"Нам крылья даны чтоб разбиться о землю..."

Рядом с головой спящего Игараси происходила какая-то возня. — Подожди, идиот, куда ты его вставляешь? — А разве это идет не в эту дырку? — Нет, кретин, эта дырка для другого! Пока ее не трогай! — Хорошо-хорошо. Давай тогда с этой разберемся. Значит, держишь вот так и вставляешь. Ой, промахнулся! — Держи ровнее. И крепче! Черт, выскользнул! — Я держу, держу. Давай попробуем сначала: значит, берешь конец, зажимаешь его пальцами, потом потихоньку вставляешь в эту дырку. Смотри-ка, получилось! — Ну, наконец-то! Теперь давай в другую дырку. — А еще не рано? На картинке нарисовано как-то по-другому... — Да кого интересуют картинки?! Я это уже делала, так что слушай меня. В другую дырку вставил? — Да. — Так, теперь засунь поглубже. И вот теперь можно приступать к третьей дырке. — Что, так сразу? Может, передохнем? У меня руки дрожат. — Никакого отдыха, ты же сам утверждал, что я не знаю ничего, чего не знаешь ты. — Но я как-то не предполагал, что ты будешь учить меня вязать крючком… — Вы что, издеваетесь?! Вы мне такой сон испортили… — Игараси сел на постели, раздраженно поглядывая на опекунов. — Мало того, что из-за вас я не могу встречаться с женщинами, так вы и во сне мне развлечения обламываете! — Кстати о женщинах… — ангел опустилась на правое плечо подопечного. — Почему у тебя нет постоянной подружки? — А почему у тебя нет чувства такта? Это не твое дело. — Нет уж, раз я здесь, то это мое дело. Любовь — это же замечательное и светлое чувство. Когда ваши сердца бьются в унисон, когда вы понимаете друг друга с одного взгляда, когда… — …когда не поймешь, нужен ли ты сам, или только твой кошелек, — зло закончил за нее Игараси. — В моем положении любовь опасна и коварна. К тому же, от нее одни проблемы. Я предпочитаю оставаться в здравом уме. — Возможно ли, что ты никогда не был влюблен? — Мисаки ошарашено уставилась на парня. Не ответив, Тора поднялся с постели и скрылся за дверью в ванную комнату. Ангел с облегчением заметила, что он начал надевать на ночь нижнее белье. — Слушай, Чернушка, я знаю, что должна поставить тебя в известность, но даже не думай мне возражать. Я собираюсь вызвать Купидона, — она не спрашивала, она ставила перед фактом. — Валяй, — равнодушно ответил демон, развалившись на подушке Игараси. Внезапно раздалось веселое «Йу-ху!» и перед высшими силами предстал молодой человек в одной набедренной повязке и в сандалиях с маленькими крылышками. — Послание для демона Усуи! Послание для демона Усуи! — Я тут, — демон сел и уставился на посыльного. — Вам сообщение, — гонец откашлялся и начал зачитывать нараспев, театрально вытянув одну руку перед собой, а другую прижав к груди. — Крылатый Изумруд желает вашего присутствия в своих покоях. Закончив, он поклонился и собрался улетать, пробормотав напоследок что-то вроде «Пользуйтесь услугами Гермес-курьер», но Мисаки остановила его и что-то коротко шепнула на ухо. Кивнув, посыльный улетел. Когда он растаял в воздухе, ангел почувствовала, как кто-то подошел к ней сзади вплотную. Крепкие уверенные руки легли ей на плечи и медленно скользнули вниз к запястьям. Она затаила дыхание, не в силах скинуть с себя навалившееся оцепенение. Браслет взаимного слежения соскользнул с руки, но она не обратила на это внимание, затаившись и ожидая большего. Чего? — Не скучай, — раздался над самым ухом голос демона, а затем он исчез вместе с хозяином, оставив после себя чувство холодного одиночества. *** — Итак, Крылатый Изумруд, у тебя есть что-то для меня? — Усуи уставился на зеленого ангела. — Прошу, не называй меня так. Нужно было соблюсти конфиденциальность. Учти, этого разговора никогда не было, и информацию ты получил не от меня. — Мы не в детском саду, — раздраженно бросил демон. — Что ты узнал? Оглянувшись по сторонам, словно в его каморке мог кто-то притаиться, Зиг быстро зашептал. — Эта история больше похожа на страшилку для молодежи, но есть основания считать, что она произошла на самом деле. Ангел и демон, которые полюбили друг друга и отказались от вечности. «Падшие». Никто не знает точно, что с ними случилось, но, говорят, их видели у Аида. — У Аида? Но туда могут попасть только… — Вот именно! Понимаешь, на что им пришлось пойти, чтобы быть вместе? Говорю тебе, брось эту затею. Говорят, двухголовый тогда впервые рассердился, и с тех пор само слово «падшие» под запретом. — Но как они?.. — задумчиво пробормотал демон. — А ты подумай, что держит нас здесь? — загадочно прошептал ангел, слегка расправив крылья и вновь сложив их за спиной. Усуи пристально посмотрел на него расширившимися глазами. То, на что намекал зеленый ангел, казалось нереальным, бредом сумасшедшего. Нет, такой способ равносилен самоубийству, отречению от самого себя… — Это все, что я могу тебе сказать. Но лучше выкинь эту историю из головы. Ты же демон, зачем тебе такие сложности? — Зиг с надеждой взглянул на приятеля. — Действительно, зачем?.. — задумчиво пробормотал демон. *** Выйдя из ванной, Игараси с ужасом понял, что опять остался наедине со своим ангелом. Однако, в этот раз она не набросилась на него с