Смертельная практика

Сэйзэр вышел с портала и огляделся. Нет, решительно это все ему не нравится. Голое поле с редкими пучками почти желтой травы, пусто, нет кабин-телепортеров, никто не встречает и даже нет рядом элементарного кафе или столовой. Как хочешь, дорогой путешественник, так и добирайся до своей гостиницы, до места практики и вообще. Вот значит, как здесь относятся к практикантам. Парень поправил лямки рюкзака за спиной и решительно направился вперед, в сторону пыльной дороги, ведущей к городу. Похоже, выбираться отсюда придется, самостоятельно рассчитывая вектора телепорта, а значит стоит об этом озаботиться сразу по приходу в гостиницу. Впрочем, в данный момент его заботил как раз не уход, а приход. Практиканта из Академии не встречали, да и вообще ни одной живой души на дороге. Ни демиургов, ни какого-либо транспорта, ни животных. Смутное чувство тревоги билось где-то в груди. Но он не уедет отсюда, пока не найдет своего друга и его одногруппников. Неделю назад его друг, Кэртин, перестал выходить на связь. Сначала Сэйзэр все списывал на помехи и занятость, на суровых наставников, но по прошествии пяти дней сильно обеспокоился и пошел навестить родителей Кэртина. Те повели себя очень странно. Ранее приветливая женщина, мать его друга, вдруг не пустила закадычного приятеля сына на порог, говорила сухо и почти ничего не сказала. В уголках ее небесно-синих глаз блестели не до конца стертые слезы… Он списал это все на волнение за сына, но, как оказалось, ошибался. Разговор с родителями еще двух пропавших тоже не дал никакой ясности. Отец девушки Кэртина, Сюзи, даже не пустил юного демиурга на порог, а отец Листэна только грубо выматерился и посоветовал не лезть не в свое дело. Мол, не тебе, сопляку, тягаться с волей высших. При этом он так многозначительно взглянул вверх, что Сэйзэр только вздохнул. Может ребят перевели на какой-то секретный объект, а ему никто ничего не хочет говорить? Тогда демиург отправился прямиком к декану и… натолкнулся на стену холода и агрессии. Ему в грубой форме посоветовали заняться собственной практикой, поскольку в противном случае не засчитают последний год обучения и заставят пройти его этот ад заново без поблажек… Сэйзэр сплюнул на выходе из деканата. Ну не к ректору же идти? Этот совсем поехал кукушкой, и половина студентов уже сбежали в далекие дебри в другую вселенную от него. Соблазн, конечно, был большой, но сам парень решился пройти практику, а потом уже решать, как поступить. Но то, что его жизнь в этой сраной республике будет спокойной, казалось фантастикой. Так что отбудет практику и свалит отсюда к чертовой бабушке. Да он готов был годами давить травы в ступке для какой-нибудь дриады или ведьмы-травницы, лишь бы не проходить последний год обучения еще раз! Он просто не выдержит этого издевательства. Но тут так некстати вмешалась пропажа друга, а потому планы накрылись медным тазом. Родители ужасно расстроились, узнав, что их любимый первый сын решил проходить практику в каком-то замухрыженом мире на задворках вселенной, а не в выбранном ими теплом местечке неподалеку от отцовского мира. Мать закатила знатный скандал. Сэйзэр хмыкнул и ускорил шаг, вспоминая, как худенькая светловолосая мать заламывала руки и причитала: «Мы для тебя все сделали, а ты такой неблагодарный!», «Отец в лепешку расшибся и влез в долги, чтобы тебя пристроить в хорошее место на пару лет, а ты лезешь в эту задницу вселенной!», «Твоей сестре остается только мечтать о такой практике! Через год мы не сможем ее так хорошо пристроить!» и прочее аналогичное, снова и снова… Но спасение друзей, попавших в неприятности (а в этом Сейзэр уже ничуть не сомневался, видя этот пустынный мир) для него было приоритетнее. А потому он молча собрал вещи, оформил заявку на практику сюда и ушел, не прощаясь. Еще одной истерики матери и неодобрительного тихого возмущения отца он просто не выдержал бы. Но и жить все оставшиеся века, трусливо пряча голову в песок на подобие страуса, как