The choice.

С той вечеринки прошло всего два дня, а Лухан Линарес казалось, что она не видела старосту уже неделю. Уставившись в потолок оранжевой комнаты, девушка никак не могла забыть блеск глаз лазурного цвета в обрамлении густых черных ресниц. Такой прожигающий и проникновенный, переходящий то на ее губы, то на ее глаза, он тогда не на шутку растеребил душу девчонки. Никогда прежде, она не могла и предположить, что почувствует к этому человеку подобное. И это страшно взбудоражило ее и ей хотелось понять и ощутить ее влечение к нему по новой. В тот вечер их контакт прервали, так как ему пришлось внезапно покинуть ее. Учитель Мансилья позвал его для чего-то и он спешно удалился, оставив за собой шлейф упущенного момента и загадочного желания. Возможно, именно поэтому девушка изнывала от нетерпения и стремления вновь почувствовать себя значимой и желанной. Блондинка, которая раньше была очень далека от романтичности и подобного рода тягомотины, быстро встала с постели и уже в пятый раз за эти дни начала перебирать свой гардероб. - Лухи, что случилось? Сейчас семь утра. Ты что-то потеряла? Ты уже который день шаришься в своих вещах. – Марисса подняла свою голову с сумасшедшей прической и с удивлением смотрела на подругу. В последнее время она сама не своя. - Да, блин, ищу что одеть. - Линарес стало приятно, что ее самая близкая подруга ещё что-то видит вокруг себя кроме своих мэрских отпрысков. - Лухи, ну не переживай ты так из-за этого очкарика! Пусть катится со своей колбаской! Тоже мне фрукт нашелся! – Рыжая, искренне думала, что Лухи никак не может пережить разлуку с Маркосом. "И все-таки она ничего не замечает, кроме своих белобрысых" подумала блондинка. Вот она, как настоящая амига, сразу же заметила, что Пабло ревнует Мариссу к своему брату, а брат, возможно, уже даже влюблен в нее. Может Мари это тоже почувствовала, но делиться с Лухан вроде пока не собиралась и это немного обижало ее, поэтому блондинка тоже не торопилась излить душу и рассказать ей о Бласе. - Да, это не из-за него. Я предложила ему остаться подругами и найти себе настоящих парней. – Линарес глупо улыбнулась, сказав фразу, которую она где-то недавно прочла. - Ха-ха-ха! Вот это правильно! Вот это по нашему! – собеседница расхохоталась так, что чуть не упала с кровати. Удивительно, что их сожительница по комнате Лаура Арегги не проснулась от такого шума. Но по-видимому, у нее единственной, как всегда, был завал по учебе. - А зачем ты ищешь одежду? Тебе, что не нравится то, что ты носишь? – Мариска все не могла угомониться и понять. - Да так… - Линарес вдруг запнулась, не смея признаться, - я просто хотела выглядеть, как девушка. Мои шмотки все такие пацанячие. - Серьезно?! – Спирито подскочила к подруге и потрогала ее лоб. Лухан с неким упреком посмотрела на нее, и рыжая внезапно поняла, что совершила глупость. И естественно, она попыталась хоть как-то замять эту неловкую ситуацию. - Эээ…ну вообще-то это отличная идея! Давай сходим после завтрака к Колуччи, думаю она с удовольствием займется твоим луком. - Твоим чем? - Ну, образом, одеждой, макияжем и тому подобным, короче. - А, давай, до завтрака? – Лухан взбодрилась от этой идеи. В прошлый раз, Мия так постаралась, что спортивная девушка едва узнала себя в отражении зеркала. - Ладно, давай, – без особого энтузиазма ответила дочь модели, - ты, наверно, тогда иди, а я приду после душа. Девчонки разбудили Лауру и одновременно вышли из комнаты. Арегги решила пойти вместе с Лухан. Марисса же сразу же убежала в душевую. - Привет, Пилли! – в душевой девчонка встретила одноклассницу. - Привет. – голос дочери директора прозвучал без особой радости. И вообще, она как-то с упрёком посмотрела на Спирито. - Слушай, Марисса, а может ты помиришься с Пабло, простишь его и начнёшь встречаться с ним? От такого вопроса челюсть Мариссы больно ударилась об кафельный пол. - С хера ли я должна так сделать?! - Понимаешь, - Пилар приблизилась немного поближе, чтобы их никто не услышал, - ты только никому не