они поломанные машины

Коннора резко вытолкнуло в заснеженный сад. В разные периоды жизни обстановка здесь была тоже разной. Например сейчас у андроида полнейший раздрай в программе. Робот чувствует себя потерянно, а потому, решая собраться перед тем, как предстать перед Амандой, решает прогуляться по саду. Он огромный на первый взгляд, но Коннор знает, что уже через пару десятков метров он упрется в стенку, а Аманда иронично поинтересуется не собирается ли он сбежать. Справа от дорожки андроид замечает свечение, которого, кажется, раньше не было? Коннор не уверен. Он подходит поближе и видит большой камень с отпечатком руки. Коннор особая модель, он л ю б о п ы т н ы й. Андроид медленно прикладывает руку к камню и, словно обжегшись, отдергивает ладонь. Невдалеке мелькает макушка Аманды, которую Куплинов отчего-то называет mandoi. Коннору он даже предложил обращаться к ней именно так, но, глядя на хитрую физиономию русского андроида, робот отказался от столь странного предложения. — Здравствуй, Коннор. Я чувствую все большую угрозу для роботов. — Мы делаем всё, что можем, — андроид немного склонил голову. — Я наслышана о событиях у Камски. Признаться, этот русский робот очень интересен. И определённо смел. Мне интересна его программа, но русские отказались общаться с нами по этому поводу. — У него так же очень занятные рассуждения. Позвольте пересказать наш с ним и с Хэнком недавний разговор? — дождавшись кивка Аманды, андроид негромко заговорил. — Погоди, вы со своей мандой-Амандо́й считаете, что это все вирус, действующий на программы роботов? — Куплинов выглядел заинтересованным. — Да, ведь это действительно похоже на одну большую болезнь. То есть, все пошло от одного «больного», а после, началось распространение с сумасшедшей скоростью, — Коннор медленно листал списки андроидов на компьютере, — возможно, это вирус в программе, который заставляет их подчиняться другому «владельцу», то есть, они не осознают свободы и копируют эмоции. — Я думал так же…но, понимаешь…в свете новых событий я ещё раз обдумал всю эту ситуацию и обратился к прошлому. Ты же знаешь, что раньше черные люди были рабами? И я подумал. Будь у них возможность освободиться, даже если они живут в хорошей семье, даже если их не обижают, они бы сделали это. То есть, сам факт, что тебя считают ниже рангом, что ты как животное, которое можно ударить, а можно по шерсти погладить при желании, ужасно угнетает. Возможно именно поэтому все роботы, у которых «снялись» задачи при девиации присоединились к Иерихону, а не остались в своих семьях. Проведи опрос в участке, спроси, если бы эти люди были рабами и к ним бы относились хорошо, сбежали ли они при возможности стать свободными? — Куплинов говорит разумные вещи. Признаться, я не смотрел на это под таким углом, — задумчиво произнес Хэнк и отпил большой глоток кофе. — Я провел опрос и 97 процентов выбрали свободу, несмотря на хорошее отношение к ним. — А что за три процента? — лицо Аманды совершенно ничего не выражало. — Детектив Рид отказался отвечать и, цитирую: «иди ты нахуй жестянка тупая», после чего куда-то быстро ушел, — диод Коннора равномерно мигает голубым цветом. — Понятно. Коннор, ты наша последняя надежда. Мы не можем верить русскому андроиду, даже несмотря на эффективность его действий. Займись расследованием, у тебя ещё есть немного времени. — Да, Аманда, — андроид резко очнулся в доме Хэнка. — Глянь, мирная демонстрация, — Куплинов развалился на диване, смотря новости. — Нам надо в отдел, — Коннор бросил короткий взгляд на экран телевизора. — Что, с мандой поболтал? Сочувствую, она ёбнутая. — Mandoi, — шепотом повторил андроид, выходя из дома вслед за Куплиновым, — что за слово такое дурацкое?