Contract with a demon

Тэ чувствует все, что сейчас должна чувствовать его тетя. Та кровь, которая течет в венах человека, является его неотлагаемой частью жизни. Душа тоже имеет кровь, она также необходима душе для существования, но не самой души, а ее воспоминаний. Кровь души хранит все моменты жизни, а именно хорошие моменты. Тэ забрал все моменты ее хорошей жизни, Гук сжег изнутри, превратил в пустую, гнусную душонку, что не выдержит без теплых моментов жизни и растворится, рассыпиться пеплом, исчезнет сама. Тэ отстраняется от шеи тети. Его губы распухли, а из уголка течет алая жидкость воспоминаний. Если бы все присутствующие в зале не знали, испугались бы такого взгляда и поведения. Тэ отпускает тело, а Чонгук моментально подхватывает, выжигая и оболочку. Пепел медленно разлетается по залу, запорашивая колонны. Тэхен молча хватает Гука за руку и направляется в свою комнату. Все присутствующие провожают их недоуменными взглядами, а Юнги бледнеет еще сильнее, чуть ли не просвечиваясь. Гук покорно следует за брюнетом не произнося ни слова. Как только закрывается дверь тэхеновой комнаты, Гук оказывается моментально вжат в нее, а губы расплываются в улыбке, когда он осознает, что Тэхен скользит по ним влажным языком. Чон позволяет себе прикоснуться к тэхеновой талии, поглаживая бока. Тэхен целует жадно, напористо, зарывается рукой в черные пряди на голове демона, притягивая ближе. Гук проникает языком в чужой рот, тщательно исследуя, пробуя, смакуя. Чонгук - демон, родился в аду, но сейчас, когда рядом такой теплый и жмущийся Тэхен, ощущает себя жителем рая. Тэхен руками скользит по накаченной груди демона, чувствуя под ладонями каждую мышцу, что напрягается от его прикосновений, ловит каждый томный выдох, чувствует возбужденный взгляд и полностью отдается Чонгуку. Демон подхватывает Тэхена под бедра, впиваясь в губы рычащим поцелуем. Они оба слышут как поскуливает и скребется в дверь щенок из ванной, но сейчас им не до него. Один щелчок пальцами Чонгука и одежда обоих загорается ярким пламенем, не обжигая тел, в мгновение, и они оба нагие. — Это была моя любимая рубашка… — рычит Тэхен, прикусывая участки мягкой кожи. — Я все возмещу… — рвано произносит на выдохе Гук, оглаживая языком темные соски. Возместит… Была бы возможность возместить ему все, что он потерял, но люди не воскресают. Гук размашисто проводит языком по своим пальцам, подставляя их к напряженному колечку. Тэхен тихо охает, когда в него проникают сразу два пальца, оглаживая упругие стенки изнутри. Он начинает медленно подаваться растягивающим его пальцам навстречу, тихо поскуливая. Гуку буквально крышу сносит от этих звуков и он послушно заменяет пальцы тем, чего желал Тэхен. Он входит по основание, замирая, давая привыкнуть. — Двигайся… прошу. — хнычет Тэхен, но Гук продолжает осторожничать. Тэ сам слегка отодвигается от Гука, после резко возвращаясь в прошлое положение и ловя хриплый стон. Гук больше не сдерживается, он понял, что его демоненок готов и не оттолкнет. Он двигается резко, размашисто, стоная от узости демона. Чон обхватывает ладонью член брюнета, двигая рукой в такт толчкам. *** Юнги сильно хочет поговорить с Тэхёном ещё раз. Поэтому спустя час, как все разошлись из зала, плетется к комнате Тэ. А вот и она, та самая дверь. Он так хочет постучать в нее, безумно хочет этого, но останавливает себя. Двери очень плохие, раз через них слышно рваные стоны. Сердце неприятно щемит. Юнги хочет выломать дверь, схватить Тэхена и никогда не отпускать, но понимает, что он сам все испортил. Он сам виноват в том, что страдает сейчас. Ему нужно было быть внимательнее к Тэхену, нужно было пожалеть, приласкать, помочь, когда он в этом нуждался. А сейчас… сейчас Мину нужно отпустить… ему нужно отпустить «его» Тэхена.