Ты дал мне жизнь, Веселый Роджер...

- Мы встретимся через два года, - сама себе прошептала уставшая девушка, всхлипывая носом и продолжая ковырять пальцем очередную дырку на своих штанах, - пожалуйста, Луффи, постарайся, как следует. Иона сидела на ярко-бордовом бортике плывущего на остров Aмазон Лили корабля пиратов Куджа. Она прокручивала в своей голове последнюю ободряющую улыбку, которую подарил ей ее капитан на прощание, оставаясь вместе с Рейли на чудесном острове Сорока Восьми Сезонов. Как Иона не просилась остаться вместе с ними, ее никто не послушал. Этот старик заявил, что не потерпит ни одной женщины на этом острове во время тренировок Луффи, так как молодому капитану придется многому научиться за это время, в том числе и самостоятельности. Потому, упирающуюся Иону просто за шиворот затащили на борт корабля, не оставляя ей никакого права выбора. - Эй, Иона, - крикнул Рейли ей на прощание, - ты уже раскрыла в себе способности к воле наблюдения, что вполне неплохо для твоего уровня. Постарайся развить это умение, иначе в Новом Мире тебе не избежать беды! Это были его последние слова до того момента, как они, вместе с улыбающимся Луффи, скрылись в густых зарослях. Капитан Мугивар лишь помахал ей на прощание рукой, взяв до этого обещание, что она не станет грустить из-за их временного расставания. И Иона искренне старалась не печалится, как всегда поверив своему капитану без оглядки. Прекрасная Боа Хэнкок, на которую Иона боялась лишний раз взглянуть из-за ходивших вокруг нее слухов, почти не обращала на спутницу внимания, отдав распоряжение следить за ней и не дать возможности сбежать с корабля. Она позволила девушке остаться на своем острове до того момента, пока не закончится оговоренный срок, а после пообещала доставить их вместе с Луффи на Сабаоди. О том, что Хэнкок завидовала столь близкому и дружескому общению между Луффи и его накама, и речи быть не могло. Во всяком случае, при юной пиратке императрица Амазон Лили своих истинных чувств не показывала. Да и выскажи она свою ревность открыто, вряд ли кто-то обратил на нее внимание, ведь Иону и Луффи волновало сейчас только одно – всеми возможными способами усовершенствовать свои навыки, дабы достичь своей цели и осуществить мечты. Хотя, говорить так однозначно за Иону мы не имеем права. Новые знакомства и неожиданно появившиеся чувства оставили заметный отпечаток в ее душе, раз за разом заставляя девушку отвлекаться на размышления над теми или иными вещами, как не пыталась она сосредоточиться на поставленной задаче. К тому же, в ее голове крутились неприятные мысли о том, что она не представляет себе, как осуществить задуманное. О чудесных свойствах воли она знала совсем немного, основываясь лишь на личном опыте. Поиски подходящего человека на роль учителя грозились затянуться надолго, учитывая стеснение Ионы и отсутствие у нее любых представлений о том, каким этот человек должен быть. Ее размышления прервала подошедшая совсем близко невысокая, стройная блондинка, с которой Иона уже успела познакомиться во время ее первого пребывания на острове пиратов Куджа: - Думаешь, как сбежать от сюда? – Маргарет недоверчиво оглядела Иону с ног до головы. С этой блондинкой у юной пиратки сложились достаточно доверительны отношения, завязанные, в основном, на волнении за здоровье капитана Мугивар. Теперь же, они открыто общались друг с другом, не чувствуя никакой неприязни. - Думаю, как найти учителя на вашем острове, - честно ответила девушка, поворачиваясь к собеседнице. - Это будет непросто, - блондинка заметно расслабилась и медленно присела на стоявшую рядом бочку, - наши войны используют Хаки Вооружения, что отличается от того, что нужно тебе. Хотя, мы могли бы… - Не могли, - грубо прервала их разговор подошедшая брюнетка, в зубах которой дымилась тонкая сигарета, - и думать забудь, у нее не получится. - Получится! – тут же встрепенулась Иона, вскакивая с места и с вызовом глядя на темноволосую красотку. Та своим поведением напоминала девушке о ее хорошем друге – мечнике Зоро. Только сигарета в зубах казалась крайне лишней в этом сходстве. Хотя, на того же Санджи, пиратка Куджа не походила даже запахом. В дыме от ее табака можно было уловить незнакомые Ионе приторные нотки экзотических цветов, коего не было в обычных сигаретах кока. - Нет, не выйдет, - Риндо сделала очередную затяжку и выдохнула сладкий дым, - перво-наперво, ты просто умрешь от жары в попытках привыкнуть жить на нашем острове. Твоя одежда совершенно не соответствует местному климату. Иона оглядела замолчавших подруг, и у нее неприятно засосало под ложечкой от воспоминаний. - Купальник одевать не буду, - сквозь зубы процедила она, забавно хмурясь, все более становясь неуверенной в правильности всего происходящего. - Если будешь жить среди нас и пытаться хоть чему-то научиться, придется поддерживать командный дух, - с улыбкой проговорила блондинка, закидывая голову