Миссия: стать человеком

       Три часа ночи. Во всём доме была тишина, не считая сопения спящего Сумо и тяжёлого дыхания его хозяина, который никак не мог уснуть. Сегодня утром был допрос девианта, которого они поймали. У Хэнка ничего не вышло. Андроид молчал. Пока в комнату для допросов не вошёл Коннор. Он был мягким, но решительным. Позволял себе повысить голос, но потом сразу же извинялся. В итоге, девиант всё рассказал. Рассказал, как его хозяин всячески издевался над ним. Тушил об него бычки, обливал кипятком и избивал за малейшую ошибку. Или же просто так избивал. Как сказал сам андроид, его хозяину не нужен был повод для насилия по отношению к нему. Но Андерсону это было не интересно. Ему больше запомнилось то, как девиант рассказывал о своих чувствах. Как он доводил себя до программного сбоя мыслями о том, что его не ценят, поступают нечестно по отношению к нему. И даже несмотря на то, что Коннор полчаса объяснял лейтенанту то, что девианты ошибочно думают, что испытывают эмоции и на самом деле это просто ряд ошибок и сбоев, Хэнк поверил этому девианту. Он вёл себя не как робот. Он дрожал и плакал, словно настоящий человек.        Андерсон отметил, что после допроса Коннор думал в основном о ra9. Девиант сказал, что это некое спасение для всех андроидов. Только благодаря ra9 все андроиды станут свободными. В конце дня Коннор пришёл к выводу, что это что-то на подобии мифа или даже Бога, которого андроиды сами себе выдумали. «Видимо, совсем отчаялись» — единственный комментарий, который мог вставить Андерсон в данный момент.        После всей этой истории, Хэнк начал представлять, а что было бы, если бы Коннор стал девиантом? «Охотник на девиантов — девиант» — звучит иронично. Просто отличный повод для ночных раздумий.        Сегодняшний вечер был до ужаса необыкновенным. Хэнк вымотался настолько, что не пошёл в бар, не стал выгуливать Сумо, а самое странное — не стал играть в русскую рулетку. Андерсон пришёл домой и сразу же лёг в постель. Было очень непривычно, ведь он уже давно привык крутить по вечерам барабан с одной единственной пулей, мечтая, чтобы она оказалась у него в голове, а его кровь забрызгала всю стену и пол. Ох, как же он об этом мечтал. Ну почему эта мечта не сбывалась? Почему?        Раздумия Хэнка прервал громкий звук бьющегося стекла. Это не было похоже на упавшую вазу или что-то вроде этого. Больше походило на окно. Разбитое окно. Сумо, мирно спящий рядом с Хэнком, резко вскочил и побежал на звук. По телу лейтенанта прошёлся холодок. Нужно было спуститься и проверить, что случилось. Мужчина решил вооружиться тем самым пистолетом с одной пулей. Другого оружия не было. К сожалению, из-за нового закона Хэнк не мог носить с собой пистолет, который ему выдали в полиции, кроме как на задания. Медленными, неуверенными шагами он пошёл на кухню. Заметив, что в темноте что-то шевелилось, лейтенант быстро крутанул барабан и выстрелил. Выстрелил, чёрт возьми. Он не промахнулся. Барабан остановился именно на этой единственной пуле. И вот, сейчас её уже нет, она скрылась в темноте. Ну почему Хэнку так не везёт? Почему, когда дуло пистолета было приставлено к его виску, пистолет раз за разом сохранял ему жизнь, а сейчас вдруг выстрелил? Хэнк и правда самый «везучий» коп в мире. — Не стреляйте, это всего лишь я! — свет включился. — Коннор? Ебать тебя в рот, ты убить меня решил?        Андроид стоял около выключателя. Он не был повреждён, скорее всего Андерсон промахнулся. — Убить? Простите, лейтенант, но это вы меня чуть не убили. — Да потому что я чуть не сдох от страха, да и что вообще ты — — Л..лейтенант! — перебил его Коннор, — ваша собака!        Хэнк нашёл взглядом Сумо и пришёл в ужас. — Твою ж…        Кажется, Андерсон нашёл свою пулю. В лапе у Сумо. Бедняга лежал на полу, тяжело дыша и слизывал кровь с раны. — Сумо, блять, — лейтенант подошёл к своему единственному верному другу, сел рядышком с ним и обнял, — прости, мальчик, я не хотел.        Диод Коннора резко замигал красным.

«Программный сбой»

       Андроид просканировал себя и своё состояние, не выявив никаких поломок. Вскоре диод вернул себе привычный ярко-голубой цвет. Коннор подошёл с Хэнку и сел рядом с ним, изучая лапу животного. — Пуля не очень глубоко. Я знаю, как нужно оказывать первую медицинскую помощь. Вот только мне никогда не приходилось использовать эти знания на практике. Если вы доверитесь мне, я сделаю всё возможное. — Иди к чёрту. Что ты вообще забыл в моём доме в три часа ночи?! — А разве это сейчас важно?        Андерсон ничего не ответил, а только прижал Сумо к себе ещё сильнее.        Секунды молчания перетекли в минуты. Коннор чувствовал себя не в своей тарелке. Он ощущал груз своей вины. Но что делать, если ему даже не дают помочь? Диод замигал ярко-золотым, но андроиду на это было плевать. Коннор решил поговорить с лейтенантом на личные темы, никак не касающиеся работы. — Я люблю собак.

