Supremum vale.

***

Ехать вдвоём в машине и изредка смотреть друг на друга было непривычно. Вообще вся ситуация была непривычной. Привычными были лишь волнение и дрожащие руки. На удивление, дрожали руки у Саши, хотя обычно было наоборот. Следя за дорогой и украдкой поглядывая на Ледковскую, Ксения не выдержала и взяла её за руку, переплетая их пальцы. Буквально через минуту дрожь отступила, и Александра сильнее сжала руку девушки. Когда она оказалась в квартире Невской, то ноги сами повели её в детскую. И пока Ксюша звонила своему бывшему мужу и просила его забрать дочь с детского сада, Саша рассматривала многочисленные рамки с фотографиями и невольно улыбалась. Она видела Диону всего один раз, но девочка мгновенно запала ей в сердце. Ледковская смотрела на счастливое лицо ребёнка в объятьях матери и осознавала, что как бы сильно ей не хотелось изменить прошлое, она ни о чём не жалела, ведь иначе бы у Ксении не было такой замечательной дочери. Её мысли прервал голос девушки. — Может, чая? — Желательно, с валерьянкой. — Саша нервно рассмеялась и старательно пыталась отвести взгляд. — Простите, Александра Евгеньевна, но из успокоительного только вино. Ну если учитывать, что разговор будет не из лёгких, то вино в самый раз. Через несколько минут они сидели в гостиной друг напротив друга с бокалами в руках. — Мне так многое хотелось тебе сказать, но сейчас я даже не знаю с чего начать. — Саша грустно посмотрела на девушку, нервно закусывая нижнюю губу. — Могу лишь попросить прощение за каждое слово и за каждый поступок, которые тебя ранили. — Если ты сделал человеку больно намеренно, то… — Договорить Ксения не успела, ибо Ледковская перебила. — Господи, зачем ты запомнила эту фразу. — Я помню каждое слово. Но я не злюсь, на самом деле, никогда толком и не умела. И меня это жутко раздражает. Я всегда думала, что если бы мы были вместе, ты бы непременно пользовалась тем, что я не умею на тебя обижаться. Александра с нежностью посмотрела на Невскую и улыбнулась. — Я умею обижаться за двоих. — О, я это знаю, дорогая. — Ответила Ксения, тем самым вызывая звонкий смех у Ледковской. — Не ври, я не так часто обижалась. — Мне перечислить каждый раз? Александра сквозь смех ответила «Нет», и в тот момент Ксения вновь увидела именно ту женщину, в которую когда-то влюбилась. Такую настоящую, такую искреннюю, ту, ради которой Невская была готова на всё. — Я так сильно тебя люблю. В то же мгновение смех прекратился, и в льдисто-голубых глазах появились слёзы. — Ты никогда не говорила мне этого вживую. — Слёзы предательски полились из глаз, но Ледковская не обращала на них никакого внимания. Смотря в такие любимые глаза, женщина улыбнулась, тихо отвечая, — И я тебя люблю, так сильно. — На последнем слове её голос сорвался, и Саша попыталась отвернуться, скрывая слёзы. Ксюша поспешно забрала бокал из рук Александры, и оба бокала поставила на кофейный столик. После девушка прижала любимую женщину к себе, обнимая за талию и ласково целуя в волосы. Саша обняла её в ответ, тихо шепча извинения. Ей было так стыдно за своё поведение. Лишь услышав от Ксении слова любви, она поняла, как на самом деле сильно девушка её любила. Увидев в карих глазах неподдельную искренность, она ни секунды не сомневалась в том, что тоже любит, так сильно, как и представить себе не могла. — Я так ненавижу себя за то, что заставляла тебя страдать. Но если бы я вела себя иначе, то у тебя бы не было Дионы. — Да, но я родила её четыре года назад, можно было и раньше сказать мне о своих чувствах. — Ксения укоризненно посмотрела на бывшую преподавательницу, на что та лишь виновато опустила взгляд. — Я хотела, чтобы ты была счастлива. Со мной тебе бы было слишком сложно. Чем старше я становлюсь, тем я противнее, даже Вике сложно со мной. — Но ты не имела права решать за меня, это моя жизнь, мои чувства. И решать что-либо могу только я. Даже сейчас, когда я сказала, что не люблю тебя, ты просто отступила. Ты ведь знала, что я солгала. Но ты всё равно отступила, почему? — Я…я не знаю. Я просто растерялась, я не знала, что делать. Ты с таким отчаянием говорила, что не любишь меня. И я просто понимала, что ты устала, что ты больше не хочешь меня любить. А если ты не хочешь, то зачем мне говорить о своих чувствах? — Ледковская поспешно стёрла слёзы и отстранилась от девушки. — Саша, почему каждый твой необдуманный