vita - mortem

***

Чимин возвращается в квартиру поздно ночью. Точнее, это можно назвать ранним утром, время балансирует на грани трех часов ночи и четырех часов утра. Квартира встречает легким запахом парфюма Хосока и специями для рамена, который так любил пожирать старший. Чимин устало проходит из зала в спальню больше по пространственной памяти, чем по различимым силуэтам. За ворохом одеяла видна черная макушка Чона, по видимому смотрящего седьмой сон. Пак стягивает пропахшую ночью футболку и тихо приземляется на свободную часть кровати, почти сразу утягиваемый в кольцо теплых от сна рук старшего. -Чего не спишь? , — вяло тянет Чимин, прижимаясь спиной к широкой теплой груди Хосока. -Спал, пока твоя жопа не соизволила появиться дома, — хрипло и вправду сонно бормочет Чон. Чимин тихо шепчет извинения, гладя парня по рукам, что покрепче прижимают Пака к себе. Младший тихо выдыхает, руки Хосока оставляют обжигающие следы на коже, привыкшей к ночной прохладе, а глаза захлопываются с вселенским притяжением. Хосок мирно дышит в затылок Паку и Чимин думает, что он все-таки похож на живого человека. За окном розовеет рассвет.

***

-Как долго он не уходит? , — Чимин смотрит на свежую могилу и не менее свежее фото мужчины. -С самого погребения, снится каждый день. — отвечает женщина. -Просит чего-то? Может как-то странно выглядит? Что-то в одежде не так или? — Чимин перебивает ее, осматривая ограду. Женщина молча кивает, но затем спохватывается — Он просит у меня поесть Чимин тихо вздыхает и объясняет, что нужно накормить, оставить что-то на могиле, девяти дней ведь не прошло, а душа думает, что все еще жива, вот и просит есть. Кладбище после дождя тонет в росе и грязи, точнее тонут кеды Чимина, он тихо ругается себе под нос, пока идет по тесным тропинкам. — Даже не зайдешь ко мне в гости? — спрашивает хриплый голос позади. Чимин оборачивается, заранее зная кого увидит. — Я и так вижу тебя каждый день, хен. Зачем лишний раз ходить к тебе на могилу? — тянет Чимин. Хосок подходит и берет его за руку. Чимин несмело переплетает пальцы и идет дальше. -Сестра недавно приходила, — говорит Чон, — принесла мне мои любимые печенья, вот и пришлось прийти. — Что говорила? , — безразлично интересуется Чимин. — Рассказывала, что замуж вышла, про тебя еще что-то, — Хосок явно не договаривает и Чимин это чувствует, пальцы Хосока чувствуются такими длинными и тонкими. — Хочешь, чтобы я тебя вывел с кладбища под видом Хосока? Может, представишься своим именем? , — Чимин не оборачивается, но и руки не отпускает. Не отпускает, пока не слышит ужасный хлюпающий звук, кажется, похожий на смех и сиплый кашель, а рука становится на ощупь мокрой и склизкой. В нос ударяет запах отсырелого дерева и Чимин стоит на границе выхода с кладбища. -Блять…

***