Кто забыл учебник по квантовой физике?

Когда Кэра устраивалась на работу в Старбакс, она, как и любой заочник, ищущий дополнительный заработок, ожидала худшего: нервотрепку, недосып и маленькую зарплату. Но ей в этом смысле даже повезло. Как студентка, не имеющая опыта работы и умеющая заваривать только быстрорастворимый кофе, она успела многому научиться под эгидой уже умелой бариста (и по совместительству разнорабочей) по имени Норт. Норт работала здесь уже давно, принимала утреннюю смену и к новичкам — в отличие от управляющего — относилась снисходительно. Она считала, что никак, кроме как на ошибках, никакому делу научиться нельзя. Кэру, которая первое время по неосторожности добавляла в кофе слишком много сахара, путала названия сиропов и от волнения писала имена посетителей с ошибками, когда клиенту приходилось ждать свой заказ целых пятнадцать минут вместо положенных пяти, слова Норт даже... вдохновляли. Работать всегда проще, когда есть, на кого положиться, когда есть, кому довериться. Неудивительно, что когда Кэре пришлось перейти на вечернюю смену вместо дневной, она снова почувствовала себя не в своей тарелке. — Не переживай ты так, — сказала ей Норт, с которой они теперь могли видеться только по выходным. — Во всем нужно видеть хорошее. А хорошее, если присмотреться, действительно можно было увидеть. Вечером клиентов было гораздо меньше и были они уже не такие заведённые, как с утра, в час пик. В кофейне становилось тише, теплее, уютнее — в особенности тогда, когда наступали сумерки. Спокойствие, возвращавшееся сюда после долгого рабочего дня, очаровывало Кэру; даже когда ей приходилось кого-то заменять или работать допоздна, она не жаловалась — ей нравилось работать в такой приятной, беззаботной атмосфере. Кроме всего прочего, у Кэры была на редкость хорошая память. Она старалась как можно чаще обращаться к знакомым покупателям по имени: такое внимание к собственной персоне вызывало у них улыбку и, как правило, хорошее настроение до конца вечера. Но в этот раз всё было по-другому. Сама не помня почему, Кэра была не в духе и с нетерпением ждала конца рабочего дня. Удача ей благоволила: клиентов оставалось немного. Когда к стойке подошёл очередной посетитель, она удручённо отстукивала ногтём по столу знакомую мелодию, игравшую по радио. — Добрый вечер, — сказала она и замялась, взглянув на молодого человека. Его вид отчего-то показался ей знакомым, и она обратилась к нему с самой очаровательной улыбкой: — Эм, Кевин? Он неловко огляделся и, поняв, что обращается она именно к нему, ответил, приложив указательный палец к груди: — Извините, но моё имя Коннор. Я здесь впервые, вряд ли вы меня знаете. Кэра опешила и схватилась за голову. — Ох, извините, заработалась, — неловко усмехнулась она, встречая на лице собеседника мягкую, понимающую улыбку, от которой она ещё больше покраснела. — Перепутала вас с кем-то. Что будете заказывать? — А что бы вы мне посоветовали? Мне нужно быстро и ненадолго взбодриться. Завязался разговор. Кэра с энтузиазмом рассказывала о том, как хорошо в такой ситуации выпить крепкий, ароматный эспрессо или вкусный, но горький холодный кофе с апельсиновым соком, а если совсем себя не щадить, то ристретто без сахара, но тогда лучше купить десерт, чтобы хоть как-то разнообразить вкус. Коннор слушал её с интересом и кивал. Когда он все-таки определился с тем, что хочет выпить чашечку эспрессо с шоколадным чизкейком, Кэра почувствовала какое-то... облегчение? Никто ещё не слушал её с таким умильным любопытством, с таким серьёзным и сосредоточенным выражением лица, не интересовался, что бы она сама выпила. Это было так приятно и так по-джентльменски. Кэра