Мёртвые звёзды

Прошло несколько часов, за недавно открытым окном уже была глубокая ночь, из-за чего в комнате стало ещё мрачнее и холоднее.        Белокурая голова медленно скатилась на мужское плечо. Джек немного вздрогнул от неожиданного поворота событий, потом посмотрел и увидел, что Эльза уже успела заснуть на его плече, иногда подрагивая от холода.        Его рука сама собой обняла девушку, чтобы та поменьше мучалась от холода. Он не контролировал свои действия, это получалось машинально. — А ты изменился, Фрост, — прошептала Туф, сидя в другом конце этой тесной комнаты. — Никогда бы не подумала, что ты вот так свободно мог бы кого-то обнять. Джексон не ответил. Он не хотел, чтобы сейчас речь зашла про его жизнь и прочее, что всегда любила обсуждать Туф ещё со школьной скамьи. — Ну же, Джек, — вновь заговорила она, — Ты же знаешь, что я не отстану, пока ты не ответишь, в этом вся я. — Что ты хочешь от меня услышать? — грубым голосом прошептал Джек, посмотрев в её сторону. — Я не хочу сейчас разговаривать на этот счёт. — Хм, Джек стесняется своей личной жизни? — с издевкой прошипела она, — Поверь, в этом совсем нет ничего плохого… Хотя в твоём случае даже очень плохо. Ну, вот скажи, что не даёт тебе нормально жить? Почему ты не скажешь им код от сейфа, а затем уйти вместе с ней и забыть про всё это?! — Я никогда не сдамся. Пусть и убьют, я не скажу им ничего, — вздохнул Джек, снова посмотрев на спящую Эльзу. — А что касается её, то. Я дурак, что взял её с тобой, но она должна найти сестру, а я лишь в роли проводника, который и подвергает её опасности. — Так, не подвергай её никакой опасности, — ответила Туф, сев ближе. — Что ты имеешь ввиду? — не понял Джек или всё-таки просто сделал вид? — Эх, Джек, ты не меняешься! Прекрасно же видно, что она не просто для тебя какая-то незнакомка. По крайней мере ты обратил на неё внимание ещё на той вечеринке у Данброх. — Что? Ты разве там была тогда? — парень вопросительно поднял бровь. — Я не знал, что ты ходишь на подобные «тусовки». — И не хожу, меня принудили, практически также, как и тебя, — ответила Туф, — А я ведь видела, как ты на неё смотрел, а после того, как ты просто обратил на неё внимание, то бедной белокурой досталось не по-детски от рыжего вулкана. — Объясни, — потребовал Фрост, всё ещё не понимая, что было после этой идиотской вечеринки, на которую он и никогда бы не пошёл, но с этим, как сказала Туф, рыжим вулканом лучше не спорить. — Всё достаточно просто. Смотри, — девушка аккуратно, чтобы не разбудить Эльзу, перевернула на внутреннюю сторону её руку, где красовался небольшой шрам. — Эльза Фрозен, наверное, самая несчастная девушка на этой планете, изгой, враг Мериды. Этот шрам остался после длинных ногтей рыжей, а ты знаешь, какая у неё пристрастья к ногтям. А всё из-за чего? Из-за того, что вы просто переглянулись взглядами. — Мерида, говоришь? — гневно спросил Джек, рассматривая шрам. — Как же меня бесит эта. Тварь. Присвоила меня себе, теперь никак не отвязаться от неё. И всё же, откуда ты всё это знаешь? — Пф, Джек, ты шутник, — тихо засмеялась брюнетка. — Не забывай о моих связях. Я буквально считываю с людей всю информацию, с тебя тоже, поэтому хорошо подумай над сказанными мной словами. — Постараюсь, — сказал Фрост и отвернулся, смотря в окно. И всё-таки, он и вправду решил задуматься над тем фактом, что мог бы он жить спокойно, сказав эти четыре? Нет, наверное, не смог бы, понимая, что это дорогая сердцу вещь у его врагов. Конечно, он и раньше задумывался над этим, но всегда твёрдо настаивал на одном, это упрямство всегда ему мешало.        