Ни слова о любви

Мэтт надеялся, что проведет эти выходные совсем по-другому. Ну как минимум не под писк больничных аппаратов с опухшими от недосыпа глазами и нервами на пределе. Он сидел на стуле у небольшой больничной койке, на которой лежала бледная, и как могло показаться на первый взгляд, бездыханная Британи. Он закрывал глаза и видел ее. Вспоминал их знакомство. Каждую издевку. Вспоминал клуб и ее испуганный взгляд. Вспоминал, как впервые к ней тогда прикоснулся. Вспоминал их первый поцелуй и первую ночь. Все это казалось таким далеким и близким одновременно. Мэтта бросало в дрожь от мысли, что все это может в один миг закончиться. Врачи говорят, что ее состояние стабилизировалось, но точных прогнозов они дать не могу. Руки Мэтта дрожали, и ему плохо верилось во все то, что сейчас происходит. Еще пару дней назад он уходил на работу и его провожала его Брит, целая и невредимая. Парню казалось страшным потерять ее. Одно дело, если бы она ушла от него, но…даже в мыслях он не мог представить что-то иное, но вот она – Британи, которая белее мела лежит на белых больничных простынях с темными, едва заметным оттенком синего губами. - Милый, - Мэтт немного вздрогнул, почувствовав легкое прикосновение на спине. Рядом стояла мама Британи. - Миссис Уэйн. - Ты сидишь здесь больше суток. Тебе нужен отдых. - Я не могу ее оставить, - прошептал он, опустив взгляд. - Понимаю, - женщина села напротив. Ее ладонь накрыла руку Брит. – Но сомневаюсь, что ей станет легче, когда она увидит тебя таким уставшим. – Мэтт тихо вздохнул. Он мог только представить, как выглядит, не спав около суток. - Я так боюсь за нее, - тихо сказал парень. – Я…недавно сделал ей предложение. - О, - тихо выдохнула женщина. – И… - Она согласилась. И еще… - Мэтт прикусил губу. Зачем он сейчас все это говорит? - …еще она была беременна. - О, Господи, - Лицо матери Британи побледнело. – Но…она мне ничего не говорила. Совсем. - Мы узнали всего-то несколько дней назад. И недели не прошло. - Ты сказал «была» - тихо заметила она. - Два ножевых ранение в живот. Шансов не было. - Господи, ты Боже мой. Девочка моя, - ее губы задрожали, она накрыла ладонь Брит своей. – Все будет хорошо, - прошептала она уже Мэтту. – Она поправиться и у вас опять все будет хорошо. – Женщина посмотрела на парня ободряюще. - Надеюсь на это, - это единственное, что он смог сказать. - Езжай домой и отдохни. Ты выглядишь ужасно уставшим. - Но я… - Нет. Никаких «но». Ты не поможешь ей тем, что будешь мучить себя, лишая сна. Мэтью тихо вздохнул. Как бы он не сопротивлялся, мама Брит была права. Чувство, что он медленно превращается в ходячего зомби, не покидало его. А в голове была сплошная каша. Парень не мог долго сопротивляться, поэтому все же поехал домой. Пока он ехал в такси, мысли его блуждали от одной к другой. Сможет ли он без нее? Что если Британи, действительно, не станет? Мэтт выдавил в себе последние силы на ухмылку. Он боялся серьезных отношений именно поэтому. Мэтью помнил, как страдал его отец, когда не стало мамы парня. Помнил, как Роберт ходил, как зомби, время от времени уделяя внимание сыну. Нет. Мэтт тяжело вздохнул. Он сам прекрасно понимал, что это не было «время от времени». Роберт тогда просто не отходил от сына. Что не странно. Мэтт единственное, что осталось у него от жены, которую он так любил. А что делать самому парню? Если с Британи случиться самое страшное, то единственное, что останется у Мэтта – воспоминания. У них даже фото вместе толком нет. Майклсон вышел из такси на улицу. Холодный воздух обдувал его лицо. «Успокойся, просто успокойся и не думай». – Приказал он себе. Его же мысли его и погубят. С Британи все будет хорошо. Она очнется не сегодня, так завтра и все снова встанет на свои места. Мэтт зашел в темную и такую пустую квартиру. Он просто