нравоучениями, а лишь загадочно поглядывала, улыбаясь. — Чего тебе? — огрызнулся парень, не в силах больше выдерживать ее взгляд. — Ничего. Радуюсь, что сегодня твоя жизнь изменится. — Надеюсь, что нет. Сегодня у меня встреча с главой клана якудза, и я буду более чем признателен, если ты останешься дома. — Ах, любовь никогда не спрашивает, подходящее ли сейчас время… — театрально закатила глаза Мисаки. Раздался тихий шорох, и воздух рассекла миниатюрная стрела, вонзившись в пятую точку парню. — Что за… — Игараси удивленно разглядывал предмет, который вытащил из своего тела. — Так, внучек, немного выше и левее! — раздался старческий голос, за которым прилетела еще одна стрела. К счастью, на этот раз она промахнулась и затерялась в складках постели. — Сказал же левее, бездарь! — рядом с Мисаки появился седой старичок в набедренной повязке, сопровождаемый голым малышом с луком и колчаном стрел за спиной. Оба перемещались с помощью небольших белых крылышек. — Вызывала, дочка? — обратился старичок к ангелу. — Извини, вот, мальца учу. Сам-то уж стар, рука не та стала. — Купидон? Да уж, старик, заслужил и ты немного отдыха, — Мисаки похлопала его по плечу. — А это Амурчик? Ангел наклонилась к малышу. — Привет! Как успехи? — Да никак! Этот старый маразматик забыл, куда надо целиться, вот и приходится стрелять наугад, — сердито пожаловался юный бог любви. — Не забыл, а отстал от жизни! — поправил его старик. — У современной молодежи сердце может быть и в пятках, и в кошельке, и в ж… в других местах. Пойди там сходу разберись! — Кхм! — решил прервать дружескую встречу Игараси. — Надеюсь, этот отряд не последует за нами? Он сердито уставился на своего ангела, отчего та вжала голову в плечи. — Но они теперь не отстанут, — жалобно оправдывалась девушка. — Если уж любовь решила, что ей пора прийти, то никуда от нее не спрячешься. — А ты уверена, что любовь сама вдруг решила прийти ко мне? — давил на нее Тора. — Ну, кхм, пора бы тебе уже, кхм, в общем, лучше уж сейчас с этим покончить, пока у тебя есть помощники… — Про таких помощников обычно говорят «с такими друзьями и врагов не надо». В общем, чтобы я их сегодня не видел и не слышал, — парень скрылся в гардеробной комнате. — Дочка, а он нас что, видит и слышит? — прошептал опешивший Купидон. — Долго объяснять подробности, но да, — так же шепотом ответила Мисаки. — А напарник твой где? — Тоже долго объяснять… — Эх, ну и нравы у современной молодежи… — опять посетовал Купидон. Появившийся в стороне Усуи смотрел на компанию серьезным сосредоточенным взглядом. По дороге на встречу Игараси старался игнорировать своих спутников, особенно наставления пожилого бога любви молодому. Сегодня он должен был быть официально представлен главе клана якудза, с которым сотрудничала его семья. Страшно было представить, чем грозит малейшая оплошность, допущенная на этой встрече. Машина остановилась перед большими воротами, которые, как и дом, были выполнены в традиционном стиле. Во дворе гостя поджидала шеренга членов клана, ведущая ко входу в дом. Соблюдая правила, парня проводили внутрь, в просторную комнату без мебели, застеленную татами. Глава дома появился в традиционном кимоно, носящем расцветку его клана. Поклонившись и представившись, стороны приступили к осторожной беседе, прощупывая друг друга и наводя мосты для дальнейшего сотрудничества. Заскучав, Мисаки и Усуи задремали каждый на своем плече, а Купидон с Амуром отправились знакомиться с домом и его обитателями. Глядишь, подвернется новый клиент… Дождавшись, когда официальная часть беседы закончилась, и принесли угощения, Игараси извинился и вышел, решив воспользоваться возможностью сходить в туалет. Засмотревшись на убранство дома, он свернул не в тот коридор и налетел на человека, который шел ему на встречу. Потирая ушибленный подбородок, парень взглянул на человека, который стоял перед ним и потирал лоб. Когда взгляд Торы встретился с дымчато-серыми глазами девушки в кимоно, его сердце на миг остановилось, приняв в себя точно выпущенную стрелу. Потрепав ученика по голове, старый Купидон довольно усмехнулся. Вернувшись домой, Тора прямо в одежде завалился в кровать, накрыв голову подушкой, и отказался разговаривать с кем-либо. Оставив попытки узнать, что стряслось с их подопечным, ангел с демоном устроились на соседней подушке. Мисаки строчила отчет, когда Усуи вдруг нарушил тишину. — Скажи, Снежинка, почему ты решила вызвать Купидона? Ты ведь даже не знаешь, что такое романтическая любовь. Мы лишены возможности ощутить ее. Оторвавшись от отчета, ангел задумалась. — Я просто знаю, что так и должно быть. Чувствую, что эта любовь нужна людям. Демон придвинулся ближе. — А что ты чувствуешь сейчас? — он наклонился и поцеловал ангела в губы, после чего в упор уставился ей в глаза, надеясь увидеть в них то, что ожидал. Промелькнувший в ее глазах страх сообщил ему, что он не ошибся. — Ты ведь тоже почувствовала это, да? — Почувствовала что? Что это? — прошептала девушка, не в силах оторвать взгляд от зеленых глаз демона. — Любовь, — одними губами сказал он. — Это невозможно, — ответили ее глаза.