От тех мыслей его отвлёк тихий кашель Эльзы. Она, нахмурив брови, продолжала мирно спать в объятиях Джека, что отчасти ему даже нравилось. Он не привык вот к таким касаниям, общению, да и вообще, что рядом есть хоть какой-то человек. Он так давно в бегах, что и жизни практически не видел, но не может сейчас сказать какого это веселиться, влюбиться, переживать из-за чего-то. Ещё подростком он в бегах от Питча, от его головорезов, из-за этого Джек и стал так рано сиротой, даже не закончил до конца школу.        Пару лет бегство в родном городе, затем, получив загранпаспорт, он свободно мог улететь в другую страну, Фрост также менял имена и фамилии, деньги и связи позволяли. Джек сделал всё, чтобы остаться в живых.        А сейчас… А сейчас ради кого ему остаётся вообще жить? Всё равно каждый день подвергается большой опасности, в которой сделать один неверный шаг — приблизить свою верную погибель.        Очередной раз посмотрев на Эльзу, ему что-то внятно даёт знать, что не всё так просто, как кажется, всё намного сложнее, чем он думает. Всё так… Сложно. Он стал слишком открытым, его настроение часто меняется. И если он всё время был эгоистом, то сейчас будто отдельный мир открылся внутри него, и всё идёт вперемешку с радостью и безразличием. Сам Фрост и понятия не имеет, что это вообще может быть, ведь за все эти годы он то и делал, что привыкал проявлять равнодушность абсолютно ко всему, даже к самому себе.        Резкий визг за окном смог пробудить Джека от своих мыслей, в которых он слишком долго копался. Эти звуки он узнает из всех остальных, визг шин, шум мотора, а вот и подмога.       Джек аккуратно убрал руку и начал будить Эльзу, чтобы поскорее они выбрались из этой лаборатории для подопытных кроликов. — Эльза, — начал он тихо будить её. Сначала она никак не отреагировала, а потом спустя несколько секунд открыла сонные голубые глаза. — Нам нужно выбираться. — Только не говори, что я заснула, — протирая глаза, сказала Эльза, вставая с холодного пола. — Ты заснула, — пробубнил Джек, помогая ей вставать. — Туф, ты тоже с нами идёшь, не могу я бросить тебя. — Какая благородность, Джек, — усмехнулась Туф, но всё же согласилась убежать из этой тюрьмы злого химика. — Ладно, и как вы собираетесь убежать отсюда? — Всё очень просто, — начал Джек, — Сначала наши обезвредят собак, они тоже, знаешь, химики. Потом мы быстро взойдём на карниз, там и склон по железной крыше навеса, а затем прекрасно спустимся по пожарной лестнице. — Только мы кое-что не учли, я не очень люблю высоту, точнее я её презираю! — призналась Эльза, смотря вниз через окно, для неё это очень даже высоко, поэтому и становилось ужасно страшно, всё внутри сжималось только при одной мысли о том, что что-то может пойти не так и всё, асфальт, жди меня! — Ты мне веришь? — спросил Джек, посмотрев на неё, пытаясь заглянуть в глаза, наполненные страхом. Эльза перевела взгляд с окна на Джека и задумалась, а верит ли? Пройти уже достаточно много километров вместе и только сейчас подумать, веришь ли ты ему или нет? Мысленно отругав себя за это, Эльза всё же ответила: — Да. — Тогда не бойся и просто держись за меня. Мы покинем это место, — сказал Джексон и ловко открыл это окно на распашку, только сейчас он заметил, что на улице пошёл сильный дождь. Услышав тихий стон собаки, он точно понял, что пора двигаться вперёд, огромных