рассказывай, ладно. Томас говорит, что Пабло специально издал это правило запрета поцелуев и обнимашек между мальчиками и девочками, потому что ревнует тебя к Фелипе. У вас что роман? - Что?! Какое такое правило?! Я не слышала о таком. – Рыжая громко возмутилась, хотя внутри ощутила приятную волну осознания, что блондин способен на такие глупости ради нее. – И вообще, нет у нас никакого романа с Фелипе! Мы просто друзья. - Конечно, просто друзья... - хмыкнула девушка. - Тогда вернись к Паблито. - Вернись к кому?! Да, ни за что! - Ну, знаешь, тебе может все равно, а нам такое правило не совсем удобно. Может ты хотя бы поговоришь с Пабло? - Что?! Да он даже слушать меня не захочет. - Ну пожалуйста! Я хочу обнимать своего Томми, когда захочу. – у Пилли был такой вид побитой собачки, что Спирито стало жалко одноклассницу. – Ну ладно, я попробую, но не обещаю положительный результат. = Девушка с дрэдами весело шагала по коридору, направляясь в сторону столовой. Мысли ее были заняты недавней информацией, которой поделилась с ней дочь директора. Если быть искренней с самой собой, то Спирито была довольна действиями Бустаманте и продолжала бы быть довольной, пока бы не увидела его, сидящим с недовольным выражением лица в компании с своим чернявым другом. Конечно же, не откладывая ни минуты, она забила на плохое настроение блондина и подошла к их столику. - Слушай, господин Президент, что за дурацкий закон ты придумал? – начало было начато в добром и веселом тоне. - Не понял? – огрызнулся парень. Это было слишком грубовато, и естественно, уже невозможно было ожидать положительную реакцию от Спирито. - Конечно ты не понял, ты ведь тормоз и сникерс тебе не поможет! Только дебилы могут придумывать законы, запрещающие целоваться и обниматься! - А вот оно что! – ехидно улыбнулся сыночек мэра. – Это правило придумано для того, чтобы воспитать и привить в наших учениках целомудрие. - Какое нахрен целомудрие?! Ты случайно головой не долбанулся? Бустаманте, ты что блин в девятнадцатом веке живешь?! - А особенно, оно принято, чтобы девчонки, как ты вели себя более воспитанно и менее доступно! – Он не думал отвечать на ее дурацкие вопросы. Ему хотелось задеть ее побольнее, и он выпалил оскорбления ей прямо в лицо. Его фейс оказался слишком близко, поэтому Марисса не сразу сообразила и смогла увидеть только его горящие глаза и близко расположенные любимые губы. - Ты идиот! Охуел что ли?! – Она опомнилась, схватила его за волосы и прошипела ему в губы. - Можешь засунуть свое правило себе в одно место, понял! Никто не будет его соблюдать! С этими словами голова с дрэдами развернулась и быстро вышла. - Мда! Вот так, попросила уладить... – прошептала самой себе сеньорита Дунофф. - Бля, у Спирито что ни день, то разборки. Не повезет ее мужу! – произнес с умным видом Гвидо, наблюдая за уходящей макаронной головой. - Конечно, он сразу повесится! – ответил ему блондин, а сам думал, что наверно отношения по своей сути созданы, чтобы периодически раздражать. Нельзя, чтобы между влюбленными было все идеально и спокойно. Главное, чтобы глаз не дергался и не хотелось убивать, а остальное можно пережить. Вот и сейчас, ему безумно хотелось сначала отлупить ее по соблазнительной попе, а потом любить до потери пульса. Вот это, по его блондинистому мнению, полноценные отношения, о которых он мечтает с прошлого года. = Злющая Марисса зашла в класс и шумно уселась за парту. Девушка дергала тетради и ручки, быстро на ходу придумывая план мести. При этом она совершенно забыла про свою подругу, которая тем временем, красивая, с отличной укладкой, легким дневным макияжем и в стильном коротком сарафанчике выплыла из розовой комнаты и вместе с Лаурой шла в сторону классов. В столовую они уже опоздали, но это теперь их мало волновало, так как небывалая ранее красота и легкость окрыляли женские молодые души. Проходя холл с большим количеством учеников, она вдруг увидела его. Лицо у блондинки залилось краской и подол ее одеяния показался ей слишком коротким. От