Любимый Убийца

POV (ты)       Я проснулась от упавшей на меня пластмассовой фигурки с полки. Разлепив глаза, я заметила обеспокоенного Папируса. Он что-то говорил, но я его не слышала. За стеной послышались стоны. Я начала переживать за Санса и зашла в его комнату.       Комната вся была освещена пурпурным цветом. Две костяные морды со светящимися глазами смотрели на меня не двигаясь. Сам Даст со стона перешёл на крик. Головы открыли свои пасти и из них появились лазеры, которые продырявили пол. Еле увернувшись, я подбежала к кровати и пыталась разбудить скелета. Тот проснулся и начал атаку костями. — (твоё имя)? — он смотрел на меня со слезами. Санс дрожал и, закутавшись в одеяло сказал: — Всё в порядке. Можешь идти к.       Я обняла его. Скелет несколько секунд не двигался, а потом сильно обнял в ответ. Он снова начинал плакать. — Тише, тише. Всё хорошо, не плачь, — тихо бормотала, гладя черепушку скелета.       Когда Санс более-менее успокоился, я начинала слазить с кровати. Он схватил меня за руку. — Не уходи сегодня, — он сжал мою руку немного сильнее, — Прошу тебя…       Мне было дико неудобно оставлять его в таком состоянии. Положив свою голову на подушку, я протянула ладонь скелету. Он охотно взял её и притянул меня к себе. Немного смущает, но что поделаешь? В таком положении мы уснули.       «Утро» выдалось очень холодным. Санс открыл днём форточку, от которой меня не по-детски начало морозить. Закутавшись в одеяло сильнее, я заметила скелета вцепившегося в моё туловище. Смирившись со своей судьбой грелки, руки сами стянули одеяло с Санса. Тот в такой холодрыге даже не поморщился. Мне бы так…       Когда он спит, выглядит слишком безобидно. Обычно его улыбка натянута, а сам очень дёрганый. А тут, он мирно сопит и практически лежит у меня на животе. Эх. Пытаясь разорвать железную хватку Даста, я разбудила его. Он сонно посмотрел на меня, а потом ещё крепче сжал мой живот. — Лежи и не беси меня. Подожди, когда я высплюсь, — пробурчал монстр возле меня. И как это понимать?       Мы несколько минут лежали, скелет приподнялся на руках и выдал: — Блин, такой хороший сон нарушила. Давно мне такое не снилось! Сегодня ты обязана спать здесь, ясно? — Чт… Эй! Чего это я должна…       Санс блеснул своими глазами и безумно улыбнулся. От такого я скукожилась как маленький ёжик и проронила: — Ладно… Но только сегодня. — Другое дело! — весело отозвался Санс.       Где-то умилительно вздохнул Папирус. Мне так захотелось огреть его тапочком. Кажется, я начинаю понимать, что означает шипперить…       Телепортировав нас на диван, он спихнул меня. Сидя на полу, я испепеляющим взглядом сверлила скелета. Тот, довольно задрав череп, наслаждался моим злющим лицом. — Ты не забыла? Сегодня готовишь ты!       Я разочарованно простонала и начала вставать. — Давай-давай, халтурщица, — ехидно улыбаясь, скелет продолжил наблюдать за мной. — А что ты хочешь? — Хмм… Давай что-то из твоего разряда.       Роясь в продуктах, я решила сделать сырники. А что, вкусно, просто и полезно! — Кстати, как твоя рана? — спросил скелет в гостиной.       Я посмотрела на руку. Даже следа не осталось… Вслушиваясь в тишину, Санс довольно засмеялся. — Видишь, а ты носом воротила! — А открытые переломы ты тоже лечишь? — ехидно спросила я из кухни       В ответ последовала тишина. — Хочешь проверить? — наверняка скорчил кровожадное лицо!       Я выглянула из арки, мы смотрели на друг-друга. Я обиженно, а он безумно. Не люблю от него такие шутки. Если бы так пошутил Инк или Фреш, то я ещё понимаю. Но точно не он. Уж больно серьёзно звучит…       Закончив с готовкой, я вынесла кружки с чаем и сырниками. Санс начал осматривать их со всех сторон. Наверное никогда такого не ел. — Что это? — Сырники. Они из творога, очень вкусные. Ну, если они не моего приготовления, конечно. — я отвела взгляд       Санс сделал маленький укус. Его лицо расплылось в блаженной улыбке. Неужели настолько вкусно?       Я тоже попробовала. Сырники как сырники, ничего необычного. У меня раньше даже вкуснее получались. Но Сансу, видать, очень понравились. — Съедобно? — Издеваешься? Очень вкусные. Никогда не ел подобного! Папирус всё время парил и смотрел на результат. Потом он хотел попробовать сырник и взял его " призрачную» копию. Полностью протрезвев от сна я уставилась на Папса. Кажется начинаю понимать, зачем покойникам оставляют немного еды на кладбищах. Папс тоже обрадовался и что-то говорил. Санс засмеялся, а я сидела молча. Не слышу… — Санс, можно вопрос? — Да-да? — спросил скелет доедая свою половину. — Знаешь, мне бы хотелось вернуться в Хоррортейл. В руинах остались мои друзья и было бы здорово их навестить.       Санс с Папсом испуганно переглянулись. Что такое? — Эм, понимаешь, после смерти Хоррора, я не могу туда телепортироваться.       Несомненно. Лжёт. Я чувствую это. Там что-то случилось и очень ужасное… — Ясно… — они поняли, что я их раскусила. Опустив глаза вниз, никто больше слова не проронил.       Я пыталась не заплакать. Встав из-за стола, я пошла к себе в комнату. Папирус окликнул меня, но мне было наплевать.       Я упала на кровать и начала глотать слёзы. Санс с Папсом меня не тревожили, что очень радовало. После 2 часов рыданий, я более-менее успокоилась. В дверь словно по команде постучал Даст. — Можно войти? — неуверенно спросил скелет       Я могла не отвечать, как мне кажется. У меня всегда предчувствие, что он читает мысли.       Он зашёл, обеспокоенно посмотрев на меня. Принеся внушительную кружку чая, Санс уселся рядом. На этот раз чёрный, явно знает, что нужно в таких случаях. Я расстроенно смотрела на него, точнее сквозь и попивала чай. — Санс, скажи, это ты их убил? — слёзы начали течь ручьями, — Скажи честно, пожалуйста…       Он молча наблюдал, как я захлёбываюсь в слезах. Прижав мою тушку к себе, он на ухо шёпотом ответил: — Нет, не я. Но видел, как это происходило.       Мне захотелось просто убиться, вцепившись в его плечо, я продолжила плакать. Он молчал, иногда шептал успокаивающие речи. Выплакав, всё что было, я пошла на кровать Санса. Я была морально разбита и физически усталая. — Тебе не обязательно… — Я знаю, — развернулась я горько улыбнувшись, — Но кажется, мне так немного полегчает.       Мы зашли в его комнату. Я улеглась возле стенки и начала тихо ронять слёзы. Даст обнял меня сзади и успокаивал. На этот раз, мы уснули в нужное время…