делают все остальные, он не мог. Да, его семье было что терять. Три мира, довольно хорошо обустроенных, несколько маленьких астероидов и непыльную должность архивариуса у отца. Мать предпочитала возиться с мирами и тремя детьми, младший еще не дорос даже до Академии, но Сэйзэр не был уверен, что брат будет туда поступать. Слишком уж все нестабильно в их республике. Да еще и все эти ужасы Академии маячили на задворках. Брат скорее убьется, чем поступит туда. За этими грустными мыслями он не заметил, как вошел в город. Как такового города и не было особо, кучка разбросанных без всякого порядка низеньких, в пару-тройку этажей, зданий, какие-то покореженные деревья, несколько задерганных демиургов в довольно бедной одежде. Как они вообще здесь живут? Магические и энергетические потоки слабые, как ниточки, о нормальной жизни можно только мечтать. Знамо дело, задворки вселенной. Даже если они тут все вымрут, никому ни до кого нет дела. Зато если в этот мир придет кто-нибудь и захочет сделать из него что-то гораздо более приятное, то начнется срач и дойдет до мордобоя. Поскольку этот задворок самое то, что нужно демиургам. Вот прямо жизнь не мила без пыли, голодухи и кучки мусора… Плавали, знаем. Он помнил тот хай, который подняли жители какого-то забитого мирка, когда его отец предложил помощь в его обустройстве. Отец не слабый демиург, действительно мог помочь. Но, увы, из-за этого случая впал в немилость и был запихан в пыльную библиотеку с глаз долой, где и просиживал уже не одно столетие, боясь высунуть нос. А на все перемены только качал головой и ворчал, что они не доведут их народ до добра. До какого добра может довести полоумный глава Совета и ректор по совместительству, режущий в прямом эфире девчонок возраста самого Сэйзэра, парень примерно догадывался.

***

Гостиницу он отыскал не сразу, долго блуждая по пыльному и пустынному городу. Никакой особой активности заметно не было. Практиканта не разыскивали, не спешили приставить к работе и даже никто не поинтересовался новым синеволосым парнем в городе. Ну подумаешь, ходит еще один порядком усталый демиург по городу, делов-то… В холле черноволосая дама окинула его презрительным взглядом красных глаз и скривилась. Сэйзэр протянул ей свидетельство о прохождении практики, диплом и еще пару бумаг, но женщина даже не взглянула на них. Молча, не разжимая крепко поджатых бледных губ, сунула ему ключик от номера и вытянула положенное количество энергии на оплату. Невежливые, однако, местные, подумал парень и поднялся на второй этаж зашарпанной гостиницы. Она ничем не выделялась из остальных домиков, являя собой такое же убогое зрелище. Обшарпанные изнутри и снаружи стены, старые побитые деревянные доски пола, жалкое подобие картин на этих самых драных стенах. Демиург поднялся на второй этаж и едва успел увернуться от падающего куска штукатурки с потолка. — Негостеприимно здесь, однако… — протянул он, отступая от белых брызг. Будто по заказу хлопнуло в конце коридора окно, и жуткий сквозняк проморозил тело парня до костей. Хотя на улице-то как раз холодно не было ни капли. Найдя выделенную ему комнатку, Сэйзэр скинул рюкзак на скрипучую кровать и уселся на шаткий стул. После сквозняка раздеваться никакого желания не было, а потому он решил отдохнуть и пойти поесть, после же снова поискать хоть кого-нибудь, кто объяснит ему, в чем здесь заключается практика и как ее проходить. Не лежать же ему здесь несколько лет до тех пор, пока срок не станет достаточным? А завтра нужно будет найти хоть какие-то следы его друга и остальных. Никто не может исчезнуть в небытие. Где-то они должны быть… Он не заметил, как задремал. Проснулся уже от настойчивого урчания в желудке. Проспал парень, судя по темному небу за грязным окном, несколько часов. Решительно сграбастав рюкзак — он не оставит в этом жутком месте свои вещи без присмотра — Сэйзэр спустился вниз и осведомился у той самой черной женщины на счет ужина. Она нехотя указала на дальний зал и буркнула что-то