поплелся в свою спальню и даже не раздеваясь, завалился на кровать, которая все еще хранила запах Британи. Едва ли Мэтт успел закрыть глаза, как уже провалился в сон. Проснувшись, Мэтт чувствовал себя не лучше. Он с мучительным стоном открыл глаза, чувствуя, что его голова вот-вот треснет. Мэтт попытался встать и немного размять плечи. Его состояние было вполне объяснимым. Он не ложился около суток, после чего проспал больше двенадцати часов. Парень облокотился на спинку кровати, и достал телефон с кармана, который не вытаскивал еще со вчерашнего вечера. Не странно было, что он разрядился. Включив смартфон, он увидел несколько пропущенный от отца и пять сообщений от Стива. Видимо по всему, что он, что Миа тоже переживают за Британи. Мэтт заставил себя подняться и поплелся на кухню. Парень нахмурился, услышав оттуда посторонние звуки. Это было странно, поскольку он был уверен, что закрывал двери на замок, а ключи были только у Британи. Зайдя на кухню, он вздохнул. Ключи были не только у Британи. За барной стойкой сидел Роберт, что-то увлеченно клацая в телефоне. - Пап? – Удивился Мэтт, привлекая к себе внимание. – Что ты здесь делаешь? - Ты не брал трубки, а нам нужно было поговорить. - Я сейчас не лучший собеседник, - сказал он, потирая глаза. - Вижу. Об этом я и хотел поговорить. Точнее о причине твоего состояния. - То есть? – Мэтт нахмурился. Голова соображала слишком туго. - Я имею в виду Британи. Я знаю, что случилось. - Не удивлен. - Я знаю, кто это сделал. - Что? Но… - Присядь и я все расскажу с самого начала. – Мэтт сел рядом, понимая, что вряд ли готов к такому разговору. Но Роберт начал говорить и рассказал все. От А до Я. Единственное, что мог делать Мэтт это тихо сидеть и слушать. С каждым словом отца парень чувствовал, как головная боль усиливается. Мэтт не понимал, как он мог поверить отцу. Вся эта история с контрактом, угрозы Британи. Да, у Мэтью с Робертом было много ссор и споров, но мужчина не смог бы поступить так с сыном. Мэтт вспомнил, то как Робб передал ему почти все акции компании, как говорил не подписывать ничего, что предложил бы ему Росс. - Ты уверен, что состояние Британи это дело рук Росса? - Почти на сто процентов. Я использовал его оружие против него самого и отказался от сделки, которую он так хотел. К тому же он мне угрожал. И подумать не мог, что он возьмется за Британи. - Но если это он, то что мы будем делать? Он сможет откупиться от копов. - Не сможет если будут хорошие доказательства. Когда Британи проснется, возможно, он сможет дать показания. - Да. А если… - парень почти почувствовал, как побледнел - Очнется. – Уверенно проговорил Роберт. - Мы потеряли ребенка, - сказал Мэтт в пустоту. - Я… - мужчина сделал паузу, не зная, что сказать. - Мне жаль. Правда, жаль. – Мягко произнес он, сжав плечо сына. - И… - парень нахмурился. – Подвезешь меня к больнице? Мне нужно в душ. Это займет максимум минут двадцать, сможешь подождать? - Конечно, иди. Роберт с болью смотрел в след сыну. Он с ужасом понимал, как тяжело сейчас Мэтту. Мужчина боялся представить, что может случиться с его сыном, если Британи не станет. Когда Робб потерял свою жену, он минимально, но был готов к этому. Но то что случилось с Брит было, как гром среди ясного неба. Мужчина провел ладонью по волосом, стараясь не думать о том, что все может закончиться негативно. Он обвел взглядом кухню и гостиную и просто не смог сдержать улыбки. Роберт любил свой дом, в котором они жили с Эммой, но эта квартира…она была чем-то родным для него. Это была первая квартира, которую он купил за свой собственный заработок. Здесь он узнал, что Элизабет беременна. Здесь он проводил первые бессонные ночи с Мэттом, учил его ходить и разговаривать. Здесь, на этой кухне он узнал о диагнозе жены, а в спальне, которая находила напротив комнаты