А теперь беги, инфузория!

Для всей больницы новость о том, что Быков попал в аварию, была шокирующей. Но интернам эти несколько дней запомнятся особенно. Оно и ясно: заведующий в коме, дел стало еще больше, а что делать, ни черта не понятно. В этой свистопляске один из молодых врачей проскользнул в палату. Убедившись, что больше желающих посетить Быкова нет, парень закрыл дверь. Фил сел на край кровати и задумчиво вздохнул. «Ну, чего пришел, жаловаться? - Проорал Быков «под колпаком», - работы по горло, а ты филонишь, зверюшка заморская!» - Знаете, Андрей Евгеньевич, без Вас все отделение сидит на ушах… «Стоит на ушах, придурок! Выучил бы фразеологизмы правильно, прежде чем их употреблять». - …мои коллеги не могут поделить больного, отдают его друг другу… «Амебы безмозглые, слышишь меня? Амебы! - Постучал мужчина по стеклу» - … а потом вернуть не могут. Условие нам поставили - кто его лечит, тот и главный. «Уже мое место делят, членистоногие.» - А так все… обычно. Да, обычно. Только без Вас все равно не то. «Конечно, за вас же работать стало некому!» - Но это все ничего. Сами Вы как? Когда в себя придете? Хотя, что я спрашиваю… «Конечно, я ж тебе хрен отвечу! Я ж внутри этой штуки! Как растение, по мнению тех двух кретинов.» - … А Вы держитесь. Без Вас мы пропадем. «Да уж куда там… Выгонят вас нахер всех без меня. Не думаю, что Белка за вас беспокоиться будет.» - …Все хотят, чтобы Вы поскорее пришли в себя… «Тебя специально такого нудного прислали сюда? Вот заливать начал…» - …Но я особенно. Если Вы действительно все слышите и осознаете, то сейчас самое время рассказать Вам кое-что! «Да что ты говоришь, инородное тело в здоровом организме медицины…» Фил запнулся, встал с кровати, походил по комнате и, наконец, замер у окна. Его рука дернулась в нерешительности, а затем он резко открыл окно. В палату проник холодный свежий воздух, быстро разбавляя душную атмосферу, привычную для больницы. «Безмозглая инфузория, я ж так замерзну, - сказал врач, немного успокаиваясь, - пока ты тут прохлаждаешься, больные сами вылечатся, и премии в этом месяце никому не будет, криворукий ты эмбрион!» - А я все же думаю, что Вы должны это знать! Фил, улыбаясь, обернулся, но снова поник. «Включи логику! Хочу сказать - не хочу сказать. Че ломаться-то, как школьница». Парень снова бесшумно опустился на кровать и коснулся руки своего наставника. - Я... люблю Вас, Андрей Евгеньевич. Немного помешкав, парень накрыл еле теплые губы своими и отошел на пару-тройку метров. Аппарат зафиксировал учащение пульса, сердечный ритм потихоньку стабилизовался, и врач, в конце концов, пришел в себя. - А теперь беги, инфузория, пока я еще не встал! И Фил вышел, довольно покусывая губы.