назад. - Во-вторых, - продолжила ее подруга, - по прибытию, тебе придется встретиться со старейшиной Нен. Только она сможет пояснить, что тебе будет дозволено делать в дальнейшем. - Кто она? – тихо спросила ссутулившаяся девчушка, глядя на блондинку. - Бывшая императрица нашего острова, - сразу дала пояснения девушка, видя замешательство новой подруги, - не бойся ее, Иона, она хорошая, хоть и немного ворчливая. Только имей ввиду, что коль она прикажет тебе заниматься черной работой, то лучше безоговорочно ей подчиниться. Старейшина Нен обладает великой мудростью, - Маргарет сузила глаза, огляделась по сторонам, и тихо-тихо добавила, - и она единственная, кто имеет опыт близкого общения с мужчинами. - Близкого общения? – прошептала Иона, заливаясь краской и вспоминая последнюю ночь, которую она провела в каюте у Ло. - Именно, - сглотнув подтвердила блондинка, - только никому не говори! - Никому, - согласилась Иона, краснея еще сильней. Именно в таких тихих и неспешных разговорах прошло несколько последующих дней, пока корабль пиратов Куджа не достиг своей родины. Когда же они, наконец, причалили к берегу, и восторженная толпа встречающих расступилась, та самая старейшина Нен медленно подошла к слегка испуганной Ионе, долго-долго разглядывала ее своими карими глазами, а потом удовлетворенно кивнула: - Будет тебе обучение, девочка. А пока, отдохни пару дней. После тебя ждет работа, - она ударила посохом-змеей по земле и развернулась. Но, не сделав и шагу, снова обернулась к Ионе и еле слышно произнесла, - и переоденьте ее, девочки! Нечего разгуливать по нашей империи в таких обносках… Спустя еще три дня горячих споров и кропотливой работы над свои новым костюмом, Иона наконец приступила к своему обучению, выполняя все задания, что давали ей старшие члены племени Куджа. Работа смешалась с тренировками, потому времени на грусть или скуку у нее попросту не оставалась. Тем более, что новые подруги с удовольствием скрашивали минуты ее спокойствия, все больше раскрывая ей красоты и чудеса женского острова. Кто же тогда знал, что не все пойдет так гладко, как нам бы того хотелось, и в день, когда Иона снова встретится со своими накама, она впервые не сможет открыто посмотреть им всем в глаза. Ведь у нее появится первая тайна, которой она поделиться лишь с одним из Мугивар – своим лучшим другом. И эту тайну они оба будут скрывать от всей команды, пока не повстречаются с … Но, давайте обо всем по порядку… * * * Из дневника Ионы: Прошло ровно два года с того самого момента, как я потеряла все ниточки связи с внешним миром и своими накама, оставшись смиренно выполнять последний приказ моего капитана на Aмазон Лили. Всех членов племени Куджа я в расчет не беру, ведь из команды Соломенной Шляпы я была единственная на том затерянном среди Калм Белта острове. Многое изменилось с тех пор и, мне кажется, я тоже слегка переменилась. Однажды с утра, когда я пыталась стянуть с кухни лишнюю часть аппетитного завтрака, меня безоговорочно выдала Маргарет, которая громко воскликнула, углядев седой волос на моей голове. Это было настоящим открытием для нас обеих и рассуждения на тему «стареющих друзей» не прекращались еще с неделю. Но, мои волосы и вправду быстро начали седеть, разбавляя серебром каштановую гущу волос. На этом, пожалуй, внешние изменения и кончались. И пусть мой образ почти не изменился, многое поменялось в моих мыслях и чувствах. В ходе тренировок я стала более отчетливо воспринимать окружающий мир, словно все течение времени проходило сквозь меня. Это было странное чувство, непривычное мне, но жизненно необходимое. Я научилась находить жизнь даже в самых темных уголках, осознавать переменчивость жидкости внутри других, слышать биение сердец и более отчетливо понимать, когда мне начинали врать или говорить правду. Кажется, что с развитием воли наблюдения, из меня щипцами во время тренировок вытаскивали свойственные мне наивность и доверчивость. Иногда возникало ощущение, что меня снова вывернули наизнанку, чтобы поместить внутрь своеобразные детектор, усиливающий все мои чувства. Обучаясь новой силе длительный срок, я начала осознавать, что управление жидкостями с помощью этой воли становится совершенно простой задачей. Преграда моих способностей словно разломилась под натиском чувственных волн, что сплетались во мне причудливыми узорами. Я впервые осознала до конца, благодаря чему могла совершать столь быстрые перемещения. Нет, это был не второй фрукт, как полагал Чоппер. Это было умение подчинять себе жидкость в своем же теле. Все было так просто, и становилось лишь проще с каждым днем. Контроль над собой был полностью в моей власти, прыжки становились выше, скачки – дальше, а захваты жидкости в чужих организмах – смертоносней. И я знала, что мне было куда расти. Ведь уклониться от пущенной в тебя волей вооружения стрелы было намного проще, чем пробить защиту пиратов Куджа. Мне всегда приходилось