Глубина твоего сердца

Гнев — это всего лишь симптом какой-либо глубокой проблемы.

      Время близится к семи утра, когда Коннор открывает глаза. И первое, что он видит, это старый обшарпанный потолок с осыпающейся штукатуркой. Андроид резко поднимается с дивана и оглядывает комнату.       Разбросанные вещи, старый изогнутый телевизор, который никто никогда не выключает, и где-то на фоне играет джаз. Без сомнений, он в квартире лейтенанта Андерсона.       Коннор жмурится и снова открывает глаза, пытаясь найти в своей памяти события прошлой ночи. К его сожалению, память отказывается с ним сотрудничать, выдавая мигающую красную надпись: «Фрагмент повреждён. Для восстановления данных требуется перезагрузка системы». — Что произошло? — RK800 с задумчивым видом оглядывается по сторонам в надежде найти подсказку.       Внезапно, до Коннора дошло, что он в квартире лейтенанта без самого лейтенанта. Надо бы его найти. Может хоть Хэнк прольёт свет на эту тайну. Если с ним, конечно, всё в порядке.       С того дня, как андроиды добились от людей признания и получили свои права, прошёл месяц. За это время Коннор сильно сблизился с Хэнком. Он часто ему помогал не только на работе, но и дома. Точнее, выполнял роль модели AX400, из раздела «принеси, подай, иди нахрен, не мешай». Мыл посуду, гладил и стирал бельё, готовил, убирался в квартире, даже выгуливал Сумо. Его это, вроде как, устраивало. Хэнка тем более.       Проходя мимо зеркала, Коннор остановился. Он с любопытством разглядывал своё лицо, пытаясь вспомнить хотя бы что-то. Вскоре он понял, что без перезагрузки это невозможно, и оставил эту затею.       Вдруг, андроид заметил небольшую трещину, прямо над своим синим диодом. Рана не затягивалась, вероятно повреждения достаточно сильные. Вот почему память не восстанавливается       Коннор быстро моргал, пытаясь вспомнить, когда это он успел так приложиться головой, но всё без толку. Нужно срочно разыскать Хэнка.       Поиски были не затруднительны. Лейтенант храпел в своей спальне в обнимку с пустой бутылкой виски. Если бы Коннор мог чувствовать запахи, то его бы уже стошнило от ядрёного запаха перегара, стоящего в душной комнате. Благо, этой привилегией он не был наделён. — Лейтенант Андерсон, просыпайтесь, мне нужна помощь, — Коннор слегка потрепал мужчину по щеке.       Тот простонал что-то невнятное и отвернулся к стенке.       Тогда, Коннор прибег к уже давно изученному приёму. Он наклонился поближе и закричал, что есть мочи, прямо на ухо Андерсону: — Девианты атакуют, сэр, вставайте! Подъём!       Хэнк подскочил на месте и тут же стукнулся лбом с андроидом. — Твою мать, Коннор! Какого чёрта? — мужчина потирал ушибленный лоб и жмурился от дневного света. — Я не помню, что вчера произошло и хочу знать, помните ли что-то вы. — Ты? Ты ничего не помнишь? Это как? — Хэнк приподнялся на локтях и как-то недоверчиво посмотрел на Коннора.       Коннор, который помнил серийные номера всех существующих моделей андроидов, не помнил, вчерашней ночи — это было что-то очень странное. — Память повреждена, — андроид указал на трещину на виске. —  Вероятно, я вчера ударился, что привело к повреждению биокомпонентов, отвечающих за работу мозга. Мне необходима перезагрузка.       Хэнк, всё ещё сомневающийся в своих возможностях, сел на кровати и потёр виски. Голова гудела, а воспоминания смешались в какую-то кашу. Он изо всех сил пытался выудить оттуда нужные кусочки.       Внезапно, вспышка. И вот, Хэнк видит перед собой Коннора, который просит пойти с ним. Вот, его уже куда-то ведут, кажется, против его воли. Хэнк что-то кричит и толкается. Удар. Голубая кровь на дверном косяке. Темнота.       Лейтенант поднимает глаза на сидящего напротив андроида. Тот с невинным и ничего не подозревающим выражением лица сидит, и терпеливо ждёт объяснений. — Чёрт… Коннор, прости, ради бога, я не хотел, — Хэнк виновато чешет затылок. — В смысле? Что вы не хотели?       Андерсон, поджав губы, указывает на рану. Коннор хмурится. — Так это вы? — говорит он неуверенно — Я правда не хотел.       На секунду Коннор замирает. По его безразличному выражению лица трудно что-то понять. Но диод на виске говорит о многом. Горит красным. RK800 прикрывает глаза. Открывает.       Диод жёлтый. Коннор всё ещё неспокоен. — Всё в порядке, лейтенант. Я всё понимаю. Я пойду восстанавливать систему. Приятного вам дня.       Андроид покидает спальню, оставляя Хэнка в растерянности.

