Only If for a Night

ST: Red – Nothing and Everything Проснуться на шёлковых простынях и почувствовать домашний запах сладкого хлеба, обваленного в яйцах, что может быть… хуже, когда вспоминаешь, что этот дом не твой, что мать твоя скоро выйдет замуж за ублюдка (и она его любит), а сына этого ублюдка надо соблазнить, а он натуральнее самого натурального цельного голландского сыра, только что привезённого самолётом и бережно поставленного на стеклянный, покрытый изящной скатертью стол на кухне Утера Пендрагона. Я сел, потёр указательными пальцами виски и уставился на кремовую дверь напротив кровати. Кровать, кстати, огромная и грузная, из-за бархатного полога похожая на оперную певицу не первой свежести. Просто прекрасно. Я дома у своего начальника и думаю о кроватях. Я подозреваю, что скоро у меня начнётся нервный тик. Я в одном доме с моральным уродом и его сыном, и скоро мы станем весёлой и дружной семьёй, будем выезжать за город на пикники по выходным и радоваться жизни. Как же. Я сломаю всё это ещё до начала. *** - Доброе утро, дорогой, - мать поставила передо мной на стол тарелку со сладким хлебом и сказала, что заварит чай. Она до сих пор не верит в то, что я люблю крепкий кофе без сахара. Для неё я всё ещё ребёнок, и я не собираюсь её разубеждать. Ведь этот ребёнок… - Доброе утро, Хунис, - Артур сел через стул от меня, заспанный, а парочка светлых торчащих у затылка вихров сделали его похожим на попугая. Я хлебнул из высокой кружки чая и поморщился. Сладкий, как я ненавижу. Вот сейчас я бы отдал всё, что угодно за тихий вечер у барной стойки с каким-нибудь незнакомым парнем. Я помотал головой. Нет, нужно сосредоточиться на… миссии, назовём это так. «Проект “Ликвидация”». Миссия невыполнима, как мне кажется. - Как спалось? – поинтересовалась моя мама, радостно разглядывая наши лица. - Отлично, - буркнул я. - Весьма недурно. У меня уже челюсть сводит от его снисходительно-вежливого тона. Ну да, не хочет ссориться с отцом. Да и кто бы захотел? Исподтишка изучающе смотрю на него. Захотел бы я его, если бы мы встретились, допустим, в клубе? Нет, совершенно не мой тип. Хотя и красивый, не могу отрицать. Но он – типичный ловелас, разбиватель женских сердец, или как там называют этих придурков? Он поднимает взгляд, смотрит на меня, и я отвечаю пристальным взором, пытаясь нащупать что-то вроде желания, странного ощущения в воздухе, хоть чего-то. То, что мы одинакового роста, радости не приносит. Нужна хоть какая-то разница, нужно хоть что-то, чтобы выяснить, кто был бы… да, сверху. Кто будет главным. Он мой босс, ну и что? Это ещё не говорит ничего… нет, я не могу представить его снизу. Или могу? - У меня что-то с лицом? – поинтересовался Артур, чуть прищурившись. Дерьмо. - Вы скоро станете братьями, мальчики, - улыбнулась Хунис. – Как насчёт утренней фотографии? Она достаёт свой смартфон и машет рукой. Улыбнитесь. Ближе. Ещё ближе. Да, вот так неплохо. Ну же, улыбнитесь! Обменяйтесь кольцами. Можете поцеловать… Я поворачиваю лицо и смотрю на Артура. У него чуть заметно блестит нижняя губа от молока. Боже, этот перец пьёт молоко по утрам. Захотел бы я его? Нет, определённо нет. Мы так близко, а я ничего не чувствую, никакого притяжения. Почему? Я ведь должен. Если этого не будет, у меня ничего не получится. У меня просто не встанет в решающий момент. - Вы очень мило смотритесь вместе, - мама улыбается и, кажется, ставит фото на фон. Правая бровь Артура немного выгибается, а я стараюсь не заржать. Как хорошо, что никто из них не знает правды обо мне. Думаю, я бы не рассказал матери до тех пор, пока… Пока не встретил бы кого-то, с кем захотел провести остаток жизни. Наверное, это будет Фрейя. Кто кроме неё будет меня терпеть? Да уж. Кто… - Какие планы? – нет, я рад за неё. Действительно рад. Она улыбается – наверное, я никогда, почти никогда не видел у неё такой искренней улыбки. В этот момент мне в голову пришла мысль: а что, если