Яблоки, морковь, резина и озон

Снаружи светло, чистый воздух, радость, жизнь. Летние игры, осенний урожай спорт-сладостей, зимние забавы в снегу, весеннее пробуждение природы. Робби не интересовало то, что наверху. В его подземном Убежище времена года почти не отличались друг от друга. На полу хлюпает вода — сезон осенних дождей. Не ливней, но все же частых осадков, которые повышали уровень грунтовых вод, подтапливающих Убежище. Снаружи мерзко, противно, выходить вообще не хотелось. Хотелось только поплотнее завернуться в рыжий пушистый плед под цвет его любимого кресла, съесть огромный торт и задремать. Навалило снега через люк — снаружи зима, значит, надо не забыть одеться потеплее, вылезая наружу с целью свершения очередной пакости. Опять хлюпает вода после сезона-нападавшего-в-люк-снега — это весна, снаружи все тает, и, хоть природа пробуждается от зимней спячки, самому Робби снова хочется много спать. Летний сезон был терпим, и омрачался только необходимостью безвылазно сидеть внутри неделю или две, слушая вопли детей и не имея возможности как-то заткнуть их. Это происходило всегда в самом начале, когда весна только-только уступала лету, и в воздухе еще витали запахи пробуждающейся природы. Инстинктивное влечение альф и омег друг к другу, животная страсть, отключающая разум похоть — чушь собачья! Это вопрос самоконтроля и выдержки! На дворе двадцать первый век, разум в человеке восторжествовал над инстинктами. Вот неприятные ощущения — это да. И постоянное раздражение, когда бесит каждый резкий звук и запах, и повышенная, несколько болезненная чувствительность тела, сильно обострившееся обоняние и прочие радости эструса. Ну, течки. Ох, и поиздевалась же природа, присовокупив к росту, телосложению и темпераменту Робби физиологию омеги! Омежек всем подавай маленьких, тоненьких, слабеньких, ласковых. А Робби — ходячий парадокс, которого никто не рассматривал всерьез. Он никому такой был не нужен. Судьба привела Робби в Лентяево, и здесь он неожиданно прижился. Маленький тихий отдаленный городок, никто не знал Робби раньше, а значит, скрыть свою физиологию будет легче легкого. Никто даже не подозревал о его природе. Замечательно. И никаких альф, у которых напрочь срывает тормоза, стоит только учуять феромоны омеги. А во время течки проклятая физиология значительно повышала их концентрацию! Нет, тут альфы были, Робби точно вычислил троих. Один так стар и лыс, что растерял весь нюх и нашел себе даму сердца по зову именно сердца, а не физиологии. Дама сердца тоже была уже не в том возрасте, но все прелести характера альфа-самки мэр испытывал на себе в полном объеме. Третий же был так мал, что только недавно научился сам чистить зубы и завязывать шнурки, и не будет представлять для Робби опасности еще лет десять. Лентяево было отличным местом: ничто не тревожит душу, не к кому испытывать подсознательное влечение, когда весной физиология пытается одержать верх над разумом. Время опять-хлюпающей-на-полу-Убежища-воды подходило к концу, на улице вовсю цвела весна, готовая вот-вот сорваться в лето. Скоро. Семь-десять дней самой течки и предшествующие ей пять-восемь дней какого-то неясного душевного томления и едва уловимых отголосков. Вот уже и одежда как-то стала раздражать кожу, и любимое рыжее кресло отчего-то надоело. Отсчет пошел? Или это все психосоматика, которая вызывает фантомное ощущение того, чего он ждет и боится? … В любом случае, у него есть неделя на пакость, которая надолго обезвредит детей, чтобы они его не раздражали своими воплями!

~~~

Развратить нежные детские души сладостями и фастфудом? Растолстеют, отяжелеют и не будут прыгать и бегать за Спортадурнем? Робби мерил шагами свое Убежище. Нет. Это он уже пробовал. Агитация Спортакуса в пользу здорового образа жизни работала безупречно. На сладкое клюнет только самый мелкий. Если не преподнести им вредную пищу как… Взгляд Робби упал на машину, изготавливающую сахарные яблочки для Спортакуса. Работа кипела до глубокой ночи. Вымотанный Робби, уже забывший, что ткань одежды раздражала кожу, а кресло надоело, укладывался в него спать, не сводя глаз с реконструированной машины и целого мешка поддельных овощей и фруктов. Лень-сладости, хе-хе. И, как вишенка, венчающая торт — сочное красное сахарное яблочко специально для Спортакуса! Супергерой будет обезврежен, в это время вредная еда успеет разойтись по холодильникам ничего не подозревающих детей! Его гениальный план безупречен!

