Я никогда не

Игра не клеилась. Изабелла, подперев щеку, хмуро посмотрела на Фенриса — он только что выиграл партию Алмазного Ромба, забрав её последние деньги. — Так, мне надоело. — Не любишь проигрывать, Изабелла? — ехидно поинтересовалась Хоук. Она вышла из игры три партии назад, спустив всё подчистую. — Это ты, милая, готова отдаться ему, то есть, отдать всё, — Изабелла улыбнулась помрачневшей девушке. — А я дорожу своим золотом. Может, сыграем во что-нибудь более… пикантное? — Всё ещё надеешься раздеть Задумчивого? — Варрик хмыкнул, а Фенрис закатил глаза, сгребая со стола выигранное. — Нет, предлагаю весело напиться, — Изабелла коротко хохотнула и махнула трактирной девке, разносящей выпивку. — Дорогуша, нам три кувшина эля! — Это плохо закончится, — Авелин скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. — Справедливость не одобряет, когда я напиваюсь. — Вопит у тебя в голове, когда ты мучаешься похмельем? — Изабелла тем временем разливает по кружкам принесенный эль. — Я целитель, у меня не бывает похмелья. Всё чуточку сложней, моя милая. — Ты думаешь, мы хотим знать твои проблемы, одержимый? — в голосе Фенриса, как ни странно, нет злости, лишь ленивая насмешка. — Давно пора превратить тебя во что-нибудь не говорящее, — Андерс устало потёр переносицу. — А ты можешь? — Хоук заинтересованно подалась вперед. — Попробовать можно. — И в случае неудачи у нас будет жаба, орущая «Ненавижу магов! Маги плохие!», — Варрик засмеялся. — И бухающая исключительно Агрижио Павали! Грохнул общий смех, лишь Фенрис недоверчивым взглядом обвел сидящих за столом, словно не понимая, издеваются над ним или говорят серьёзно. — Правила простые. По очереди каждый говорит «Я никогда не» и дополняет правдой из своей жизни. Правдой, прошу обратить внимание, — Изабелла выставила длинный указательный палец. — Если кто-то делал это, то он пьёт, если нет — пропускает. — И в чём смысл? — Смысл, Авелин, в каверзных вопросах. Всем всё понятно? Цель проста — напоить Фенриса. — Сегодня ты особенно стараешься, Изабелла, — он хитро прищурился. — Ага, из первых уст узнала, как ты хорош в постели, — покраснев, Хоук застонала и уронила голову на стол, а пиратка продолжила. — Я начну. Так, что бы такого… — она задумчиво покусала нижнюю губу. — Я никогда не трахалась с кунари. — Теперь всё ясно, — Авелин поправила шнуровку туники — сегодня они все без доспехов, но с оружием. Висельник, всё же, место не безопасное. Друзья осмотрели друг друга, ожидая, кто же приложится к кружке. — Хоук, формально, Аришок насадил тебя. На свой кхм… меч. — Варрик! — Хоук, давай ты. — Я никогда не садилась голой жопой на муравейник. Авелин, обреченно вздохнув, отпила эля. — Лучше не спрашивайте, — грозно произнесла она, видя, как Изабелла и Варрик давятся смешками. — Солдатские споры та ещё глупость. — Карвер тоже сидел. Дважды! Он потом неделю чесался, — Хоук залилась смехом, но быстро сникла. — Я никогда не спал с продажными женщинами, — на лице Андерса появилась ехидная ухмылка. — Кроме Изабеллы, разумеется. — Да хорош! — поперхнувшись от возмущения, она пролила себе на грудь выпивку. — Ничего не было! А могло бы быть и бесплатно. Маг довольно рассмеялся. — Я никогда не жил в заброшенном поместье с трупами по углам. — Я убрал трупы, — Фенрис недовольно ворчит на Варрика и делает большой глоток. — Моя очередь? Я никогда не плавал. Просто так, для удовольствия. — Уделал, Ушастый, — Варрик с прискорбным видом выпил эля. — У нас вообще проблемы с плаванием — стоит гному оказаться в большой воде, так сразу идёт камнем ко дну. — Если хочешь, могу дать несколько уроков, — нежно замурлыкала Изабелла. — Как представлю — твои волосы на груди… мокрые… О, Варрик! — Полегче, Ривейни, нам ещё понадобится твоя фантазия. Авелин задумчиво уставилась в потолок: — Я никогда не напивалась. Чтобы сильно, до потери контроля. — А я думала, что Себастьян у нас зануда, — проворчала Хоук, как и все, прикладываясь к своей кружке. — Я никогда не видела голого Фенриса! — Ты издеваешься надо мной? — у Хоук вытянулось лицо от удивления. — Просто завидую, — Изабелла перевела взгляд на эльфа. — Чего сидим? Пей. — Разве я считаюсь? — Фенрис вопросительно выгнул бровь. — Хочешь сказать, ты никогда не видел себя голым? — Ладно-ладно. — Надеюсь, я тоже скоро увижу, — Изабелла подмигнула ему. — И не надейся, — тихо пробормотала Хоук в кружку. — Я никогда не занималась сексом