«Программный сбой»

— Что ты сказал? — Я люблю собак, — монотонным голосом повторил Коннор, — они такие… — Какие? — Хэнку вдруг стало интересно, что же пытается сказать андроид. — Я… не могу подобрать нужного слова. Симпатичные? Интересные? Привлекающие? — Понятно.        Коннор выдержал небольшую паузу. — Сенбернар — блестяще! Это отличная порода, которая вам идеально подходит. Мне тоже нравятся сенбернары… на вид они словно большие пушистые облачка. Конечно, пока не возьмёшь его на руки и не поймёшь, что весит он далеко не как облачко, — диод сменился на красный цвет. Но Коннор уже и забыл о нём. Он погрузился в мысли о собаках и… облаках. Как же это по-детски! Но это так забавляет Хэнка в данный момент. Сумо сипло скулил в объятиях Андерсона. Кровотечение не прекращалось.

«Программный сбой»

— Ладно, ладно, уговорил, — лейтенант провёл рукой по гладкой шерсти Сумо и отпустил его, — но если ты сделаешь ему хуже, я тебе лично конечности оторву. И мне насрать, что придётся платить штраф за порчу имущества Киберлайф.        Коннор просиял в неестественной улыбке: «Спасибо вам большое. Я обещаю, что буду аккуратен. Но мне нужна ваша помощь. Не могли бы вы принести жгут, щипцы, перекись водорода, несколько ватных дисков или небольшой кусочек ваты и стерильный бинт. Также было бы прекрасно, если бы вы нашли пустой шприц и обезболивающее, чтобы Сумо чувствовал себя как можно комфортнее во время нашей маленькой операции».        Андерсон пообещал, что постарается найти всё необходимое. За обезболивающее он не переживал. Не стоит забывать, что Хэнк — тот ещё алкаш, да ещё и в возрасте. У него просто обязано быть болеутоляющее. Перекись он тоже нашёл. Правда, меньше половины бутылька, но этого должно было хватить. Жгут, щипцы и вата тоже были найдены. Вроде бы, ничего не забыто.        Бедолагу Сумо перетащили на кухонный стол. Коннор начал действовать. Его движения были неуверенными, как будто он боялся. Хэнку даже на секунду показалось, что рядом с ним находился настоящий человек. Не по себе немного стало. Андерсон даже задумался…        Коннор — машина для ловли девиантов. То, что он пытался откровенно подлизаться к лейтенанту можно было объяснить тем, что дружба с напарником означает хорошую и слаженную работу. Но тому, что сейчас делал Коннор, не было объяснений. Может, он и правда любил собак? Может, андроиды и правда могут иметь свои интересы, увлечения и хобби? Это было большим открытием для Хэнка. Может…эти железки не настолько уж и плохие? А может это только Коннор такой?

***

       Прошло двадцать минут. На улице уже вовсю поливал дождь. Пуля была вытащена, кровотечение остановлено. Андерсон был искренне благодарен Коннору. — Осталось только забинтовать, — андроид повернулся к лейтенанту в ожидании того, когда ему дадут бинт. — Вот жешь…а я до последнего понять не мог, почему у меня чувство, как будто чего-то не хватает… а без бинта никак? — Боюсь, что никак, — Коннор задумался на пару минут. Затем снял с себя пиджак и рубашку, оголяя до жути идеальный торс. Резким движением оторвал рукав рубашки и использовал его вместо бинта, — Готово. — Спасибо. Дорогая, наверно, рубашка? — Фирменная линия одежды Киберлайф. Не волнуйтесь, у меня много аналогичных экземпляров. Главное, что теперь с Сумо всё будет хорошо. Примерно через четыре месяца от раны останется разве что небольшой шрам, не более, — андроид надел на своё оголенное тело пиджак и застегнул его на все пуговицы.        Хэнк взглянул на Сумо. Сенбернар был явно счастлив. Он лениво покачивал хвостом из стороны в сторону и смотрел на Коннора чёрными блестящими глазами. Затем Андерсон посмотрел на андроида. И увидел в нём такую же собаку, ничуть не хуже Сумо. Карие глаза при тусклом свете казались такими же чёрными. Взгляд был преданным и виноватым. Ему только высунутого языка не хватало. — Ладно, мне пора, — диод бешено мигал золотистым.

«Программный сбой»

— В ливень? — Моя модель не боится воды. До свидания, лейтенант, — Коннор быстро рванул к входной двери. Открыл её и ушёл, не дав сказать Андерсону и слова. А ведь лейтенант так и не успел спросить, что андроиду было нужно в его доме в три часа ночи.        Хэнк поднял с пола пистолет. Он мысленно был обижен на весь мир, за ту злощастную пулю. — Да пошло оно всё к чёрту! — и пистолет вылетел из дома через разбитое окно.        Безусловно, эта ночь пошла обоим на пользу. И Коннор, и Хэнк узнали друг о друге чуточку больше. И это обязательно отразится на их отношении друг к другу.