расслабилась и снова заслушалась радио: к ночи там всегда играло что-нибудь убаюкивающее. Между тем она невольно бросала взгляд на Коннора: хотелось поговорить с ним ещё раз и чуточку дольше, и если бы не работа, она бы обязательно так и сделала. Через два часа, когда пришло время закрываться, Кэра сняла фартук и, потягиваясь, сладко зевнула. В кафе уже никого не осталось. Перед выходом она как и положено проверила все столики на наличие грязи, мусора, перевёрнутых салфетниц и... учебников по квантовой физике. Здесь, за дальними столиками, всегда можно было найти занятых фрилансеров, гиков и студентов, поэтому Кэра не удивилась, а тут же оглянулась, надеясь, что его хозяин не ушёл далеко — и вспомнила, что осталась здесь совсем одна. Она покрутила книгу в руках и взглянула на обложку — и вдруг на неё напало чувство дежавю. Да! Она уже видела её в руках того самого Коннора, который был странно одет: слишком официально для того, чтобы просто выпить чашечку кофе, и поэтому так врезался в память. Кэра невольно улыбнулась: что это, если не прекрасный шанс встретиться ещё раз? В её голове промелькнула одна хитрая, но очень занятная идея, с которой она положила книгу в сумку и довольно закрыла кофейню на ключ.

***

Когда удача исчерпывается, на её место приходит карма и уже не благоволит, а натурально мстит за всё хорошее. Кэра убедилась в этом на следующий же день, когда застряла в пробке (а ведь думала ещё: может, на метро поехать?) и поняла, что простоявший полночи на зарядке телефон так и не зарядился. В любой другой день она бы уже вышла из себя, но сегодня у неё было особенно хорошее настроение: от предвкушения если не бабочки в животе летали, то какие-нибудь стрекозы — так уж ей не терпелось осуществить свой план и порадовать незнакомца. И вот, когда Кэра вбежала в кафе сломя голову, Норт, стоявшая за стойкой, тут же обратила на неё внимание — как и, впрочем, кучка зевак, сидевшая где-то в углу. Только бы не опоздать! — Что тебя привело сюда в семь утра? — посмеялась Норт и, дав Кэре возможность отдышаться, потрогала её лоб рукой: — Температуры вроде бы нет. — Сюда не приходил юноша в костюме и галстуке, с такой вот прической, — Кэра зачесала чёлку набок, представляя, как нелепо она сейчас выглядит. Но не это было важно — важно было не опоздать! Норт нахмурилась. — Да нет, это все, кто пришёл, — она обвела взглядом полупустую кофейню, а потом сказала с довольной улыбкой: — Погоди-ка, не он ли? Кэра обернулась: в дверях стоял тот самый Коннор, сонный и немного потрёпанный. Он медлительно поправил галстук и уже собирался подойти к стойке, но Кэра, ничего не слыша позади себя, опередила его, и так как он был всё-таки немного выше, Кэре пришлось поднять голову, чтобы заговорить. В миг стало неловко: вспотели руки и стало жарко так, что захотелось поправить хотя бы воротник. Несмотря на то, что никто, кроме Норт, не смотрел на них, Кэре было ужасно неловко вот так вот стоять перед Коннором на глазах у всех. Это было ещё более неловко, чем когда она назвала его чужим именем, и теперь от нелепости происходящего хотелось просто провалиться под землю. Коннор взглянул на неё с немым вопросом в глазах. Наверное, он уже дважды принял её за дуру, которая творит странные вещи. — Это ищешь? Нашла вчера на столике, — Кэра достала из сумки книгу, протягивая вперёд. — Боялась, что ты не успеешь забрать её до начала занятий. — Да, точно, — Коннор широко улыбнулся, и Кэра не смогла не улыбнуться в ответ, хоть и стояла сконфузившись и держа немного подрагивавшие руки в замке. — Спасибо! И за вчерашний кофе спасибо. Было очень вкусно. Пока. — Пока. Удачи! — сказала Кэра почти шёпотом. Когда Коннор