собак химика усыпили. — Отлично, я первая, — проявив свою храбрость, сказала Туф и первая полезла через окно. Она встала на тонкий карниз, три этажа всё ещё внизу, как и оказалось, через выступ железной крыши навеса и вот, железная лестница. — Отлично, — прошептал Джек, следя за каждым движением, молясь, лишь бы головорезы Никла не заметили их. — Ты готова? Фрост посмотрел на Эльзу, в глазах которой читалось одно слово «нет», ей всё ещё было страшно. Девушка понимала всю важность её решения, если сейчас же не побороть свой страх, то потом уже будет слишком поздно. Джек протянул ей руку, на которую она лишь посмотрела, вздохнула и аккуратно её взяла, думая, что скоро наступит полный конец. — Ты первая, я буду рядом, обещаю, — прошептал Джек и провёл её ближе к окну. Эльза кивнула и сначала встала на подоконник, а затем и сделала первый шаг на тонкий, к тому же мокрый карниз. Невозможно описать, как ей было сложно переступить свой страх, сердце билось в бешеном ритме, казалось, руки и ноги не слушались, страх и ужас росли и ей становилось всё хуже от одной неправильной мысли. Единственное, что её успокаивало — она чувствовала, что её держат и в любой момент могут поймать. Джек следовал за ней, и оба практически прилипли к этой стенке. Благо, карниз не был такой длинный, наконец им удалось добраться до железного навеса. Эльза вздохнула с облегчением, что смогла пройти это тонкое препятствие, с которого было очень легко сорваться вниз. Теперь оставалось более лёгкое — лестница. — Здесь предельно осторожно, она слишком старая, ржавая и мокрая, — пришлось говорить это Джеку громко, ибо шёл нереально сильный ливень, от чего оба уже успели промокнуть. Эльза кивнула взялась за железную лестницу и начала медленно спускаться. Резко послышался оглушительный выстрел пистолета. — Фрост, быстрее! Проснулись наши дорогие голубки! — крикнула, как понял Джек, его старая знакомая Рита. Как уже понятно, слуги с пушками заметили, что их заложники сбежали, теперь, чтобы не разочаровать своего хозяина, они всеми способами попытаются вновь захватить их. Фрост уже заметил смятение Эльзы и её спешность, что сейчас не кстати. Но всё же она смогла быстро спуститься. Внизу ожидал не самый прекрасный сюрприз. На наших всё-таки успели напасть. Пулей спустившись с этой ржавой лестницы, Джек схватил руку Эльзы и повёл в сторону к Туф и некоторым другим из их банды. — Туф, уходите к мотоциклам, мы скоро будем, — пояснил Джек и, оставив Эльзу там, побежал на помощь. Только Эльза и звука не успела произнести, как её уже волокли подальше отсюда. Фрост прибежал, как можно быстрее. Своих он мог отличить по особой одежде: чисто чёрная толстовка и джинсы, капюшон, к тому же маска на пол-лица. Это особая байкерская одежда их компании, в которую не так-то просто попасть.       Сначала Джексон помог Рите, над которой нависло одно недоразумение с ножиком у её горла. С силой отпихнув его, что тот сознание потерял, ударившись головой об камень, Фрост помог встать подруге. — Спасибо, конечно, Фрост, но я и сама могла справиться, — изъявила Рита, стряхивая с себя грязь. — Где Эльза? — Она уже должна быть у мотоциклов, — ответил Джексон, отталкивая от себя очередного врага. — Допустим, я услышал только Спасибо. Можем сваливать с этого места. Ай… — Что, Фрост? — спросила девушка, пока избивала следующего ногой. Посмотрев на Джека, ничего удивительного она не увидела, он всё также стоял, будто ничего не было и ей просто показалось. — Ничего, всё