неприветливое. Видимо, законы гостеприимства не распространялись на этот мир. Парень прошел в зал, отмечая общую несвежесть помещения, давно не мытые полы, засыпанные крошками столы и ужаснулся. Как здесь можно есть? Приученный дома почти к стерильной чистоте, регулярно наводимой матерью и сестрой, когда она возвращалась с учебы, он дичился общей атмосферы грязи и неопрятности. Усевшись за самый чистый по его мнению столик, Сэйзэр заказал в магическом меню кашу и мясо. Заказ пришлось ждать добрых полчаса, несмотря на то, что кроме него было всего двое посетителей и те явно уже «наслаждались» разнообразием меню. Принесла еду такая же молчаливая дама, как и у стойки. Разница была только в росте и цвете волос. Новая женщина была чуть ниже, крепче в телосложении и с серыми, мышиного цвета, волосами. — Спасибо, — буркнул демиург, грустно вглядываясь в тарелку. Ее содержимое навевало серьезные сомнения на счет съедобности. То ли жидкая каша, то ли густой суп буро-желтого цвета с кусочками чего-то, совсем уж не похожего на мясо. М-да, если его друга-гурмана кормили здесь так же, то он мог сбежать отсюда на второй день и больше никогда не возвращаться. На вкус еда оказалась еще отвратительнее, чем на вид. Преодолев собственную брезгливость и поддавшись вою желудка, парень с трудом затолкал в себя это варево и вышел из гостиницы. Благодарить разносчицу перехотелось. Еще бы выяснить, к кому здесь податься… Он еще час пошатался по городу, но так никто из редких прохожих не смог ответить на вопрос о том, куда пойти практиканту. Несколько демиургов назвали, правда, нецензурный адрес его цели путешествия, но туда-то уж точно идти не хотелось. Триумфальный приезд практиканта в забытый всеми сверхами и демиургами мир оказался полным разочарованием. Не самый слабый выпускник (а точнее, прочный середнячок) оказался здесь абсолютно никому не нужным. Парень плюнул на это все и отправился досыпать в гостиницу. Попробует разобраться со всеми этими странностями утром на свежую голову.

***

Выспаться всласть не получилось. Разбудили его голоса за стеной. Насколько Сэйзэр знал, в гостинице кроме него жило еще двое мужчин постояльцев, но в коридоре он их не видел. А голоса явно женские. — Мирта, выбрось уже это говно. Пришла сводка, что этот синий малец копает инфу. И он упорный, может докопаться… — Ладно, — прошипел мерзкий голос, похожий на змеиный. — Утром выброш-шу. Демиург похолодел и вжался в узкую кровать. Разговор был явно о нем. Но… неужели здесь все не так просто, как казалось? Его друг пострадал и это скрывают? Практиканты погибли? Похищены? Да что здесь, черт побери, происходит?! Сэйзэр дождался пока голоса и тихий скрип полов из соседней комнаты стихнут и осторожно сполз с кровати. Медленно, боясь скрипнуть проклятыми досками, он подполз к окну и боязливо выглянул. Соседнее окно не светилось. Подавив выдох облегчения, парень поддел раму и осторожно открыл окно. Холодный воздух окончательно разбудил его и вытеснил из души страх. Ясно одно — что-то здесь нечисто, а значит в его комнате могут быть следилки, маячки, передатчики. И детекторы магии… Он похолодел, пытаясь вспомнить, пользовался ли магией, и облегченно сполз по стене, поняв, что не пользовался. Значит, его магический почерк еще никто не знает. Может и не узнают, если он не будет магичить направо и налево. Вернувшись к рюкзаку, демиург долго копался и выудил оттуда несколько давно изготовленных инструментов. Эти замечательные вещицы не раз выручали юного творца в переделках в Академии, возможно, помогут и на этот раз. Медленно и осторожно он вылез на подоконник, переступил по карнизу и плавно переполз вплотную к стене на соседнее окно. Еще раз прислушался, изо всех сил стараясь не выдать себя дыханием и выдыхая через раз. Все тихо, темно, охраны нет. Парень использовал ночное зрение, и темная стена окрасилась целой кучей разноцветных пятен. Тихо щелкнула отмычка, но для Сэйзэра это было подобно звуку выстрела. Он замер, буквально вжимаясь в