Верни мою жизнь

Чонгук гнал на всей скорости, игнорируя светофоры и пешеходные переходы. По венам вместо крови протекала ненависть. Он понимал: не выпустит пар — убьет Тэхена, а потом и себя. Продолжая ехать, он смотрел по сторонам в поисках пристанища. Вспомнив про стрип бар, Чонгук резко дал по тормозам и развернул машину, слегка уходя в сторону. Переключив передачу, он стал набирать скорость, направляясь в другую сторону. Припарковавшись у знакомого бара, Чон достал из бардачка кошелек и, нажав на сигнализацию, пошел внутрь. Двери открыла охрана, приветствуя в поклоне. В нос сразу ударил запах алкоголя вперемешку с запахами омег и альф. Он огляделся. В клубах дыма виделись альфы, сидящие за столами и наблюдающие за омегами. Те в свою очередь демонстрировали свою гибкость на шестах, практически голые. Сидеть так же он не хотел, приехал не для этого. Поднимаясь в вип комнаты, Чонгук встретил администратора. — Мне как обычно, — отдав деньги, Чон зашел в первую попавшуюся комнату. Через пару минут в нее же зашел омега, сбрасывая халат у двери и оставаясь обнаженным. — Привет, давно не заходил, я очень соскучился, — омега сел на колени к Чону и обнял за шею. — Дела были, — Чонгук прикрыл глаза, утопая в ласке. — Как будем снимать напряжение в этот раз, — омега накрыл его губы своими, углубляя поцелуй — так? Чонгуку в нос ударил приторный запах карамели. Перед глазами сразу встал образ Тэхена, запах которого ему до сих пор неизвестен. Хах, а ведь раньше он обожал запах карамели, заметил Чонгук. Так что же случилось теперь? Из своих мыслей его вырвал голос омеги. — Или так? — парень медленно расстегнул ширинку и потянулся к пуговице, когда его руки перехватил Чонгук. Вставая сам, он поднял за собой омегу, который вопросительно посмотрел на него. — Прости, малыш, я сегодня не в настроении, в следующий раз, ладно? Вот, — Чонгук полез в карман, доставая бумажник, — купишь себе что-нибудь, — похлопав по плечу и не дождавшись ответа, он ушел. Сев за руль, Чонгук спокойно выдохнул. Ну и куда теперь? Домой? Ну уж нет, тогда он точно сорвет последние цепи. Чон посмотрел на время: 14.56. Так, и что он будет делать ближайшие пару часов? Юнги, точно! Единственная светлая мысль в смутное время в голове. Гудки тянулись целую вечность, Чонгук уже хотел сбросить вызов и думать дальше, когда в трубке раздался такой знакомый и любимый голос. — Да, мелкий, что-то хотел? — Юнги вытер нож от крови и выкинул тряпку. — Хен, ты где? — к чему эта официальность, когда Чонгук на выходных. — На нашем складе, порядок навожу, а что? — кинув нож на стол, Юнги махнул двум парням на труп. — Есть планы на этот вечер? — Да нет, сегодня никаких. — Буду через час, жди, — услышав положительный ответ, Чон положил трубку. Скупившись в магазине, Чонгук приехал на склад и, достав покупки, пошел внутрь. В здании не было никого, кроме Юнги, который скептически смотрел на младшего. — Что-то хотел? — Юнги сканировал пакеты, пытаясь определить, что внутри. — Выпить, — Чонгук достал несколько бутылок коньяка и виски, — закуска и стаканы найдутся? — Хах, спрашиваешь, — Юнги ухмыльнулся и пошел вглубь здания. Вернулся он с двумя стаканами и лимоном с шоколадом. — А ты запасливый. — Пить я люблю, наливай, — Юнги взял в руку стакан, — за что пьем? — За жизнь. Когда на полу лежала четвертая бутылка коньяка, на пороге появился Чимин. — Чонгук! Как мне теперь это тело тащить домой! — Чимин подошел к парням и пнул бутылку, лежащую на полу. — О, лю.. ик любиимый, — Юнги протянул руку к Чимину. — Отвали, с тобой я поговорю позже, пьянь, — оттолкнув, сказал омега, — да вы посмотрите на себя, вы же оба на ногах еле стоите! Чонгук, ты же умнее, где твоя голова? Так, все, я забираю своего мужа домой, а ты как хочешь, пей в одиночестве. Юнги пытался дотянуться до своего друга, пока его волокли к выходу. Но получив несколько раз по шее, тот успокоился. На улице были слышны угрозы Чимина и извинения от Юнги. Оставшись один, Чонгук открыл виски, наливая полный стакан. Образ Тэхена опять привиделся Чону. Мотнув головой, он опрокинул стакан в себя. Картинки смерти двух дедушек и родителей стали всплывать в голове. Ненависть вспыхнула новым пламенем, сжигая