у меня всё получится? Это ведь разрушит этот брак. Вряд ли любовь Утера преодолеет усыновлённого гея, испоганившего его репутацию и надругавшегося над его сыном. - Наверное, никаких, - Артур пожал плечами. Я потёр пальцами виски. - Мерлин, всё в порядке? – заботливо спросила меня Хунис. - Да, - я кивнул, хотя голова начала раскалываться от боли, а сердце заколотилось быстрее. Нужно успокоиться. Только панической атаки мне не хватало. - Утер предложил нам всем вместе пойти в парк. Как вы на это смотрите? - С удовольствием, - откликнулся мой будущий брат. *** Три часа спустя, в красной кофте Артура, так любезно дарованной мне с его плеча (вчера я явился прямиком в костюме, а заскочить в свою квартиру мне не дала мать, как раз и подкинувшая идею взять одежду у братца), я торчал на мосту и наблюдал, как Хунис и Утер кормили лебедей на берегу. Я чувствовал, как дрожат мои плечи – не от холода, а от нервного перевозбуждения. Ума не могу приложить, что же мне делать. Телефон завибрировал в заднем кармане свободно висящих на сильно утянутом ремне Артуровских джинсов, я достал его и, не глядя на экран, ответил на звонок. - Ты в парке? - Откуда ты знаешь? - Как думаешь? - Ты следишь за мной? – я оглянулся, пытаясь увидеть зеленоглазого пацана, но старания не увенчались успехом. Мордред рассмеялся в трубку. - Посмотри ещё раз направо. Я последовал его совету и увидел раздающего воздушные шарики Микки Мауса. - Это твоя подработка? – отсмеявшись, спросил я. – Постой, а как ты говоришь по… - Гарнитура. Ты просто не представляешь, до чего дошли современные технологии. - Конечно, я ведь прямиком от древних королей. Наверное, был великим добрым волшебником. - А я был… кем бы я тогда был? - Наверное, сыном короля и его… сестры. - Кажется, кто-то пересмотрел «Игру Престолов». Ну и каким же местом я похож на Джоффри? - У них был не только Джоффри… - Так, ладно. Что ты делаешь сегодня вечером? Обрабатываешь нашего милого Артура? Я прикусил губу. Мордред ещё понятия не имел, что я работаю на Пендрагона-младшего. Понятия не имел о том, что я скоро с ними породнюсь. Возможно, тогда он поймёт нелепость пари и отменит его? Да, нужно отменить пари. Так будет лучше. - Нет. Я вот подумал… - Тогда ты сможешь сходить со мной в больницу? - В больницу? Что случилось? - Помнишь, недавно во Франции была демонстрация против введения однополых браков? Депутаты собрались рассматривать это дело. - Ну? - Ну, а наши решили провести в Лондоне демонстрацию «за». И их разогнали. Уилл в больнице. Меня словно ударили под дых. Артур шёл ко мне с постным лицом, держа в каждой руке по сахарной вате. - Да, я… я приду. - В чём дело, Эмрис? – Пендрагон протянул мне одну. В трубке была тишина. - Ни в чём. Я облизнул пересохшие губы и, медленно подняв руку, взялся за тонкую белую палочку. - Быстро ты работаешь, - в голосе Мордреда не было никаких эмоций. - Нет, - тихо сказал я, продолжая смотреть на Артура. – Это не то, что ты подумал. - Я ничего не подумал, - отозвался Артур. Мордред отключился. Я обернулся, но Микки Маус уже быстро шёл в сторону выхода из парка. - И этим ты меня не удивил, - мрачно сказал я, отрывая пальцами большой кусок ваты и запихивая себе в рот, чувствуя, как сахар начинает таять на языке. – Я ведь с десяти лет твержу ей, что ненавижу сладкое. - Очевидно, напрасно, ведь это была её идея, - молодой Пендрагон пожал плечами и облокотился на перила моста, наблюдая за нашими родителями, весело над чем-то смеющимися. Я тоже смотрел. - И что нам делать? – наконец не выдержал я. Мой «брат» не пошевельнулся. Только спросил: - Делать с чем? Тебе есть какая-то разница? - Я просто хочу, чтобы она была счастлива. Я просто не знаю, что делать мне самому. Я просто… - Ты такой простой, я погляжу. - Я действительно не знаю. Я не впишусь в вашу семью. Я не смогу… Я вцепился дрожащими пальцами в перила. - Кажется, тебя слишком это парит. Я отдал бы душу за сигарету. - А тебя