выискивать самое незащищенное их место в очередных спаррингах, чтобы суметь нанести решающий удар. И это требовало от меня невероятных сил. Уже после двух или трех таких схваток я почти валилась с ног. Но началось кое-что еще, намного более важное, чем желание прогресса. После очередной стычки с местными клыкастыми обитателями, раны на моем теле, хоть и были поверхностными, не стали затягиваться, как было раньше, а надсадно болели еще несколько дней. Мои бесполезные попытки их залечить побыстрее не увенчались успехом, а лишь ухудшили мое состояние. И на этом неожиданности не кончались. Во время обучения, которое проводила мне Риндо, я стала часто отключаться и моментально засыпать, когда мы останавливались на привал. Несколько раз я упала в обморок, совершенно потеряв все силы. Если бы не высокая, добродушная Афеландра, что вовремя подхватила меня на руки, я бы точно разбила себе голову об острые прибрежные камни. При этом, мое желание есть не изменилось, хотя самочувствие стало намного резче ухудшаться, когда мы по долгу не употребляли ничего в пищу. И это было не простым чувством голода, а скорее полной обессиленностью, которой я никогда не могла похвастаться ранее. Мои новые подруги убедили себя в том, что это все связано с моими напряженными тренировками по развитию воли наблюдения, что разглядел во мне Рейли. Однако, я знала, что это не так. И это меня пугало. Пугало по настоящему, не давая спокойно вздохнуть. Мне нужно было срочно поговорить с Чоппером обо всем этом и попросить его сделать что-нибудь. Или, на худой конец, попробовать самостоятельно наладить свое состояние. Ведь именно в моей силе и заключалась основная моя надежда на успех и будущее, что я хотела провести как пират команды Мугивары. А сейчас, когда дышать после небольшой пробежки становилось труднее, когда все кости ломило под вечер, словно их переломали, когда из носа начинала капать кровь, стоило мне лишь немного напрячься, мне было страшно. И это состояние доводило меня до паники. Мне требовалось срочно увидеться хоть с одним врачом, которому я могла доверять, потому что сама я ничего не могла поделать. Мне жизненно необходим был Чоппер, или, в конце концов, Трафальгар… Ло... Вы спросите меня, вспоминала ли я о нем в иное время, кроме тех моментов, когда сваливалась без сил в очередном припадке? Вы же и сами знаете на это ответ. Я вспоминала его почти каждый день, прокручивая в голове его слова, его жесты и взгляды. Я не смогла о нем забыть даже в тот момент, когда разозлилась на него, снова вспомнив наше прощание. Он ведь ушел тогда молча, даже не взглянул на меня из-под козырька своей теплой шапки. Ушел так, словно мы не были знакомы уже очень давно, словно он не держал меня за руку в ту сумасшедшую ночь и не бинтовал мои раны в те жуткие дни, словно обиделся на мой окончательный выбор... Он обиделся на меня? Неужели и в правду обиделся? Грустно. От этого на сердце становилось так грустно, что хотелось выть и плакать, вспоминая снова и снова его печальные глаза. И еще, хотелось его увидеть. Интересно, а он сам изменился за это время? Нашел ли он то, что искал? Встретимся ли мы с ним в Новом Мире? Вспомнит ли он меня при встрече? Хотелось бы найти ответы на все эти вопросы и увидеться с ним еще раз… Не представляете, как мне этого хотелось! * * * Иона в ожидании стояла на маленькой лодочке, что была отдана ей и Луффи в полное распоряжение, когда корабль пиратов Куджа наконец приблизился к конечной точке их путешествия. Солнце добродушно припекало, запах моря знакомо щипал нос, а над головой летали белые чайки, призывающие всех путников посетить их необычный архипелаг. Сердце пиратки ликовало от предвкушения скорой встречи с товарищами. Она искренне полагала, что встретит их всех, ничуть не изменившихся, и они, наконец, отправятся в свое долгожданное плавание в Новый Мир. Светло-серые глаза Ионы на миг зажмурились, пытаясь удержать слезинки радости. Ей казалось, что именно такое предчувствие приближающегося счастья и называют возвращением домой. Иначе и быть не могло. Поток ее мыслей прервал очередной грудной кашель, который она попыталась сдержать в себе. Не вышло. В этот раз все стало намного хуже. Кашель не только усиливался с каждым днем, но и сопровождался теперь кровавыми сгустками и привкусом железа во рту. Иона вытерла губы, по привычке уже пряча маленький платок в кармане брюк. Благо, никто не заметил этого ее действия, так как все были заняты громкими спорами в вопросе: что из вещей Луффи брать с собой в дорогу. В итоге вышел заметного размера рюкзак, который капитан Мугивар с легкостью закинул себе на спину. Иона же отправлялась в путь налегке, как обычно, не задумываясь о таких вещах. Ей нужно было лишь, памятуя о старых привычках, накинуть на голову широкий капюшон ее новой безрукавки и смело ступить на знакомый берег. Итак, они вместе с Луффи, спустя два года, возвращались на Архипелаг Сабаоди.