нормально, давай скорее, — сквозь крики и дождь прокричал Фрост. Что-то пробубнив несусветное, Рита громко свистнула, и человека четыре нанесли последние болевые ранения на всю жизнь этим безмозглым существам и побежали к своим любимым транспортам. Самыми последними бежали как раз Джек с Ритой, а за ними уже началась погоня. Сев на чёрные мотоциклы большинство тронулись с места. Джек подбежал к тому, где ждала его Эльза. Он как мог быстрее тронулся с места. Эльза не сказала ни слова, лишь прижалась к нему. Дождь всё также лил, даже не думая останавливаться, капли попадали прямо в лицо парня, иногда мешая, ну не любил он эти шлемы. Не услышав ни единого слова от девушки, Джек напрягся, думая, что уже успело произойти за то время, пока его не было. Двигалось мотоциклов восемь, как минимум. Как оказалось, эта лаборатория находилась в лесу, ибо кроме деревьев ничего не было видно. Ночь, холод, погоня и адреналин в крови, что ещё для байкерского счастья надо?        Им наступали на пятки уже дорогие джипы этого чокнутого химика Никла с его помощниками.       Жаль, что они не знали особых тайных путей к особому месту их команды. Пару крутых поворотов, несколько манёвров и вот, главная дорога к их дому. Не так уж сложно было обмануть этих головорезов, чтобы оторваться от них. — Есть! Вроде оторвались от них! — сказал зеленоглазый Астер, сняв шлем, как только они остановились у двухэтажного дома. — Не вроде, а оторвались, — сказала Туф, сидящая с ним на одном байке. — Мне же виднее. — Да, теперь я бы порекомендовал вам всем зайти в дом, ибо не хочу вас всех лечить, — у дверей дома стоял высокий пожилой мужчина, но не очень-то видно, что он на пенсию собирался. — Хорошо, Николас, идём! — сказала уже Рита, слезая с мотоцикла. — Добро пожаловать к нам домой, Эльза! Эльза сняла шлем и улыбнулась. Первым слез Джек, а затем он помог Эльзе, которая всё ещё молчала. Это тревожило Фроста, он тут же начинал паниковать, не он ли послужил причиной её монотонного молчания? Все зашли в тот самый дом, огромными размерами он не впечатлял, но атмосфера тут, как нигде, была самая уютная, будто здесь была огромная дружная семья. Это первое, что почувствовала Эльза, как только перешагнула порог. — Джек! Ну сколько тебя здесь не было?! Не забыл хоть старика? — громко засмеялся Николас, как только заметил Джексона, сразу наткнулся обнимать его, рассмешив этим многих. — Нет, Ник! Ни дня не забывал про свой родной дом! — весело ответил Джек, это стало ему родным домом, когда он лишился своего. Как только он встретил этих ребят, он понял, где его место, в котором его всегда будут ждать. — Хаха, а это что за прелесть? — спросил Николас, отпустив Джека из своей железной хватки. — А это Эльза, я её, можно сказать, проводник, — ответил Джек, посмотрев на Эльзу, которая чуть засмущалась от слов Николаса. — Ага, ясно. Ну, что ж, Эльза. Рады видеть тебя здесь, будь как дома! — засмеялся он, а затем его взгляд упал на пришедшую сюда Туф. — Неужели?! — Николас пошёл к ней навстречу, а затем крепко обнял. — Николас дядя Туф, сколько он пережил, узнав, что она пропала, — сказал Фрост, — Никому такое не желаю видеть. Эльза снова молчала в ответ, будто объявила бойкот какой-то, теперь молчит, как партизан. Только она открыла рот, решаясь ответить, как пришла Рита. — Пошли, Эльза, ты промокла и устала, — сказала она, — Джек, твоя комната всё также свободна для тебя, всегда. — Спасибо, — прошептал Джек, смотря в уходящую фигуру девушки.