~~~

… кроме нескольких моментов. Перед исполнением своих гениальных планов надо хорошо отсыпаться, иначе заснешь, прислонившись к опоре брезентового козырька овощной лавки. Да так, что отклеится половинка накладных усов, выдавая детям настоящее имя продавца овощей и фруктов. И ребятня, наученная горьким опытом, внимательно проверит свои покупки. А Спортакуса, обезвреженного сахарным яблоком, надо лучше запирать. И внимательно обшаривать карманы на предмет спорт-сладостей, потому что в этот раз синий энерджайзер сумел немного прийти в себя и дотянуться до кармана, где у него оказалась припасена морковь. Во всем виноват этот проклятый синий супергерой, заставивший детей полюбить активный образ жизни. Чертов Спортакус. Он оставался для Робби загадкой. Альфа? Бета? Омега? Человек ли он вообще? А то и вовсе робот, не ведающий усталости и сострадания к бедному Робби Роттену, жаждущему лишь одного — побыть в тишине и покое! Запрограммированный вечно прыгать, кувыркаться и выкрикивать лозунги о пользе спорта и здорового образа жизни! Определить по запаху? Нет. Это только в слезливых дамских романах за нежными омежками на десять метров тянется шлейф аромата клубники со сливками, приманивая брутального мускулистого альфу, благоухающего кофе с корицей. Человек пахнет человеком. Человеком, ежедневно соблюдающим правила личной гигиены. Мылом и шампунем. Может за день немного вспотеть от физических нагрузок. И пропитывается запахом своих занятий и предпочтений. Мисс Бесси Деловая пропахла свежестью выстиранного с порошком белья и огурцами из своих омолаживающих масок. Жадный вечно ноющий мальчик-омежка пахнет краской, используемой для печати банкнот, и немного бензином от своего личного автомобиля. Про Спортакуса Робби точно сказать не мог: тот слишком быстро двигался, чтобы понюхать его, не вызывая подозрений. Наверное, пахнет своими любимыми яблоками. Он столько их ест, что скоро из ушей полезут! Вот волосы хорошо впитывали запахи. Может, именно поэтому во многих древних культурах считалось позором показываться на людях без головного убора? Нотка аромата, позволяющего безошибочно определить принадлежность к одному из типов по физиологии размножения, в обычное время скрывалась среди других запахов. Обоняние обострялось только в те самые дни, когда Робби уходил в добровольное безвылазное заточение в убежище. А в обычные же дни… Не занюхивать же Спортакусу то, что у него под шапкой? Кстати. Робби никогда не видел Спортакуса без его дурацкой спортивной шапки.

~~~

Робби никогда не видел Спортакуса без его дурацкой спортивной шапки. Эта мысль пришла к нему уже перед сном. А мозг был только рад вцепиться в любую ерунду, чтобы не засыпать, размышляя над ней полночи. Нет, правда, — думал Робби, ворочаясь в своем рыжем пушистом кресле. Спортакуса вообще никто и никогда не видел без шапки. Спортакус в этой шапке бегал, прыгал, ел, спал. А моется он тоже в ней? Гениальное злодейское воображение тут же нарисовало сцену в душе: широкую загорелую спину, по которой стекают струи воды… Но, к счастью, на спине не зациклилось, а сосредоточилось на том, как Спортакус моет голову, намыливая шампунем эту чертову шапку! Робби тряхнул головой, изгоняя из нее голого Спортакуса и выкидывая ему вслед намыленную шапку. Может, она купальная? Решил Спортадурень поплавать, натянул тесную шапочку, а потом не смог снять? И очки у него на лбу… Плавательные? Робби крутанулся, укладываясь на другой бок. Нет, купальные шапочки другие. У Спортакуса колпак, только кончик не торчит, а лежит сбоку, особо не привлекая внимания. Колпаки разные бывают! Если Спортакус ходит и спит в одном и том же, может, весь его спортивный костюм и дурацкая шапка — … пижама?! Или вдруг какой-нибудь хулиган налил в шапку клей, и теперь Спортакусу ее не снять? Робби бы от души пожал руку этому хулигану! На секунду мелькнула мысль провернуть подобное самому, но тут же пропала: как сделать это незаметно, если Спортадурень вообще не расставался с шапкой? Робби сполз на пол, прислоняясь спиной к креслу и грустно обнимая подушку. Может, Спортакус под ней прячет что-то? Что испугает детей или опозорит его самого? А вдруг он лысый? Вот и не снимает шапку… которая опять занимает все мысли Робби! Ему портит жизнь даже не чертов Спортакус, а его жалкая шапка! Он плюхнул на пол подушку, улегся там и кое-как уснул, чтобы потом проснуться от боли в шее. Ворочаясь в своем кресле, весь остаток ночи Робби проклинал застуженную шею, гуляющие по полу сквозняки, шумных детишек, Спортадурня и ненавистную шапку! Ему нужно узнать, что под ней. Он скоро станет одержим этой шапкой.