смущения Линарес потянула сарафан вниз, при этом не смея отвести свои глаза от жгучего брюнета. Блас лишь на мгновение глянул на нее и с лицом полным безразличия, и что-то увлеченно ей объясняя, повернулся к Сол Риваролла. Весь его образ кричал, что он заинтересован этой ученицей, которая с нескрываемым желанием смотрела ему в глаза. Легкая улыбка и то, как он смотрел на ее губы, не ускользнули от внимания Лухан. С ощущением, как будто она старая, рваная швабра, некрасивая и никому не нужная, сиротка прошла мимо. Благо Лаура весело щебетала рядом, рассказывая какие красивые тени подарила ей Мия. - Лухи! Лухи, Господи, какая ты ничошная! – Марисса увидела подружку и не могла наглядеться. - Да? – грусть и безразличие в глазах ей было сложно скрыть. - Конечно! Ты моя красавица! Только ты что не рада? – Спирито душевно обняла и поцеловала ее. От этого у подружки навернулись слезы. - Лухан Линарес, вы свободны на эти выходные? Я хотел пригласить вас провести со мной несколько чудесных часов. – галантно спросил Лассен, и изображая из себя средневекового рыцаря, протянул руку, чтобы дотронуться до ее руки. - Придурок, убери свои сардельки! – выкрикнула рыжая, и больно ударила его линейкой по руке. - Ты дура, больно же! – цыган одномоментно забыл свое рыцарство и обиженно отвернулся, - просто она такая симпатичная в последнее время. Мне кажется, я влюбляюсь. - Ты не читал сегодняшний гороскоп? Ты сегодня не девятое чудо света! Никто не в восторге от тебя и тебе ничего не светит! Понял?! - Короче, Лухан, если ты согласна пойти погулять со мной, давай сначала придушим Спирито и закопаем в саду. - Идиот! Лухан ничего не ответила, а чернявый отсел и прошептал уже себе, - я люблю гороскопы, только в них я безмерно богат и женщины меня любят. - Прекрасно выглядишь. – вежливо подчеркнул Фелипе, поцеловал ручку рыжей и сел на свое место. Паблито не сдержался и фыркнул. - Тоже мне Ричард Львиное Сердце, блять! Зашел учитель Мансилья и началось тестирование. Занятые, кто списыванием, кто воспоминаниями, кто подглядыванием, ученики сами не заметили, как пролетела целая пара. Перенапряженные после звонка они вывалились в коридор колледжа. - Марисса, Марисса, пошли на выходные в кино? – Фели догнал дочь модели. - Пошли. Возьмём с собой Лухи? - Ладно. А, ты сделала домашнее задание по английскому? - Блин! Английский… - не успела она заныть, что забыла о предмете, как перед ней появилась святая троица из голубой комнаты. Мгновенно вспомнив, что должна отомстить голубоглазому Бустаманте девушка обернулась к собеседнику и впилась в его губы. Блондин из троицы разочарованно закрыл глаза и остановился. Видеть это было невыносимо, больно и досадно. - Сеньорита Спирито, что вы себе позволяете?! – раздался грозный голос Бласа. – Вы не в курсе о новых правилах?! - Конечно, я в курсе! А что меня теперь могут исключить?! – небольшого роста сеньорита нахально улыбалась и посмела дерзить. - Естественно. И причем немедленно! – Эредия взял дочь модели за руку и хотел повести в директорскую, но Фелипе внезапно вмешался. - Блас, вообще-то, это я ее поцеловал, не она. Она ни в чем не виновата. - Хорошо. – Бласу было наплевать кого вести к Дуноффу. - Отчислим тебя! - Нет! Это я его поцеловала! - Хватит! – рявкнул староста, - Бустаманте пойдемте со мной. Фелипе ушел вместе с брюнетом, все наблюдавшие смущенно притихли. Марисса отчаянно топнула ногой. - Ну что Спирито, спасибо! Из-за тебя исключат моего брата. – Пабло ликовал. - Пошел ты! Я тебе устрою ещё. Хорошо смеется тот, кто смеется последний! – изрекла она сердито. - Тот, кто смеется последний, обычно тормоз! – Один-один, они с Лассеном весело отбили пятерней. Что же, блондин умело дал ей ответ на ее недавний выпад в столовой. Удивительно, но толи не зная, что ответить, толи занятая уже мыслями о том, что по ее вине достанется Фелипе, Мариска развернулась и ушла звонить матери. Кто-кто, а Соня Рей должна помочь ей решить проблему со вторым Бустаманте. Она искренне переживала за него, так как