Intertwined

Light and dark are intertwined Standing here face to face Ruelle - Whose side are you on

— Я надеюсь, у тебя была острейшая необходимость аппарировать, раз ты так грубо выдернула меня из кровати, — процедил Северус. Лили отскочила назад, уставившись на Снейпа, который совсем-совсем не был похож на человека, которого только что пытали. Он стоял перед ней в серой фланелевой пижаме в тёмно-синюю полоску. Волосы были убраны в растрёпанный хвост. Все эти абсолютно домашние детали резко контрастировали на фоне искривлённого гневом лица. — Разумеется! Только я не обязана тебе ничего объяснять! — воскликнула Лили, черпая храбрость из внутренних, самых запасных резервов. — В отличие от Дамблдора, я полагаю, — Северус скрестил руки на груди. — Всё ему выложила? Как отличница-Эванс на ТРИТОНАХ? Она мотнула головой, сощуриваясь. Уж тут ей точно есть что ответить. — Это самый лучший выход для всех! Он гораздо опытнее, чем мы, и может помочь быстрее, чем ситуация выйдет из под контроля. Северус фыркнул, закатывая глаза. — Ну, разумеется, ты думала о нас двоих! Как же может быть иначе! — он развёл руками. — Представь себе! — Лили ткнула его пальцем в грудь. Северус склонился к её лицу, презрительно окидывая её взглядом от лба до подбородка, настолько напоминая своих скользских дружков, что Лили стиснула зубы. Снейп хмыкнул. — Ты самолюбивая, капризная дура, которая любит решать за всех! Это не просто полнейшее отсутствие интереса к чужому мнению, а намеренное наплевательское вредительство! Лили ахнула и с силой толкнула его руками. Северус рухнул на кресло, которое стояло прямо за его спиной. Оно со скрипом отъехало по паркету. — Не! Смей! Меня! Оскорблять! — она кинулась на него с кулаками. Северус стиснул её запястья, отпихивая от себя. Лили приземлилась на спину, но тут же вскочила на ноги. Северус тоже сорвался с места, отшвыривая кресло в сторону. — Дерёшься как бешеная маггла! — выпалил он, выхватывая палочку неведомо откуда. Под кожу он что ли её загоняет, раз даже стоя босиком и в пижаме, оказался готов к нападению. — Сейчас будет как грязнокровка! — прорычала Лили, в два прыжка добираясь до стола, где валялось её оружие. Ярость прожигала кровь, разливаясь по венам нестерпимой жаждой сражения. — Редукто! Северус откинул вспышку в стену, даже не произнося заклинания вслух. — Экспеллиармус! — его рука порхала, вычерчивая руну за долю секунды. — Протего! Импедимента! — Лили напирала на чистом гневе, но Северус превосходил в технике. — Остолбеней! — Инкацеро! Каждое движение, каждый выпад Северуса был стремителен и выверен с точностью до сотой дюйма. Палочка сверкала так быстро, что огненный след рун едва успевал гаснуть, а в его зрачках и блеске капелек пота на коже отражались искры вспышек. В боевом запале Северус совершенно преобразился: на извечно бледных щеках пылал румянец, а горящие глаза хищно вглядывались в лицо Лили, с азартом предугадывая её очередной манёвр. Где-то сбоку с треском отодрались обои. Чей-то луч испепелил ножку стола, и он завалился на угол. Со звоном разбилась настольная лампа. По полу покатились яблоки. Одно из них Лили тут же подобрала и швырнула в Северуса. Ещё на подлёте, он взорвал его на мелкие кусочки. — Ты хочешь знать, почему я аппарировала?! — шипела Лили. — Протего! Заклинания крушили всё, на что натыкались, превращая комнату в полигон. Из шкафа валил густой синий дым. — Был бы очень благодарен! — Северус пригнулся, уворачиваясь от стеклянной дверцы. Осколки брызнули на кровать. — Тебе не приходило в