defeat

От него еще никто не уходил. Кэра делает судорожный вдох, выпрыгивая через распахнутое окно. Алиса в безопасности вместе с Роуз, а она... она вынуждена бежать по сверкающему белизной снегу, пока еще есть шанс оторваться. Пока еще есть вероятность спастись от приближающейся кары. Это становится все неминуемее. Все неизбежнее. Кэра ощущает тяжелую поступь Смерти за своей спиной. Нервы сдают, а дыхание то и дело сбивается — она только лишь человек, а ее преследователь — совершенная машина-убийца. Новейшая модель «Кибер-Лайф» для поимки преступников, к коим с недавних пор относится и она. ,,Только лишь пыталась защитить жизнь невинного ребенка...,,- скажет она в свое оправдание, только вот никому это неинтересно. Кэра — убийца, а значит Он имеет право стрелять на поражение. Сердце пропускает удары — впереди вырастает проволочное ограждение. Как в тот раз, когда Он все же впервые упустил свою цель. Как тогда, когда Кэра осмелилась попросить снисхождения у совершенного андроида. Холодной вычислительной машины. Беззвучно. Только лишь глазами. И, Чудо, Он — отпустил... или просто не захотел рисковать своими микросхемами, поскольку столь отчаянных и сумасшедших людей надо бы еще поискать. В ушах до сих пор звучали громкие сигналы проносящихся мимо авто. Пойти на все, лишь бы не быть загнанной в клетку. Лишь бы остаться свободной. Она была нужна Алисе тогда. Теперь у девочки есть Роуз... Вот Кэре удается перебраться на другую сторону. Но преследователь явно учел предыдущие ошибки, поскольку появился совсем не с той стороны, с какой ожидалось. Коннор срезал путь. Коннор оказался чересчур близко. Тупик. Это — тупик! Коннор с силой швыряет монетку, так что та врезается в дерево позади Кэры. Уходит глубоко в кору. Нечеловеческая мощь. Он мог бы переломить ее голыми руками. Он мог бы убить ее прямо сейчас на вполне законных основаниях. «Попытка к побегу карается смертью». В ее случае это точно так. Общество считает Кэру опасной серийной убийцей. И все равно, что она убила одного лишь Тодда в целях самообороны. Слухи ширятся, расползаются черными тенями и вселяют страх в людские сердца. Мечты о спокойной жизни в Канаде занесет снегом. Он настиг ее и теперь зачитывает приговор. Кэра закрывает глаза и стискивает кулаки. Коннор проводит анализ преступницы параллельно со своим монологом. Ему интересны ее реакции. Ему импонирует ее воля к свободе. И к жизни. Коннор достает пистолет и наставляет его на беглянку. Ей должно быть известно, что в случае неповиновения, ему предписано стрелять непокорной преступнице в сердце. На поражение. Кто кого поразил? И оба знают, что она побежит. И оба знают, что выстрел разорвет морозную тишину зимы. Она снова не сдастся. А он не может сделать промах во второй раз. Не может уступить. От него еще никто не уходил. Коннор смотрит в спину бегущей Кэры. Его палец замирает на курке. Кэра считает до пяти. На «пять» острая боль должна прошить ее насквозь. Но не прошивает. Пуля пролетает мимо. Он промахивается нарочно? Конечно же — да. Эта модель — идеальный стрелок. Но зачем, почему? Кэра падает в сугроб сбитая с ног. Она понимает, что проиграла заочно. Но никак не может взять в толк — почему этот выстрел так и не прозвучал? Андроиды не могут чувствовать. Они не могут проявлять эмпатию, но... Коннор смотрит на нее так, будто верит в ее невиновность. Будто знает ее мотивы. Будто... сопереживает ей? Нет, должно быть привиделось. У Кэры кружится голова, поскольку андроид передавил ей грудную клетку, когда они боролись. Стальные браслеты щелкают на запястьях. Вот и все. Кэра ощущает на себе взгляд Коннора, который продолжает изучать ее. Разбирать по клеточкам. По атомам. Она навсегда вобьется в его память. Как и он в ее. От него еще никто не уходил. Задание выполнено идеально.