вышел, Кэра наконец-то выдохнула (у неё всегда было так много свободного места в легких?). Норт не пришлось звать — она подошла сама. Она точно всё слышала. — Ох, и что это такое было? — улыбнулась она и толкнула Кэру в плечо: та, словно статуя, не шевельнулась. — Честно? — сказала Кэра. — Я и сама не знаю. — Только не говори мне, что не могла оставить книгу на стойке и дрыхнуть ещё целое утро. Ну давай, рассказывай: он тебе понравился? Кэре хотелось оправдаться, хоть она и понимала, что от Норт ничего нельзя скрыть: она слишком наблюдательная и умная, чтобы не заметить подвох. Она уже всё поняла без лишних слов, может потому, что сама была влюблена: кто как не Кэра знала об их с Маркусом личной жизни. — Не прыгай выше головы, — усмехнулась она в ответ. — Может мне просто захотелось сделать человеку приятное. — И поэтому глаза у тебя сейчас горят, как фейерверки, — Норт подмигнула ей, собираясь вернуться к работе. — Обязательно расскажи мне, как сделаешь ещё что-нибудь приятное. Кэра тут же покраснела, ощущая жар в груди. Да, он понравился ей, но не в этом смысле! Ей просто хотелось встретиться и поговорить с Коннором ещё раз: он показался ей интересным и умным человеком, а тут и шанс подвернулся — так почему бы и нет? Больше алиби она себе не придумала.

***

После этого Кэра надеялась, что больше никогда в жизни не увидит Коннора. Ей всё ещё было неловко и стыдно, и она просто хотела работать как раньше, не думая о случившимся. Но — назло или нет — Коннор вернулся тем же вечером и опять сделал заказ по её наставлению. Кэра невольно задумалась: пришёл ли он ради неё? Нет. Наверняка он был занят весь оставшийся день и не имел возможности прийти раньше. А потом дни закрутились вереницей: Коннор приходил всё чаще и чаще, и, как сказала Норт, только по вечерам: утром и днём она его ни разу не видела. Кэра надеялась, что подруга её не обнадёживает, потому что это и вправду было... приятно? И внутри всё немного искрилось, как после бокала хорошего шампанского, от мысли, что кто-то настолько дорожит встречей с тобой. Но бывали и дни, когда Коннор не приходил совсем (и почему-то извинялся за это) — тогда Кэра понимала, что скучает и большую часть времени только и делает, что ждёт его и думает, чем он занят, а когда он есть — наблюдает за тем, как он старательно что-то заучивает и упоенно записывает в тетрадь, жадно прикладываясь к чашке. Однажды их взгляды встретились по нелепой случайности, и Коннор улыбнулся ей, помахав рукой. Кэра тоже улыбнулась и хотела было поднять руку, но вовремя вспомнила, что перед ней стоит клиент, ожидающий заказ. И почему, не могла перестать думать она, почему от этого парня постоянно приходится краснеть и чувствовать себя неловко? Это какой-то его магический дар, тайная сила? А ещё Коннор никогда не заказывал кофе, не спрашивая Кэры. Это была их маленькая фишка — обсудить, казалось бы, обычный кофе, но так интересно, как нельзя обсудить историю авиации или вычислительную астрономию. После этого всегда оставался тёплый осадок внутри (или нет, думала Кэра в другой раз: это больше похоже на мягкую пенку горячего сладкого капучино, не иначе). Норт уверяла её в том, что это влюблённость — и этого никак не избежать. Надо сделать первый шаг и не бояться: она почему-то была уверена, что Коннор любит Кэру в ответ. Зачем же он тогда приходит сюда каждый вечер, не жалея ни своего организма, ни денег? — Он просто... необычный. Мне кажется, что он со всеми себя так ведёт, — попыталась оправдать его Кэра. Ей всё равно не верилось, что чувства взаимны (и когда она успела их признать?) — Да и ты сама, вообще-то, целый месяц добивалась признания от Маркуса! Не помню, чтобы