стенку, судорожно прислушался — не идет ли кто на произведенный им шум. Тихо, слишком тихо. Демиург открыл окно и плавно сполз в комнату, не забывая прислушиваться. Комнатка оказалась совершенной копией его собственной, отличаясь только некоторым бардаком. Сэйзэр огляделся, заколол длинную косу на затылке, чтобы нечаянно не сбить ею что-то и рванул к тумбе. Вот оно! Свидетельство того, что его друг был здесь! Тетрадь в плотной обложке лежала будто специально на виду. Парень перелистал несколько страниц, усеянных замысловатыми формулами и пестревшими на полях пометками, и сунул конспект себе за пазуху. Аккуратно перерыв весь номер, он нашел еще две тетради. Одна из них оказалась дневником той самой девушки… Что ж, эта штука намного лучше, чем бесполезные конспекты. В конце концов, конспекты у него и свои есть, а девчонки имеют странное свойство записывать всякие разные вещи в свои дневники. Вернув все на свои места и бросив слабенькое очистительное заклинание, Сэйзэр выполз из окна по стене и вернулся в свой номер. Предстояло разобраться в девичьих записях и понять, что же с ними произошло*.

***

К утру он готов был убивать и целовать всех женщин мира. Убивать за эти распроклятые сопли, так и выплескивающиеся из каждой прочитанной записи. Ну какое ему дело до ее девичьих любовных мечтаний? Лучше б писала по существу… А целовать за то, что он нашел-таки нужную информацию. В последней записи девушка указала на какой-то полигон, куда их вежливо попросили пройти якобы для отработки неких заклинаний. Это была последняя запись, сделанная как раз утром в день их предполагаемого исчезновения. Сэйзэр, хмурый и с кругами под глазами после бессонной ночи, выполз в холл. Нужно найти этот полигон и выяснить всю правду. А с практикой уж как-нибудь разберется. Может быть и завтра. Черноволосая улыбалась так приторно, что у него уже засосало под ложечкой. Будет что-то плохое, в этом демиург не сомневался. Чтоб такая мымра и улыбалась? Вчера была хуже смерти на вид… — Вас просили пройти на улицу Звеньев, — ласково пропела она с улыбкой голодного крокодила глядя на парня. — Не подскажете, где это? Я как бы не местный, — Сэйзэру захотелось есть и одновременно провалиться отсюда куда-нибудь подальше. Можно даже в мифическую тьму обетованную… лишь бы не видеть этой приторной слащавой и тошнотворной улыбки. — Выйдете из гостиницы, повернете направо и пройдете до высокого синего здания. Там начинается улица Звеньев, — на мгновение ему показалось, что у женщины появились клыки, но вглядываться демиург не стал, рванув прочь из гостиницы на крейсерской скорости. Хорошо, что рюкзак за спиной. А уж со своим рюкзаком он не пропадет нигде. До самой улицы Звеньев он не встретил ни единого живого существа. Город будто вымер. Сэйзэр оглядывался, пытаясь заметить хоть любопытные лица в окнах, но и этого здесь не было. Черт возьми, да что с ними не так? Им действительно все равно? Они ничего не делают, не творят, не развиваются, только периодически прохаживаются по улицам? Сразу возле упомянутого синего дома, который больше напоминал полуразвалившуюся хибару, парня встретил высокий мужчина. Длинные коричневые, цвета древесной коры, волосы были небрежно собраны в высокий хвост, а лицо его выражало такую скуку, что не будь Сэйзэр так напуган, он действительно поверил бы в эту мишуру. Но сейчас ему удалось заметить тщательно скрываемые хищные огоньки в зеленых глазах этого напыщенного хлыща. — Привет, практикант! — медленно и с ленцой мужчина поднял руку в приветственном жесте. — Меня назначили твоим куратором в этой дыре, и скажу правду, я не в восторге. А сейчас пойдем на полигон, покажешь, чему тебя там научили в этой драной Академии. Он развернулся и пошел вперед, ни разу не оглянувшись на Сэйзэра. Словно само собой подразумевалось, что практикант, как песик, побежит следом. Впрочем, ничего другого не оставалось. Зато он придет на тот самый полигон. Вряд ли в этом Мухосранске есть второй полигон или целая тренировочная площадь.