***

— Не против, если с Фростом в одной комнате поживёшь? Просто это единственная свободная комната в нашем доме, могу, конечно, кухню предложить, но там нет ещё одной кровати, холодно около холодильника, так ещё мусора сполна, — сказала Рита, копаясь в шкафу. — Нет, не против, — не выражая никаких жизненных эмоций, проговорила Эльза, выходя из ванны в майке и шортах. — Не поняла, — Рита шокировано посмотрела на Фрозен. — Ты чего это такая вялая? Запомни, здесь никто не должен грустить! — Даже не знаю. Всё это так… Странно. В последнее время мне так плохо, морально. Нас чуть не убили этими шприцами, избили и так далее, но всё это кажется мелочами. Что самое ужасное, что что-то так тяжело легло на сердце, я не знаю, как описать это правильно, — попыталась объяснить Эльза, но, видимо, ей очень трудно охарактеризовать себя изнутри. — Наверное, всё это из-за нервов. Поверь, такое бывает, когда слишком много взвалилось на твою голову. А началось всё с чего? — С чего всё началось…? — Эльза удивилась сама себе, ведь она и забыла с чего это приключение началось, для чего проделан весь этот путь?! Ей стало стыдно, как можно было забыть про сестру? А вообще, можно было, когда так сильно увлечён всеми этими происшествиями, особенно с Фростом. — Ясно, ложись спать. Завтра обо всём расскажите, — сказала Рита и, улыбнувшись, вышла из комнаты, оставив Эльзу одну. Решив, что она и вправду слишком устала от всего этого, Эльза легла и не заметила, как быстро уснула. Хлопок дверью разбудил её, она открыла глаза и увидела Джека, который прошёл мимо кровати и пошёл куда-то дальше, кажется, он куда-то начал подниматься. Как только шаги стихли, Эльза встала и тихо, на цыпочках, пошла вслед за ним. Оказалось, это маленькая лестница вела на крышу, где она и увидела Джека, сидящего на краю.        Девушка подошла к нему и села рядом, а Фрост будто и не заметил её присутствия, продолжая смотреть на ночной город. Он был в обычной серой майке, поэтому, когда девушка посмотрела на него, то обратила внимание на кровь, истекающую из небольшой, но глубокой раны. — Джек! — произнесла Эльза, смотря то на кровь, то на спокойный профиль Фроста. — Пустяк, заживет. Не впервой, — тихо ответил он, даже не повернувшись к ней лицом. — Нет, не пустяк. Давай я у Риты аптечку попрошу? — она встала, чтобы пойти к ней, а Фрост даже и не пытался её остановить. Он будто сильно был заворожен прекрасным ночным пейзажем, от чего и не замечал ничего, что происходило рядом с ним. Эльза пришла буквально через несколько минут с аптечкой. Она достала из неё несколько баночек с какой-то жидкостью, в руках была салфетка и бинт. Но Джексон не следил за всем этим, весь взгляд был сосредоточен только вдаль. Смог он оторваться только тогда, когда Эльза принялась обрабатывать рану. — Я же сказал, что это пустяк, не нужно было, — сказал Джек, повернув голову в сторону Эльзу, уже смотря, что он делает. — А я сказала, что это не пустяк, — ответила Эльза, продолжая начатое. Когда она ещё раз коснулась раны ещё раз, то Фрост что-то прошипел себе под нос. — Спокойно, ты же уже взрослый мальчик, потерпи. Джек вздохнул, продолжая следить за каждым её движением. Он поднял на неё глаза в тот момент, как это сделала и Эльза, так и замер мир вокруг них. Начал тихо капать дождик, совсем маленькими капельками. Прошёлся ветерок, который растрепал волосы Эльзы, а с пепельными волосами Джека, и так растрёпанными, ветер лишь смешно игрался. Повисло монотонное молчание. Фрост начал потихоньку приближаться к ней и только хотел коснуться её губ, между ними оставалось всего лишь несколько сантиметров… Но, как будто по закону подлости, он услышал крики Астера и пришлось ему отстраниться. Джек вздохнул и, встав, он направился на улицу, откуда и доносились крики Астера, перебирая множество матов в голове. Эльза же, как только он ушёл, тяжко вздохнула, закрыв лицо руками, как же ей сейчас хотелось зарыдать. Девушка, убрав руки, подняла голову вверх и посмотрела на ночное небо. И непонятно, то ли это капля дождя, то ли солёная слезинка скатилась по бледной щеке девушки.