втроём. К всеобщему удивлению, помимо пиратки и Андерса, к кружке потянулась и капитан стражи. — Авелин! Вот так сюрприз. Я хочу знать подробности. — Отстань, девка. Это было давно. — А Уэсли участвовал? — Да. Я хорошая жена. — Доннику ведь ты тоже хорошая жена? — лукаво поинтересовалась Изабелла, явно что-то задумывая. — И не надейся. — Да брось, я всяко лучше какой-нибудь девицы из Розы. Под действием алкоголя все быстро втянулись в игру. Досталось всем — начиная от «Я никогда не вырывал людям сердца из груди», «Я никогда не любила кошек» (Андерс ужаснулся), « Я никогда не давал имени своему оружию» и, заканчивая «Я никогда не предавал Хоук в Тени ради корабля». Изабелла честно выпила и запустила пустой кружкой в хитрющего Андерса. Спустя несколько часов и пары дополнительных кувшинов, кучи неловкостей и подколок, Хоук обнаружила, что за столом остались только она и Варрик — шатающуюся Авелин увёл Донник (состояние жены его очень развеселило), Изабелла подцепила здоровенного мужика в шрамах и татуировках и увела в свою комнату, Андерс, набрав потрохов на кухне, убежал кормить бездомных кошек, как он выразился, «Во имя Справедливости», а Фенрис… Хоук скосила глаза — а Фенрис спал под столом, закинув босые ноги на стул. — Я думала, он вообще не пьянеет. Он же наполовину состоит из вина. — Просто мы с тобой, Хоук, заядлые пьяницы, вот и держимся. — Умение, отточенное годами, — согласившись, Хоук чокнулась с Варриком кружками. — Но пора и нам расходится, не хочу завтра предстать перед Мередит с головной болью. У неё очень громкий голос. — А что с Мрачным делать? — Оставим его здесь? — девушка пожала плечами. — Чтобы его обчистили и раздели? — Зато у Изабеллы мечта сбудется. — Помоги его дотащить ко мне, пусть проспится. — А ты? — Хм, даже не знаю, — Варрик с напускной задумчивостью постучал пальцем по верхней губе. — Есть у меня подруга, живет в Верхнем Городе в личном имении. Наверное, переночую у неё. Пьяный Фенрис — самоуверенный Фенрис. Поднятый на ноги, он начал возмущаться, что его потревожили, что сам дойдет до дома и вообще, он не пьян и всё у него нормально. И упал бы лицом на пол, если бы Варрик не успел перехватить заваливающегося эльфа поперёк живота. — Неужели все эльфы такие алкаши? — с недовольством пропыхтела Хоук, затаскивая едва переставляющего ноги и возникающего Фенриса, по лестнице. — Мерриль не такая, — Варрик страхует её со спины на случай падения. — Она милая. — Мерриль похожа на цветочек, вымоченный в кровище. А так да, она славная, — Хоук скинула бесчувственное туловище на кровать Варрика и перевела дыхание. — Яйца Создателя, почему он такой тяжелый? — А раньше ты этого не заметила? Или ты была сверху? — Варрик, я тебя убь… — Мариан, подожди, — цепкие сильные пальцы кольцом обхватили запястье. Она бросила взгляд на Варрика, буквально умоляющий не бросать её. Хоук злилась на Фенриса. Злилась, что ушёл от неё, ничего толком не объяснив. Ни в тот вечер, ни через неделю, ни через год. Словно ничего не было, лишь красная лента напоминала о случившемся. И верные друзья, неизвестно как пронюхавшие о неудачном романе. — Надеюсь, Бодан ещё не спит и угостит меня чаем, — шутливо откланявшись, Варрик поспешно покинул комнату. — Предатель! Вздохнув, Хоук присела на кровать: — Что ты хотел? — Хотел сказать извини, — глухо — он лежал лицом в подушку — произнёс Фенрис. — Я поступил нечестно по отношению к тебе. И трусливо. — Я понимаю, — ничего она не понимала. Ничегошеньки. — Порой мне снится, как я убиваю тебя по приказу Данариуса. — Но ты этого не сделаешь. Зеленый глаз и кусочек носа показались из объятий подушки. — Думаешь? — Уверена. — Хоук, зачем ты так? После всего? Я недостоин. — Фенрис, я не знаю никого, кто был бы достоин верности и любви больше, чем ты, — мягко улыбнувшись, девушка коснулась его седых волос. — Жаль, ты сам этого не понимаешь. Фенрис повернулся к ней лицом и нахмурился, всё ещё держа за запястье: — Я ведь ничего не буду завтра помнить, да? — Да. — Тогда я хочу, чтобы ты знала, — он слегка сжал пальцы. — Я не знаю или не помню, что такое любовь. Но то, что я к тебе испытываю, — приподнявшись на локте, он заглянул ей в глаза. — Намного сильней всех существующих слов. Я идиот. Надеюсь, однажды ты сможешь меня простить, — покачнувшись, он рухнул обратно и мгновенно заснул. — Создатель. Мне понадобится ещё эль, — пробормотала Хоук, расцепляя его пальцы. — Много эля.