Смурфетта?!

      Сине-зелёные глаза девочки-смурфика открылись довольно резко, и в них незамедлительно ударил яркий свет. Окончательно проснувшись, Смурфетта села на кровати и стала осматриваться. Эта комната была похожа на библиотеку и лабораторию одновременно, что-то вроде главного зала в доме Гаргамела, только намного светлее, чуть более аскетичнее и несомненно чище, с поправкой на размер обитателей, конечно. Кучи книг на полках, несколько на столе, на стенах висят пучки самых разнообразных трав, от чего можно было бы заключить, что хозяин дома сведущ в зельеварении.        К Смурфетте пришло осознание, что вчерашний день был не порождением бредового воображения, а самой настоящей правдой. Да и, её сломанная нога, по-прежнему постанывала, и тем сильнее, чем больше Смурфетта думала о боли в ней. Она грустно вздохнула и попыталась выбраться из кровати.       — Папа-Смурф сказал, что тебе нужно больше лежать, — произнёс кто-то сбоку.       Смурфетта вздрогнула, ведь осматриваясь она никого не заметила, но взглянув в сторону источника звука, который располагался за изголовьем кровати, она заметила смурфика, шапка которого постоянно сползала на его глаза, частично их закрывая. А откуда-то снаружи послышались шаги, что немного обеспокоило Смурфетту, ибо она сейчас была не в том настроении, чтобы с кем-то общаться. Но едва раздался стук в дверь, неуклюжий смурфик, помчавшийся открывать дверь, запнулся и приземлился на кровать, а если быть более точным, то на ногу Смурфетты, сломанную!       — А-аааа! — взвизгнула от боли Смурфетты и со всей силой на какую была способна сбросила Растяпу на пол, от чего тот перекувырнувшись пару раз врезался в стол.       — Кто ты такой? И где я? — хмуро смотря на смутно знакомого смурфа, спросила Смурфетта; определённо не самое лучшее начало для знакомства.       — Я — Растяпа, а ты в Смурфидоле, в доме Папы-Смурфа, — потирая затылок, залепетал смурф, хотя он довольно быстро пришёл в себя, очевидно, что для него частые падения и ушибы были неотъемлемой частью жизни, с которой тот научился справляться.       Посмотрев на него оценивающим, и даже немного убийственным, взглядом Смурфетта убедилась, что имя этому смурфу точно подходит. Однако, уже в следующее мгновение Смурфетта поняла, что уже давно ничего не ела, и её живот предательски заурчал и голову наполнили мысли о мясной похлёбке со смурфиничным соусом собственного приготовления, даже слюна потекла от воспоминания вкуса.       — У вас здесь пленников хоть кормят?       — Ты не пленник, — заметил вошедший в дом смурф, на лице у которого были очки. В руках он держал поднос с едой, — а вот и твой завтрак, хотя сейчас уже 10 часов утра, если тебя это волнует.       Без происшествий вошедший прошёл от двери до кровати, на которой лежала Смурфетта и поставил поднос на колени гостье. Несмотря на то, что ей была неожиданно приятна такая забота, ведь Гаргамель никогда не приносил ей завтрак в постель, хотя сам о чём-то подобном грезил вслух, когда рассуждал о богатстве и власти, увиденное на подносе её слегка огорчило.       — Смурфиника и овощное рагу? — как-то обреченно констатировала она. — А мяса у вас нет?       — ЧТО?! — отскочили от неё смурфы едва она это произнесла. Смурфетта была шокирована не меньше этих двоих, ещё бы, ведь они теперь на неё смотрели, как на людоеда или, если хотите, смурфоеда.       «Долго я на этой кроличьей еде не проживу. Вернуться что ли к Гаргамелу? Да нет, не стоит», — думала Смурфетта, поедая тушёные овощи с усердием заедая их смурфиникой, ибо они были слегка пресноваты, во всяком случае для Смурфетты, привыкшей солить блюда вдоволь.       — Я, кстати, Благоразумник. Но ты можешь называть меня просто Умником, — представился тот, в надежде развеять неуютное молчание, когда его шок от услышанного прошёл, а Смурфетта расправилась с едой.       — И много вас таких?       — Каких «таких»? — не понял Благоразумник.       — Ну, таких… похожих друг на друга? — спросила Смурфетта, ведь смурфики ей казались, за вычетом некоторых внешних особенностей, абсолютно одинаковыми.       — Нет, мы все уникальны, — сказал добродушно Растяпа.       — Надо только приглядеться внимательнее, — наставительно сказал Благоразумник.       — И долго я должна отбывать у вас в плену? — спросила Смурфетта, не желая оставаться ни одной лишней минуты в этой, как она думала, дыре. Но не столько из-за предупреждения Гаргамела о том, что он, якобы, всегда знает её местоположения, а сколько из-за собственной неприязни ко всему, что связано со смурфами.       — Ты не пленница, а гостья, в доме Папы-Смурфа! — сказал Благоразумник, — А уже сегодня к вечеру Мастер и Архитектор закончат строительство твоего домика.       — Моего домика?! — спросила возмущённо Смурфетта.       — Ну да, надо же тебе где-то жить, — сказал Благоразумник саму-собой разумеющуюся вещь для любого, но только не для Смурфетты.       — Спасибо, конечно, за гостеприимство, за еду и помощь, — начала запинаясь Смурфетта, — но вам не кажется, что я существо вольное.       — Но даже вольному существу надо где-то жить, — сказал Растяпа.       — Вот именно, Растяпа, — обратился Благоразумник к тому, а затем повернулся к Смурфетте, — и потом, как ты в таком случае собираешься зимовать в лесу?       — А кто сказал, что в лесу?       — Ну, насколько я понял, дорога в хижину Гаргамела тебе теперь заказана, — сказал Благоразумник.       Смурфетта обречёно повалилась на кровать, они были правы, ей действительно было некуда идти, она совершенно не знала мир, в котором жила, но знала достаточно, чтобы понять насколько суровы могут быть силы природы, чтобы запросто уничтожить её, такую маленькую и незначительную. Но она решила, что надолго в Деревне не останется и отправится, когда будет обладать достаточным количеством знаний и умений, в том числе и магических.       — Ваша взяла, я остаюсь, — безразлично произнесла она.       — Ура! Смурфетта остаётся с нами! — прокричал Растяпа и вылетел из домика, попутно спотыкаясь о собственные ноги, а в следующие мгновение в дверном проёме появился никто иной, как Папа-Смурф.