***

Хваленый полигон оказался просто куском пустыни, выдранным откуда-то из мироздания и огороженным высоченным, метров в восемь, забором. Куратор хмыкнул, недоверчиво покосился на практиканта, открыл неприметную дверку и смачным пинком втолкнул парня внутрь. Дверца с противным скрежетом закрылась. Твою мать! Сэйзэр успел заметить противную ухмылку «куратора», который такой же куратор, как он сам повелитель ада, и обессиленно привалился к забору. Какие такие заклинания ему предполагалось здесь отрабатывать? Ведь за ним никто не следит, в этом он уверен так же, как уверен в наличии на своих руках пяти пальцев. Внезапно обострившееся чутье уловило некий… не то запах, не то флюиды. Демиург потянул носом и чертыхнулся. Эти эманации ему знакомы. Только прошлый раз обстоятельства встречи сложились так, что он не согласился уйти. Он решил, что справится с этим всем. Да, помощь той странной тетки была бы кстати. Но… Эманации хаоса, а это был именно хаос, усилились. Нет, это совсем не то, что он думал! Парень выругался и лихорадочно побежал вдоль забора. Где-нибудь ведь должен быть запасной выход. Земля под ногами задрожала, и позади, там, где он только что стоял, обрушилась в провал. А из провала полезло нечто… Огромная ящерица с полной пастью острейших зубов вальяжно выбралась из песка, струсила его с своей шкуры и принюхалась. Темно-зеленая мощная чешуя даже на вид была крепкой, маленькие черные глазки злобно сверкнули на удлиненной морде, а шипастый хвост нервно мотался из стороны в сторону… Сэйзэр притормозил, подготовил огненное заклинание и запульнул в хаосную тварь. Понятно теперь, куда подевались его друзья. Понятно, куда денется он, но так просто он не сдастся! — Мы еще повоюем! — крикнул он и побежал дальше, поняв, что его магия совершенно бестолково стекла с шкуры монстра, словно вода. Ни огненное, ли водное, ни ледовые заклинания не принесли никакого результата. Монстр, будто заводной, наворачивал круги вокруг практиканта, распространяя удушающую вонь из грязной пасти и то и дело норовя откусить верхнюю половину туловища демиурга. Час парень продержался, но силы уже были на исходе. Боевые заклинания высосали большую часть маны, поесть и попить не представлялось возможным, а от воспоминания о баланде в столовой к горлу подкатывала тошнота. Завтракать в этом кошмарном месте он не решился. Решение пришло в голову само собой. Нужно перелезть через забор, охранные заклинания остановят монстра, он получит неуд и пару пенделей, но останется жив. Решительно отбросив все сомнения — к чертям такую практику! — демиург полез по забору. Как ни странно, заклинания не кололи ладони, а монстр внизу не унимался. Он бегал вокруг забора и оглушительно ревел, видя ускользающую добычу. Сэйзэр, тяжело дыша, перевалился через забор и грохнулся оземь, отбивая себе ребра, но все еще надеясь выжить. Сигнала окончания тренировки не прозвучало, и это пугало больше, чем беснующийся монстр за тонкой стенкой. Парень припустил со всех ног подальше. Легкие горели, каждый вдох отдавался болью, в ногах разливалась противная тяжесть. Все-таки, он не то что не самый лучший выпускник, он