по последним данным от Фелипе, она поняла, что Серхио не особо нравился приезд второго близнеца. Если на него пожалуются, его могут отправить обратно к матери. - Алло мам, привет! – Марисса все-таки решилась позвонить Соне. - Мариссита, детка, как дела? У тебя что-то случилось, моя звездочка? – Голос сеньоры Рей звучал так громко, что рыжуле пришлось отодвинуть от уха трубку. - Мама, у меня все нормально. А ты можешь заехать ко мне в колледж? - У тебя точно ничего не случилось? Я просто немного занята. - Точно! Так можешь или нет? - Я постараюсь детка! Не прошло полчаса, как знаменитая модель оказалась в дверях колледжа. На ее плечах красовалась новая шубка совсем не по сезону. - Мариссита, как дела? – она шумно подбежала к Спирито, стоявшей с Лаурой и Лухан, и наспех всех поцеловала. – Привет девочки! Лухан отлично выглядишь! - Мама, у меня к тебе просьба! Пошли поговорим. - Ты меня пугаешь! Пошли. – дочь с матерью пошли на улицу, чтобы поговорить на скамейке. - Откуда шуба? Тебе холодно? – Марисса с подозрением посмотрела на обновку Сони. - Да так, один хороший мужчина подарил. Я не успела отвезти домой.– Сеньора Рей довольно улыбнулась и прошлась ладонью по мягкому меху. - Это шиншилла! - Мама, а ты знаешь, как бедное животное мучилось, чтобы ты носила эту шубу? - Детка, не говори так про Колуччи! – мать попыталась грозно посмотреть на дочь. - Я говорю о шиншилле! - Конечно, жалко животное, но я не виновата. Ладно! Ну, что у тебя там? Пока Мариссита красочно рассказывала небывалую быль о том, как она совершенно, абсолютно, исключительно нечаянно наткнулась на губы Фелипе Бустаманте, и которого теперь по новым дурацким правилам школы хотят отправить обратно в Англию и из-за чего она чувствует свою непомерную вину, ее одноклассница, сожительница по комнате, и вообще, близкая подруга – Лухан Линарес в паршивом настроении сидела за компьютером и пыталась настрочить письмо своему опекуну. Увидев ее в одиночестве Гвидо Лассен присел рядом и начал осыпать ее комплиментами. - Гвидо, блин, хватит заливать, тебе же никогда не нравились девушки "терминаторы". – печально пыталась отшить его Лухи. - Не, это я так прикалывался, ты похожа на Солдат Джеки! - Какая Солдат Джеки? Может Джейн. - Да, в общем, какая разница. Пойдем в выходные куда-нибудь? – цыганский парень даже и не думал отстать. - Ой, уходи, а! Ты мне мешаешь… – не успела она сказать это, как вновь на горизонте появился Эредия, и девушка мгновенно передумала - хотя нет! Танцевать умеешь? - Конечно! - Покажи, пару па. - Пару чего? - Парочку движений со мной. Сможешь? - Вставай! - С этими словами парниша быстро подхватил девушку, очень сильно прижимая ее к себе и не совсем умело закружил по помещению. Довольный собой, он не сразу заметил внезапно оказавшегося рядом старосту. - Это что еще такое?! – голос Бласа был не просто громким, он был еще и взбешенным. Он резко разъединил танцующих. – Обоих на отчисление! - Блас, мы репетировали танец на выпускной. – спокойно ответила блондинка. И почему она перестала бояться его и ей стал нравится его гнев и ор? Наверно она становится извращенкой. - Какой, твою душу, выпускной?! Он у вас будет, если вы оба доживете до него, только в следующем году! Лассен, ты точно можешь не мечтать! – как только староста представлял, как этот черный мужлан лапает ее, у него начинали двигаться все лицевые мышцы под бородой. - Это я его попросила научить меня! – Линарес, увидев испуганные большие глаза Гвидончика, больше испугалась за него. - Блас, мы просто хотели порепетировать, – начал было несостоявшийся ухажер. - Молчать! Чтобы в первый и последний раз! Оба быстро ушли помогать убираться в столовой! – Ребята, услышав это, молча удалялись. - Стоять! – Вновь заорал староста, - Линарес, ты в картохранилище. Взяв ее за руку, Эредия уверенно двинулся в место, где редко бывают ученики. - Я сам научу тебя танцевать! – сказал он сердито. Лухан еле поспевала за его легкими и быстрыми шагами, чувствуя, как бешено летит впереди нее ее сердечко.