разве нет? – я посмотрел на него. Взгляд голубых глаз был совершенно спокоен, ветер трепал его светлые волосы. Если бы он перекрасился в брюнета, мы бы даже смогли сойти за братьев. Даже рост одинаковый. - Я тоже хочу, чтобы он был счастлив. Остальное неважно. Утер мягко улыбался и смотрел на мою мать с нескрываемой теплотой. Раньше я и подумать не мог, что он способен на такое. Артур был совсем рядом – протяни я руку, мог бы коснуться его щеки. В этот момент он, смотрящий на своего отца, выглядел ранимым и будто желающим, чтобы кто-то коснулся его. Но это лишь обман. Две большие лжи. *** ST: A Perfect Circle – The Outsider Я мялся у входа в палату. Разумеется, я видел Уилла довольно часто – но вот последние несколько месяцев мы почти не общались. Трудно быть рядом с тем, кого когда-то безумно любил, а тот сам спрыгнул с пьедестала и вывалялся в грязи. Что-то вроде этого. Интересно, Мордред уже был у него? Они познакомились благодаря мне несколько месяцев назад, и Мордред очень его не любил. Впрочем, это было взаимным, но они старались не показывать взаимную неприязнь, потому что состояли в одном клубе. Геи, лесбиянки, би… Уилл был би. Я был просто Мерлином, как любил я пошутить. Нелегко было признаться Уиллу, но почему-то приятно было сделать это, словно таким образом я как-то насолил ему. Ха. Если бы. Вот уж кому было совершенно плевать, с кем я трахаюсь. В конце концов, я толкнул дверь и оказался внутри. Уилл лежал на кровати у окна, опираясь на подушку, и читал какой-то журнал. Я кашлянул и друг (бывший друг?) поднял голову и улыбнулся мне. Его светлые глаза всегда обезоруживали меня. Я улыбнулся в ответ и позволил вовлечь себя в беседу. Бессмысленную, но почему-то дарящую тепло. Интересно. Я никого не могу полюбить потому, что до он сих пор имеет надо мной какую-то власть? Чёрт. Любви не существует. Я не должен забывать об этом ни на мгновение. *** - Мерлин, пора ужинать, - мать постучала в комнату, которая стала моей. Я лежал на кровати и читал на телефоне книгу, потому что больше заняться было нечем. Этот день я решил побыть хорошим сыном (к тому же, ходить было ещё немного больно). - Иду, - отозвался я. Утер уже сидел за столом, Артура пока не было. Я неловко улыбнулся своему будущему отцу, с которым мне никогда не найти общий язык, и сел напротив. - Алло? – я поднял глаза и увидел входящего в комнату Артура. – Мерлин, - я увидел, как он чуть сморщился, произнося моё имя, - говорят, что к тебе пришёл некто по имени Мордред. Ты его знаешь? - Да, - я вскочил. – Но… - Пропустите его, - ответил Артур и сунул телефон в карман домашних штанов. Я замер. Что он здесь делает?! - Что-то не так? Да уж, у Утера на это глаз намётан. - Всё в порядке. Это мой друг. Я пойду, встречу… - Пусть поужинает с нами! Мне очень хочется увидеть твоего друга, - вежливо улыбнулся Утер. - Это ведь Мордред! Мерлин, ты вообще о чём думаешь? – укорила меня мать. Я вежливо скрипнул зубами. Это определённо не было хорошей идеей. Вернее, хуже идеи не было. - Я Мордред. Ты, верно, Артур? – появившийся на пороге Мордред улыбнулся и обменялся крепким рукопожатием с моим «братом». Тот кивнул. Парень был в полосатом свитере и узких джинсах. Но, вроде, не выглядел как законченный гей, что меня немного успокоило. - Откуда ты узнал, что я тут? - Я ведь за тобой слежу, - рассмеялся Мордред, кивая моей матери, мрачно взирающей на него. Да. Она знала, что мой "друг" Мордред был геем. Утер рассмеялся весёлой шутке про слежку. От уровня весёлости в воздухе мне показалось, что я попал в какую-то ужасающую параллельную реальность. У этой реальности были зелёные глаза и стальная решимость. Если он и понял, что теперь мы с Артуром должны стать одной семьёй, Мордред не собирался отказываться от пари. Оно заинтересовало его ещё больше. __________________________________________________________ Примечания автора: Брэдли и Колин действительно одинакового роста - оба 1,83 см.