голову, что... Флипендо!... я переживала за тебя? — Лили закрылась оторванной дверцей шкафа. Северус едва ли не захохотал, выдёргивая её щит манящими чарами. — Ложь! — следующая его атака едва не выбила палочку из рук соперницы. — Твоя излюбленная топорная ложь! — Зачем ты, мантикора тебя задери, тогда вообще спрашивал, если не веришь ни единому моему слову? — прокричала Лили, обрушивая на него люстру. Люстра просвистела в разбитое окно, выбивая остатки торчащего стекла. — Потому что я знаю тебя! — Северус с силой развернул палочку вниз, и паркет изогнулся волной, выплёвывая половицы. Лили рухнула набок, успевая устремить все обломки на Северуса. Тот закрылся руками, и щепки дрогнули, вспыхивая и разлетаясь в стороны. Он отряхнулся, чертя очередную руну. — Я знаю тебя, Лили! Лучше, чем кто бы то ни было! Экспеллиармус! Лучше, чем твои любимые орденцы! Остолбеней! Лучше, чем Поттер и все его прихлебатели! Экспеллиармус! Северус продолжал свирепо напирать, не давая Лили возможности подняться. Рука еле успевала чертить Протего, а палочка выскальзывала из непослушных пальцев. За мгновение до полного поражения Лили с усмешкой встретилась глазами с ликующим взглядом Северуса и аппарировала. Раздался хлопок. Она грубо толкнула Северуса, заваливаясь сверху. Его палочка стукнулась об пол и покатилась под обломки кровати. — Я выиграла! Лили откинула своё оружие в сторону. Грудь Северуса прерывисто вздымалась, и было слышно, как бешено колотится его сердце. Она перекатилась на спину, отбрасывая волосы с лица. Кровь пульсировала в висках, гулко отдаваясь в уши, а всё тело переполняла странная эйфория. Это было извращённое, упоительное наслаждение, которое перекрывало все остальные ощущения. — Это ты настоящая, — Северус повернулся к ней, утирая кровь с губы, которую она рассекла ему во время атаки искромсанными кусками паркета. На долю секунды в его зрачках промелькнуло нечто, что Лили не успела обозначить подходящим словом, но тут же исчезло, оборачиваясь прежним холодом. — Ты научилась убеждать всех вокруг в своей безграничной добродетели, талантливо подыскивая объяснение любому своему гнуснейшему поступку. Но меня ты больше не проведёшь. Северус лежал так близко, что можно было рассмотреть каждую ссадину на его лице. Порез на скуле уже начал заживать, а от синяка почти ничего не осталось: целительные составы у него всегда были просто поразительного действия. Лили повернулась набок, подкладывая ладонь под щёку. — Почему ты так в этом уверен? — В том, что я не поведусь на твои манипуляции, или в фальши твоего сочувствия? — Северус слизнул крупную каплю крови. — Возможно, я не такая уж и хорошая, как многим бы хотелось, — Лили выдернула из предплечья Северуса торчащую щепку. Тот слегка дёрнул рукой, но даже не зашипел. — Но ты сильно преувеличиваешь мою тёмную сторону. Он усмехнулся, переводя взгляд на потолок. Лили не видела его глаз, поэтому оставалось только гадать, что творилось в голове у Северуса. Впрочем, возможно, там бесновался такой же хаос, как и у неё самой. — Я готова многим пожертвовать ради своих близких, — она проговорила тихо, но с несгибаемой твёрдостью. — И я никогда не отворачиваюсь от дорогих мне людей. — Выходит, я никогда тебе особенно не был дорог, — Северус скрестил руки за затылком. — Тебе просто нравилось иметь в своём окружении человека, который готов исполнять любые твои прихоти. А когда он соскочил с крючка, ты переключилась на Поттера. — Ты обозвал меня грязнокровкой перед всей школой! — Но я признал свою вину и раскаивался. Да, «грязнокровка» была