все внутренности. Чонгук встал со стула и направился к выходу, ноги еще слушались, а вот разум стал покидать его тело. Главное доехать до дома. С этой мыслью Чонгук залез в авто и завел мотор. Прохладный воздух и дорога немного отрезвили альфу. Доехав до дома и припарковавшись у ворот, Чонгук побрел внутрь. Тэхен никак не мог сомкнуть глаз. Где Чонгук, он не знал, трубку тот не поднимал. Когда Тэ, лежа в кровати, заметил свет от фар в окне, то вскочил и побежал вниз. Поговорить, излить душу и приголубить. Вот все его намерения на данный момент. Когда в дом ввалился пьяный альфа, у омеги прошло стадо мурашек по спине. — Чонгук? — Тэхен стоял в гостиной, наблюдая за реакцией. Чонгук обернулся на шум, тепло дома опять ударило по голове, отключая рассудок. — О, малыш, ты еще не спишь? — Чонгук подошел вплотную и впился поцелуем в губы Тэхена. — Ты пьян, прекрати, — Тэхен попытался отпихнуть его от себя, но попытка была пресечена. Чон держал одной рукой руки Тэ, а второй шарил под футболкой. — Чонгук, ты не в себе, хватит. Эти слова только распаляли альфу. — Давай поиграем, малыш, — Чон подхватил Тэ на руки и потащил в спальню. Тэхен царапал спину и кричал, но все бестолку. Зайдя в покои Тэ, он кинул брыкающегося омегу на кровать и навис сверху. — Отвали, Чонгук. Пуговицы на пижаме Тэ разлетелись в разные стороны, оголяя участки тела. -Неет, прекрати, Чонгук, очнись, — Тэ стал бить кулаками в грудь альфы, молясь, чтобы тот пришел в себя. — Хватит ломать комедию, Тэхен, ты же первоклассная шлюха этого города, так покажи свои навыки. Чонгук стал стягивать с омеги штаны, в которые омега вцепился всеми пальцами, словно за спасательный круг. « Первоклассная шлюха » слова альфы врезались в сердце, отрывая тромб за тромбом, разрезая все внутренности. Оставшись абсолютно голым, Тэхен понял, это — конец. Отмахнувшись от прелюдии и не став растягивать Тэхена, Чон вошел резко, во всю длину. Крики заполнили всю комнату. Внутри Тэхена слишком узко и больно. Чонгук рыкнул, выходя и вновь заполняя омегу до краев, — расслабься, нам двоим будет легче. Альфа стиснул зубы, впиваясь пальцами в его бедра. Завтра на теле, где прикасался Чонгук, расцветут синяки, Тэхен в этом уверен. — Какая же ты шлюха, Ким Тэхен, жаль, что без запаха, — увеличивая темп сказал Чонгук, не взирая на крики под собой и исполосованную до крови спину. Тэхен замолчал и поднял глаза на насильника, на дне которых Чон увидел боль, заправленную страхом и ненавистью. — Кто соглашался ебать такое бревно, как ты, — если Чонгук говорит это, вероятно, он потерял рассудок. Сейчас под ним омега, с заполненными до краев слезами в глазах. Если бы трезвый Чонгук увидел эту картину, обязательно разбил бы себе лицо. Но сейчас, когда в голове одно желание и похоть, сменяющиеся ненавистью, ему просто похуй. Похуй на свои чувства, чувства омеги. Тэхен глотку срывает от боли, смотря в глаза монстру. Его взяли почти на сухую и просто поимели. Сил отпираться и вырываться уже не осталось, да и кто его спасет? Никому не нужная шлюха. Кровать неприятно скрипит от трения потных тел. Чонгук увеличивает толчки, грубее насаживает омегу на свой член, вбивается в него до упора, срывая с губ проклятия, что перетекают в крик. Чонгук его шею своими следами полосует, лижет, кусает. Зверь внутри пытается сорвать с себя цепи, защитить омегу от себя же, спасти. Но с каждым порывом они только усиливают хватку и тянут обратно, в черноту. Чувствуя приближающийся оргазм, Чонгук вышел из разгоряченного тела и довел себя до разрядки. — Шлюха, — бросив деньги на стол, он ушел. Звуки в доме утихли. Только в комнате Тэхена были слышны всхлипы. Хочется содрать гребаную кожу и пустить через мясорубку. Любит ненавидит. Его просто использовали, оттрахали и унизили. Сил не было даже доползти до душа. Захлебываясь слезами, Тэхен обернулся одеялом и поджав колени, посмотрел на открытую дверь. Закрыть? Хах, как бы не так. Это же дом Чонгука, захочет достать, выбьет ее к чертовой матери. Кто же теперь Тэхен? Он и сам не знает. Может быть и правда шлюха? Получается, если и были чувства, то только с его стороны. Для себя омега вынес урок. Чонгук — монстр, которому больше нет доверия.