, нет , он просто заливался смехом. Парень-улыбка — так его нужно было назвать, сколько радости и оптимизма в нём.       — Так чем займёмся?       — Что-то закажем?       — Это само собой, а ещё?       — Даже не думай, я петь не буду, я со стыда сгорю ещё.       — А жаль, ну да ладно, ты всё тут организуй, а я щас спою, помнишь мультик? Люблю покушать, а потом и спеть можно.       Май , недолго раздумывая , вышел на сцену, две девицы, что пели, уступили ему микрофон. Май посмотрел на меня, он улыбался и запел, боже , как же ласкал его голос, я даже не думал, что у него такой прекрасный голос. Мне казалось, что ещё минута и я заплачу, он не стеснялся, жестикулируя, вёл себя абсолютно раскованно. Песня закончилась, аплодисменты, девушки просили ещё что-то исполнить, но Май лишь улыбнулся, пообещав это сделать позже.       — Ну как тебе?       — Я завидую тебе, ты классный. Наверное у тебя отбоя нет от девушек, каждая захочет быть с таким классным парнем.       — Со мной-то? Не всё так просто, как хотелось бы. Мне нравится один человек, но я не могу ему открыться.       — Но почему? Разве это плохо, сказать о своих чувствах?       — Я не смогу, я просто трус.       — Да это на тебя не похоже, я же свидетель, только что ты выступал на сцене, я бы так не смог.       — Это совсем другое, очень нежное и чистое.       — Зря ты так, надеюсь, что девушка бы это оценила, точно тебе говорю.       — Да, может ты и прав.       Май словно загрустил, о чём-то задумался. Мы немного посидели, я пил кофе, Май ел мороженое, через пару минут он уже смеялся , рассказывая свои приключения, словно их у Мая было припасено на каждый случай.       — Уже поздно, нам пора.       — Жаль, я вот не хотел бы, чтобы это вечер заканчивался.       Май сказал эти слова, смотря в мои глаза, что этот парень имеет ввиду?       Говорит загадками, наверное я совсем стал старым , раз не понимаю его намёков.Мы вышли из кафе, немного прогулялись по парку, посидели на скамейке, но всё это не то. Мало что скажешь, группа парней так и тёрлась возле нас, громко ржали, пили пиво, тут же бросали бутылки. Бросали с таким видом, словно хотели бросить в нас. Мы поднялись и направились к выходу. По обе стороны дорожки росли большие кусты сирени. Май вдруг остановился, стал совсем серьёзным.       — Ты думаешь сознаться будет правильно?       — Думаю что да.       — Лучезар… Лучезар ты мне нравишься, я с первого дня, как увидел тебя…       — Что?!       Дурак, я сказал это так серьёзно, что Май тут же повернулся и пустился бежать.       — Май, погоди, прости, я же не хотел.       Но Мая было уже не остановить, он бежал, словно сейчас он хотел убежать от самого себя. Я всё испортил, Май сам влюбился в меня, как это странно.Оказывается мы так долго разглядывали друг друга и каждый из нас боялся подойти, сказать всего пару слов. Как жаль, что вечер именно так закончился, а могло быть совсем иначе. Я тут же сел на скамейку, руками сжал свою голову, словно проклиная себя за то , что я такой неумёха. Даже парня, который меня хочет, и то удержать не смог.       — Эй , мужик , закурить не найдётся?       — Что?       — Курить, говорю, есть?       — Да я не курю.       — Во бля, слышали пацаны, а он и не курит, лишь мальчиков завлекает, педофил проклятый.       Это была та самая компания, что совсем недавно сидела возле нас, поглядывая за нами. Я поднялся и пошёл быстрым шагом, сзади послышались чьи-то шаги. Меня тут же окружили.       — Ну как-то нехорошо вот так уходить, с тобой разговаривают, а ты к нам жопой.       — Парни, я вам ответил, я не курю.       — Да мы и не спрашиваем куришь ты или нет. А куда твой юнец подевался? Бросил тебя, а?       — Да не ваше это дело.       Тут же оттолкнул одного и вышел из круга, дальше был удар по почкам, от чего меня скрутило. Ещё удар, я ответил, одному врезал так хорошо по соплям, что он завизжал как шавка.       — Ой-ой, падла, да он мне нос сломал!       Тут понеслось, я уже и не помню, руками закрыл голову , чтобы избежать удары в лицо. Помню как кто-то закричал, полиция, резкий удар и словно кто-то выключил свет. Очнулся я от резкого запаха , ударившего в нос. Я открыл глаза и увидел возле себя людей, сирены "скорой помощи" и старушку , она что-то возбуждённо рассказывала полицейскому, тот делал свои записи в блокноте.       — Сколько пальцев вы видите?       — Шесть.       — Значит не всё так плохо, раз чувство юмора не потеряли.       Никак не мог понять, что же произошло, почему моим щекам так тепло, провёл рукой по щеке, кровь и ...опять темнота.