явным перебором... Но ты сдала моё заклинание, и кому: тем, кто прямо в тот самый момент использовал его для того, чтобы в очередной раз прилюдно меня унизить! Я чувствовал себя преданным, растоптанным, но как только это оскорбление вырвалось, мне захотелось вырвать себе язык, лишь бы вернуть всё обратно, поговорить с тобой, узнать, что произошло на самом деле! Я умолял о прощении! А ты попросту не захотела его дать. Тебе это было не нужно. — Я не... Он поморщился, отмахиваясь. — Не надо, не трать время на выдумывание причины. Мне она уже не нужна. Тогда, я был готов поверить во что угодно, но сейчас я понимаю, каким идиотом был. Ты завела себе новых верных собачек, вот из них и вей верёвки. Лили осеклась, понимая, что любые её слова сейчас не будут иметь никакого значения. — Ты разочаровался во мне? — спросила она. Лили молила Мерлина, чтобы Северус обернулся и посмотрел на неё, но он продолжал буравить глазами потолок. — Нет, — наконец, ответил он. — Простить себя за то, что слепо доверял гораздо сложнее. — Главное, что теперь ты нашёл себе компанию, достойную доверия, — Лили была слишком уязвлена, чтобы сдержаться. Северус снова усмехнулся, но промолчал. Затем он повернул голову к ней, и Лили неожиданно для себя не увидела ни капли прежнего презрения, с которым он выкрикивал оскорбления. Глаза смотрели с тихой затаённой печалью. Он сожалел. О том, что подпустил её так близко когда-то, или о том, что эту близость уже не вернуть? Сердце болезненно кольнуло, пробуждая воспоминания, от которых Лили старательно отгораживалась несколько лет. Она аккуратно накрыла своей рукой его запястье, не решаясь касаться ладони. Он нахмурился, качая головой. — Убери, — по слогам проговорил Северус, словно заставляя себя вытаскивать одно единственное слово на поверхность. Его пальцы дрогнули, но руку он не отдёрнул. Лили чувствовала, как ему тяжело далось всё отпустить. Они оба подло обошлись друг с другом. В конце концов это он выбрал Волдеморта, а не её. И от его прихвостней наслушался подобных оскорблений. Даже если бы она тогда не одолжила учебник Северуса Джеймсу, их разрыв был уже неизбежен. Даже если бы она вступилась по-настоящему, даже если бы захотела слушать. Даже если бы дала ему шанс. В конечном итоге важно лишь то, что он смог от неё отказаться. Но Лили всё равно продолжала легонько сжимать руку Северуса, чувствуя, как его дыхание вновь учащается. Оказалось горько, невероятно горько осознать, какой восторг она испытала, сражаясь с ним. Насколько хорошо было чувствовать сладкую негу, лёжа на раскуроченном полу. Как сильно ей хотелось увидеть ту же горечь в его глазах. И какое удовольствие она получала от каждой эмоции, которая проступала на его лице сейчас. Рваный рукав пижамной рубашки задрался, и прикосновение к оголённой коже обжигало. Лили хотела подарить немного тепла, но чувствовала, что сгорает сама. По распухшей губе Северуса ползла очередная капелька крови. Из коридора раздался громкий стук. Они оба вздрогнули, прислушиваясь. — Это полиция! Немедленно откройте! Лили запрокинула голову, нехотя покосившись на дверь. На лестничной клетке определённо топталось несколько пар ног. — Поможешь память подчистить? — лукаво протянула она. Северус вздохнул, поднимаясь на ноги. — К вашим услугам, миледи. Лили улыбнулась. За порогом что-то загрохотало. — Жители сразу трёх квартир заявили о перестрелке и массовой драке! Лили подобрала палочку, занимая привычную стойку. Они переглянулись, и уже в следующую секунду в дверь полетели две яркие вспышки.