проклятая бездарность. Выйти на полигон даже без ножа. Представив, как мило бы он смотрелся на фоне хаосной зверушки с ножичком, Сэйзэр истерически рассмеялся, сбил дыхание и затормозил. Рев монстра не утихал. А потом послышался треск… На заборе не было никаких охранных заклинаний вообще — с ужасом осознал парень. И тварь его просто проломала, как трухлявые доски. Бежать! Дорога круто повернула в сторону города, и едва живой от усталости демиург ускорил бег. Позади слышался рев и топот оказавшейся на удивление проворной твари. Демиург бегал так, как никогда не бегал. Ни один зачет, ни одни соревнования не стимулировали его так хорошо, как монстр за спиной. Беги или сдохнешь — лишь эта мысль билась в его мозгу. А еще периодически мелькали вопросы — какого хрена выпускникам Академии дают сражаться с хаосом, если их ничему подобному не учили? Где все эти проклятые кураторы, жители города, охрана в конце концов? У них тут, блять, монстр скоро доберется в центр города, а они спят, что ли? Злость и мысленные маты придавали сил. Сэйзэр умудрился забежать за довольно высокое для этого городка здание на четыре этажа и тормознул отдышаться. Казалось, его ноги сейчас отвалятся, а в животе ворочался еж, болезненно протыкая внутренности своими иголками. Громкий рев и чей-то пронзительный крик заставили парня выглянуть из-за угла дома. Увиденная картина придала сил, и он ломанулся вперед, не жалея ног, пока тварь раздирала на куски какую-то зазевавшуюся женщину на противоположном конце улицы. Поделом, пускай следят за безопасностью в городе… Долго так бегать не получалось, он стал все чаще спотыкаться. Выхода не было. Подкрепившийся монстр будто вдохновился и рванул с еще большей скоростью, громя отросшим хвостом попадающиеся на пути дома. Не брезговал он и случайными прохожими, которые шли на закуску. Демиург затормозил в каком-то замызганном переулке и лихорадочно ощупал куртку. Где же оно? Черт, черт, черт! Капсула где-то спряталась и не находилась. Наконец дрожащие пальцы смогли нащупать заветный бугорок в подкладке. Рывком разорвав ткань, парень снова побежал. Монстра он уже не боялся, самым сильным его страхом стало уронить заветную капсулу в пыль и уже никогда не избавиться от этого кошмара. А как хотелось сейчас услышать противный сигнал побудки в общаге, лениво продрать глаза, пнуть соседа по комнате в бок и сказать — ну и кошмар же мне приснился! Но проснуться не получилось. Монстр настигал свою жертву, он бежал без усталости, с него не лился градом пот, как с Сэйзэра, он не хотел есть и пить и, проклятье! Ему для убийства не нужна ни мана, ни оружие. Достаточно пасти и длинных когтей. А хвостом вообще можно убить все, даже демиурга, с одного удара! Сэйзэр выставил перед собой руку с капсулой и сказал: — Я хочу уйти, — из горла вместо слов вырвался хрип. Демиург сглотнул пыль и попытался заорать: — Я хочу уйти! Мать вашу за ногу! Свалить отсюда, все равно куда! Капсула раскрошилась в сдавивших ее пальцах. А задыхающийся парень не глядя вбежал в раскрывшееся без всякого портала пространство, уже не слыша разочарованного рева монстра, не достигшего своей цели…