поступок как-то касается меня? Серьёзно, каждый раз ты поступала необдуманно, а потом сама же жалела об этом. Если бы ты хоть иногда думала о том, что ты делаешь, то всё было бы иначе. Если бы ты тогда не сказала, что рада, что больше меня не увидишь, возможно, я бы не переводилась в другой университет. Я ведь ничего не требовала, я в принципе понимала, что добиться от тебя хоть каких-то ответных чувств нереально. Я просто хотела хоть капли внимания, неужели я многого просила? — Ксения выпустила женщину из своих объятий и, потянувшись за бокалом, сделала несколько глотков вина. — Ну не могла я с тобой общаться, просто не могла. Мне было тяжело, не комфортно рядом с тобой, каждый раз я ощущала ту неловкость, которая была между нами. — Но сейчас ведь ты хотела общаться, почему? Александра тяжело вздохнула, нерешительно вглядываясь в карие глаза. — Мне хотелось быть хоть чуточку ближе к тебе, хотелось показать, что я никогда не испытывала к тебе ненависти или отвращения. Я надеялась, что твои чувства прошли. — Если ты так на это надеялась, то какого хрена при каждом удобном случае спрашивала меня о чувствах? Неужели ты думала, что я всегда буду тебя любить? Я не железная, и гордость у меня всё же есть. Ни один человек не выдержит, когда ему плюют в душу и просто втаптывают его чувства в грязь. А ты именно это и делала. Но я терпела, каждый грёбаный раз терпела, как-то оправдывала тебя и прощала. Саша тихо всхлипнула, когда увидела, как из любимых глаз катятся слёзы. Она взяла лицо Невской в ладони, ласково проводя пальчиками по щекам и тем самым стирая солёные капли. — Прости меня! Я так виновата перед тобой, так сильно виновата. Я знаю, что своими поступками буквально ломала тебя изнутри. Я всеми силами старалась заставить тебя меня ненавидеть, но в то же время хотела, чтобы ты любила меня, потому что меня никогда по-настоящему не любили. Меня всегда предавали и бросали. Любовь и семья всегда для меня были превыше всего, но твоя любовь… Она пугала меня. Пугала именно потому, что только твоя любовь была настоящей. — Знаешь, ты действительно невыносимая женщина. — Девушка нервно рассмеялась, вновь притягивая Ледковскую к себе и обнимая её за талию. — С тобой охренительно сложно. Угораздило же меня влюбиться именно в тебя. Александра улыбнулась сквозь слёзы и опустила голову на плечо девушки. Обнимая её и вдыхая сладковатый аромат её духов, она впервые за долгое время почувствовала себя счастливой. — Я даже не буду спрашивать, хочешь ли ты быть со мной, потому что ты придумаешь тысячи каких-то причин. — Саша хотела возразить, но Невская ей этого не позволила. — Мне плевать на каждую из них. Мы вместе и точка. — Вообще-то я хотела сказать, что не собираюсь ничего придумывать, потому что хочу быть с тобой. Я действительно этого хочу. Я хочу всё исправить. — Ледковская ласково провела по щеке девушки пальчиками и запечатлела на её губах нежный поцелуй. Ксения мгновенно ей ответила, притягивая вплотную к себе. В тот момент она поняла, что женщина правда хочет быть с ней, иначе она бы не поцеловала её. —Я люблю тебя, Невская. Так что поздравляю, тебе всё же удалось влюбить меня в себя. — Александра с теплотой и трепетом посмотрела на бывшую студентку и ласково улыбнулась. — Тогда я хочу получить свою награду. Звонкий смех женщины заглушил глубокий поцелуй. Зарываясь пальчиками в угольные волосы, Саша беспрекословно отвечала на поцелуй. Сплетая языки воедино, они пытались ещё сильнее прижаться друг к другу, хоть и расстояние между ними было в несколько миллиметров. Пытаясь буквально раствориться друг в друге, они наконец-то просто наслаждались моментом, не ссорясь и не пререкаясь. Какое-либо недопонимание, которое было между ними, исчезло. Целуя друг друга с трепетом и любовью, они удивлялись тому, что им понадобилось столько лет, чтобы, наконец, быть вместе. Но Ксения точно знала, что страх любимой женщины всё ещё сидит где-то глубоко внутри неё. И она не позволит этому самому страху разлучить их. Она услышала то, что хотела. Саша призналась ей в любви, это самое главное. И теперь, зная о её любви, Невская ни за что на свете не позволит ничему и никому разрушить их счастье. Не для того она столько страдала, чтобы потом просто отпустить любимую женщину. Пусть Ледковская была невыносимой, но она была ЕЁ невыносимой женщиной. И Ксения ни за что на свете с ней не расстанется.