***

      Когда RK800 снова открывает глаза, часы бьют девять вчера. Перед глазами маячит надпись: «Перезагрузка данных успешна. Фрагменты восстановлены».       Коннор всё вспомнил. Вспомнил, как уговаривал пьяного в стельку лейтенанта пойти спать и не делать глупостей. Вспомнил, как тащил его на себе. Как он обзывал его всеми возможными словами, типа «жестянка», «ведро с болтами», «мультиварка», «железяка» и тому подобное. И, наконец, вспомнил, как Хэнк махая руками и толкаясь, пихнул со всей дури Коннора в дверь.       Диод на виске снова покраснел. Единственное, что андроид мог сделать, это прикрыть глаза и вновь успокоится. Но ему это не очень удавалось. Диод горел жёлтым и «синеть» совершенно не хотел. — О, жестянка, очнулась? Ты в курсе, что просидел у меня на диване добрых четырнадцать часов, пялясь в стену?       Коннор обернулся на голос. Хэнк Андерсон, собственной персоной, сидел на кухне, снова разливая алкоголь по стаканам. — Лейтенант, может хватит? — Коннор в миг оказался рядом со столом.       Хэнк не слушал. Он молча, сделал глоток дешёвого бренди и вальяжно откинулся на стуле.       Диод на виске Коннора мигал. Ещё чуть-чуть и андроид закипит. — Лейтенант, — Коннор упёрся руками в стол и заговорил почти шёпотом. — я вас прошу. Вы губите своё здоровье. — Так в этом и смысл, — Хэнк усмехнулся.       Андерсон снова потянулся за бутылкой, но Коннор оказался быстрее. Он схватил её со стола и поднял над головой, чтоб Хэнк не смог её забрать. — Коннор, прекрати. Я не собираюсь играть с тобой в собачку, — лейтенант встал из-за стола, вытирая тыльной стороной ладони влажные от бренди губы. — Какая тебе разница, чем я занимаюсь? Ты мне кто, чтобы учить? Никто. Не принимай всё так близко к сердцу и оставь меня в покое.       Хэнк достал из шкафа очередной напиток и плеснул себе в стакан. Разум затуманился, соображать нормально уже не получалось. Он ведь так и не понял, что задел андроида своими словами.       Веки Коннора задрожали, а рот приоткрылся, будто он хотел что-то сказать. Диод на виске вспыхнул алым пламенем. Андроид резко поджал губы и свёл к переносице тёмные брови. Эмоции взяли вверх над здравым смыслом. Бутылка выпала из его рук и со звоном разбилась о пол. — Я — никто? — Коннор со всей силы грохнул кулаком по столу, так, что все кружки подпрыгнули. — А кто убирает за вами?! Кто моет вашу посуду и гладит вашу одежду, а? Никто? Спешу вам напомнить, что я не употребляю пищу и не ношу ничего, кроме своей форменной одежды! Я делаю всё это ради вашего комфорта, и я всё ещё «никто»!       Хэнк потерял дар речи. Коннор начал его пугать. В последний раз, когда он видел его таким злым, был на прошлой неделе, во время допроса очередного убийцы. Андерсон смотрел в карие глаза андроида, пытаясь понять, что тот чувствует. Странно, но Хэнку удалось разглядеть в них полыхающий огонь ярости. — Всё, что я слышу в знак благодарности, это «отвали, ведро с гайками» или «железный человек, принеси мне кофе»!       Андроид снова прикрыл глаза в попытке успокоиться. — А вы, лейтенант, мне кто такой, чтобы судить о глубине моего сердца? Откуда вы знаете, где мне близко?       Коннор резко выпрямился и отвернулся к двери. По щеке скатилась одинокая слезинка. Он тут же смахнул её и тихо произнёс: — Простите. Минута неосознанного возмущения. Я, пожалуй, пойду.       У самой двери Коннор остановился. Фраза осевшая на языке, вот-вот вырвется наружу. — Может, моё сердце не похоже на ваше, но оно тоже может разбиться.       И он покинул квартиру, оставив Хэнка один на один со звенящей и душераздирающей тишиной.