ты торопилась сделать первый шаг. — Не попробуешь — не узнаешь, — пожала плечами Норт с ехидной улыбкой. — И вообще, может он рано или поздно перестанет сюда приходить. — Почему? — Ну а вот так: разлюбит кофе, полюбит чай — и прощай! — Да ну тебя, — усмехнулась Кэра, а внутри всё-таки представила, что больше никогда не увидит Коннора, как и хотела злосчастные пару недель назад, и поняла, что не испытывает ничего, кроме тоски. Так или иначе, торопиться Кэра всё равно не хотела. В тот вечер Коннор снова был здесь, но Кэра старалась не обращать на него внимания и думать о чём угодно, только не о нём. Её смена должна была закончиться через два с половиной часа, и он просидел столько же, дожидаясь, пока все не уйдут и Кэра не останется одна. Он не спешил собираться: медленно и рассеянно складывал книги, ронял ручку несколько раз, просил прощения, что задерживает. Кэра давно заметила его синие круги под глазами — доказательство бессмертного трудолюбия и усидчивости, которой можно только позавидовать. Кэре было жалко его. Она хотела, чтобы Коннор хоть немного отдохнул и перестал пить кофе литрами. Он же на вид умный парень, так неужели он не знает, что делает с собой? — Ещё раз спасибо за вкусный кофе, — сказал он, но не ушел. Ждал. В этот момент захотелось поверить, что все случайности были неслучайны. — Не за что. Коннор, ты помнишь, как я выручила тебя с твоим учебником по квантовой физике? — Помню, — кивнул Коннор, не понимая, что бы это значило. — Так вот, — улыбнулась Кэра. — Давай ты меня тоже выручишь? Выспись и отдохни. А потом... Потом приходи обратно. Я буду ждать. Коннор застыл с каким-то неверием в глазах — и улыбнулся так ясно и искренне, что Кэра не смогла сдержаться: подошла тихо, почти на цыпочках, и, коснувшись руками его щёк, коротко поцеловала, подавляя ураган внутри и чувствуя, что совсем скоро руки Коннора легли на её собственные, и поцелуй продолжился немного дольше, чем она предполагала. — Хорошо, обещаю, что всё так и будет, — снова улыбнулся Коннор, когда они всё-таки оторвались друг от друга, но рук не разняли. Его ладонь была большой, немного сухой, сильной и отдавала приятным теплом. Отпускать её Кэре никак не хотелось, но пришлось. Коннор проводил её до метро, рассказывая по пути об университете, факультете, на котором он учится и о злом и вредном преподе по фамилии Андерсон. Кэра слушала и слушала, и когда уже была дома, ложилась спать — вспоминала его голос, вспоминала, как соприкоснулись их губы, как они держались за руки, пока шли, и никто не мог увидеть их. Как Коннор неловко предложил свой пиджак, хотя на улице было совсем не холодно. Трудно было представить, что всё это время они и впрямь были влюблены — и просто молчали, дожидаясь момента истины. В ту ночь Кэра почти не спала. Норт как назло разбудила её рано утром: сказала, что дело не требует отлагательств и приехать на работу нужно прямо сейчас. По дороге Кэра поняла, что лучше бы осталась дома и приняла увольнение со всеми почестями: уж слишком сильно ей хотелось спать. Но Норт, оказывается, звала её совсем не поэтому. Она сразу кинулась на порог обнимать подругу. — Не говори мне, что ты разбудила меня, чтобы обняться, — пробурчала Кэра. — Что случилось? — На вот, посмотри! — Норт всунула ей в руки книгу и затаила дыхание. Это была квантовая физика. Тот самый учебник Коннора. — Извини, я ещё не совсем проснулась, — предупредила Кэра, прежде чем спросить: — Что это значит? — Он принёс её и попросил передать тебе. Открой! Внутри оказалась записка с номером и скромная подпись "Может быть, сходим куда-нибудь?" Кэра не успела ничего сказать: Норт снова навалилась на неё с объятиями и поздравлениями.