Мэтта, Роберт держал Элизабет за руку, когда она делала свои последние вздохи. С чувством тревоги он прошел через гостиную, по коридору и встал напротив той самой двери. Роберт провел кончиками пальцев по ручке. Он не был в этой комнате с самого момента ее смерти. Он не мог, просто не мог. Но сейчас…сейчас его будто тянуло туда и Роберт не мог сопротивляться. Он открыл дверь и вошел внутрь. Все было по-старому. Точно так же, как и запомнил сам мужчина, но, что странно, слоя пыли не было на мебели. Неужели Мэтт заглядывал сюда? Роберт подошел к огромному шкафу и открыл его. У Майклсона старшего сжалось все внутри. Здесь были ее вещи. Все то, что Элизабет когда-то носила. Возможно, некоторой одежды в последний раз касалась именно она. Роберт провел по платью на вешалке, после чего его окутал знакомый до боли запах. Мужчина резко закрыл двери. Это было выше его сил. Прошло столько лет, но когда он начинал задумываться о своем прошлом и обо всех «а если бы…» Роберта внутри сковывала ужасная и, казалось бы, давно забытая боль. Мужчина подошел к полке с их фотографиями, которым было уже больше двадцати лет. Он взял в руки рамку, в которой было фото с их свадьбой. Роберт не мог поверить, что он когда-то был таким счастливым. Знал бы он, как все обернется… - Ты никогда не говорил о ней, - тихо пробормотал Мэтт. Мужчина только сейчас заметил сына, стоящего у двери. - Ты никогда не спрашивал, - Роберт провел пальцами по рамке с их семейным фото. – Ты же помнишь ее? – Мужчине даже самому показалась странной надежда в его голосе. - Конечно, я ее помню. – Мэтт сделал небольшую паузу. – Как ты пережил все это? Как справился? Ты же любил маму и… - его голос дрогнул. У Мэтта внутри все сжалось от понимания, что он спрашивает это не просто так… - Не уверен, что я справился, - Роберт поставил рамку на место и сел на край кровати. – Первый год после ее смерти, - мужчина опустил взгляд. – Я не знаю, как я выдержал… - Мэтт сел рядом, не сводя взгляд с отца. – Понимаешь, всю свою жизнь я все делал ради нее. Квартира, машина, отдых заграницей. С одной стороны, я знал, что ей не нужно было все это, но с другой…Когда Элизабет согласилась выйти за меня, она отказалась от много. Ее отец был против всего этого и…сейчас это неважно. Я хотел оправдать ее ожидания, но ее не стало. Сначала, все это казалось мне тошнотворным. Эта квартира была слишком большой и давила, все напоминало о ней, и…я одновременной хотел и не хотел забывать ее. - А я для тебя стал постоянным и нежеланным напоминанием о маме. Так ведь? – Парень уныло посмотрел на отца. - Мэтт, - мужчина посмотрел на сына, слегка нахмурившись, а после улыбнулся. – Ты был напоминанием о ней. Иначе и быть не могло, но…твоя мама была самым дорогим, что было в моей жизни до сих пор. А ты ее продолжение. Ты всегда напоминал мне о ней. Напоминал мне о том, что когда-то в моей жизни было хоть что-то стоящее. Когда твоей мамы не стало, только ты помог мне держаться наплаву. Пусть ты был и совсем маленьким, я знал, что ты все понимал и истории о том, что «твоя мама превратилась в звездочку» не пройдут. - Она мне сказала, - тихо проговорил Мэтт. – Я до сих пор помню ее слова. Она сказала, что уходит, что я должен быть сильным и присматривать за тобой. - Мне она сказала, примерно тоже, но еще ее последним желанием было, что бы… - Роберт почувствовал ком в горле, и тяжесть в груди, которая камнем не давала ему дышать, - …она хотела, что несмотря ни на что, я сделал тебя счастливым. Она так безумно любила тебя. И…мне стыдно, что я не сдержал этого обещания. Прости меня, Мэтт. - Пап… - Нет же, послушай. Я знаю, что после истории с браком ты уж тем более ненавидишь меня. Прости и за Джулию. Я просто…я доверял ей и не мог представить, что она бы как-то могла навредить тебе. Я действительно думал, что ты тогда врал. Ты был ребенком и привык к тому, что мама с папой вместе, а тут мамы не стало, а на ее место пришла другая. Я знаю, что ты долго думал, что ты мне не нужен, но…просто поверь, что это не так. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я люблю тебя. – Роберт встал со своего места, чувствуя, как бешено колотится его сердце. - Я никогда не ненавидел тебя. Просто не мог, иногда очень хотел, но я не мог. – Парень встал напротив отца. – Все совершают ошибки. К тому же…не знаю как бы я повел себя в твоей ситуации. – «- Возможно, скоро узнаю», - промелькнула страшная мысль в голове у парня. – Ты тоже прости меня, - тихо проговорил он. – Я часто вел себя как избалованный козел, но я благодарен тебе. Опять-таки, ты уже сто раз мог просто отказаться от меня. Ты всегда заботился обо мне и…да, у нас было слишком много конфликтов, но я не хочу больше так. Ты нужен мне, пап. Это было сложно. Выговорить все эти слова было для Мэтта невероятной сложностью. Он так долго таил в себе обиду на отца, но, тем не менее, парень не мог и не хотел так просто отказываться от их отношений. В конце концов, Роберт был единственным родным человеком Мэтта, кроме Эммы. - Не мог бы. – Произнес мужчина. - Что? - Ты сказал, что я бы мог уже сто раз от тебя отказаться. Не мог. Ты сам это знаешь и понимаешь. Повисла короткая пауза и Мэтт уже хотел ответить, но его отец быстро сказал с легкой улыбкой: - Если ты уже собран, я буду ждать в машине.

***

Небо было затянуто тучами и похоже собирался дождь, что было не странно для Лондона. Мэтт сидел на пассажирском сидении и смотрел в окно. Внутри него смешались тревога и какая-то странная надежда. Он волновался, когда ехал в больницу. Мэтту было страшно, и парень не хотел видеть Британи вновь в том состоянии, в котором он вчера ее покинул. В салоне машины до последнего стояла тишина, пока Роберт не остановился напротив знакомого госпиталя. - Мне страшно, - проговорил Мэтт, не зная почему. – Несколько дней назад я уже сделал ей предложение и мечтательно представлял какая у нас будет семья, а теперь… - Все с ней будет хорошо, - проговорил Робб ровным голосом. – Ты же сам говорил, что ее состоянии стабилизировалось. Вот и она очнется и у вас вновь все будет в порядке. - Надеюсь, - тихо вздохнул Мэтт. – Ладно, до скорого. Передавай Эмми привет. - Обязательно. Дашь знать, когда будут какие-то изменения? - Конечно. Парень вышел с машины и направился прямо к входным дверям. Внутри здание, как всегда пахло лекарствами и спиртом. Когда Мэтт уже собирался направиться в отделение реанимации, его с шумом остановила молодая, незнакомая ему медсестра. - Молодой человек, вам туда нельзя! - Что значит нельзя? - закатил глаза Майклсон. - Там моя девушка, я вчера провел в ее палате целый день. - Фамилия. – Строго проговорила она. - Уэйн. - Такс… - она открыла свой журнал и пробежала глазами по списку. – Нет никакой Уэйн в отделении реанимации. - Как это? – Мэтт побледнел. – Но ведь…вчера она лежала в шестой палате. Ночью с ней была ее мать и… - Стойте-стойте, - медсестра перевернула пару страниц. – Ах, да. Была. Сегодня рано утром ее перевели в обычную палату и отключили от аппарата. - Но… - Она очнулась. - Какая палата? – Резко спросил Мэтт. - Простите, но… - Какая палата, черт возьми? - Третий этаж, 32 палата. Мэтт со скоростью ветра побежал к лифтам, и уже не слыша, что там возмущенно кричала ему в след медсестра. Ему уже было плевать. Сердце отбивало сумасшедший ритм, пока двери лифта буквально через секунд десять (которые казались парню вечностью) перенес Мэтта на нужный этаж. Майклсон влетел в палату и увидел небольшую койку, рядом с которой на стуле сидела миссис Уэйн. А далее сердце парня просто замерло, когда он встретился с взглядом карамельного цвета глаз, по которым так скучал.