Слепая любовь

Сегодня брат обещал познакомить со своим возлюбленным. Я был поистине взволнован, ведь это будет первая встреча. У моего братишки было много ухажеров, но до знакомства с семьей дело доходит впервые. Неужели он наконец-то остепенился? Я мечтательно вздохнул. Вот бы и мне найти своего альфу. Единственного и неповторимого… Подойдя к зеркалу я критично осмотрел себя, разглаживая подол туники и поправляя замысловато заплетёную косу. Улыбнувшись своему отражению и тотчас услышав звонок в дверь, я побежал встречать гостя. Как только вышел в коридор, папа-омега ободряюще улыбнулся мне и пошел открывать дверь. — Добрый вечер. Альфа легко улыбнулся, немного склоняя голову для приветствия. Я с интересом пробежался взглядом по альфе, что пленил сердце моего брата. Брюнет с карими глазами и азартной искринкой в них, волевым подбородком, статной фигурой, по которой видно, что тренажерным залом парень явно не брезговал. Красив, ничего не скажешь. Я перевел взгляд на брата, что держал под ручку своего кавалера, а тот лишь усмехнулся, видимо заметив мой оценивающий взгляд. Я покраснел и отвел глаза. — Винсент, — представился альфа, и осторожно взял ладошку моего папочки, поцеловав ее. Тот кокетливо захлопал глазками и представился в ответ: — Миллан. Альфа еще раз подарил свою очаровательную улыбку и вручил папе квадратную коробочку, в которой пряталось сладкое лакомство под названием торт. — Ну что Вы, не стоило. — вернул улыбку папа и, взяв десерт, понес его на кухню. Дальше к Винсенту подошёл отец. Альфы пожали друг другу руку, так же обмениваясь любезными улыбками. — Роберт, — представился а-папочка и отошел на пару шагов назад, впуская в квартиру. Заметив, как все выжидающе уставились на меня, я немного суетливо вздрогнув, вызвал очередной смешок брата и подошел к гостю. — Уильям… — смущенно потупив глазки прошептал я. И что это сегодня со мной? Взрослого альфу что ли никогда не видел? Всё смущаюсь и бурчу. Винсент не долго думая взял мою ладошку и, перебрав пальчики, нежно поцеловал их. Меня будто током прошибло, и я окончательно зарделся, тихо проблеяв: — Приятно познакомиться… — Полностью взаимно, — альфа подмигнул мне, а я повторил действие за отцом, впуская пару внутрь.

***

— Хорошо Вам добраться! — папочка-омега разве что платочком не махал в след нашему гостю. Никольс, мой брат, чьего избранника мы провожали, брезгливо скривил носик и пошел к себе в комнату. Когда Винсент скрылся в лифте, я побежал за братом, желая все еще раз обсудить и поделиться впечатлениями. А делиться было чем, его альфа ясно произвел на всю нашу семью фурор. Вежлив, почтителен, внимателен, галантен… А уж как он смотрел на моего брата! Можно только мечтать, что какой-нибудь альфа будет смотреть и на меня с таким же полным обожания взглядом. Стоило только пересечь порог комнаты Никольса, как послышался раздраженный вздох: — Уф, ну наконец-то! Думал они никогда не распрощаются. Я непонимающе окинул брата взглядом. Вроде все прошло хорошо, о чем я и поспешил сообщить Нику: — Да ладно, все же хорошо прошло. Винсент прекрасно держался. — Еще бы он не держался. — Ник фыркнул, в очередной раз поджав свой носик. — Кстати, — брат закопошился, перебирая шкаф и кидая тунику мне в руки. Я, поймав вещь, пробежался взглядом. Шикарная, мягкая (для убедительности я потерся о нее щекой) туника. Да еще и новая, вон ценничек не отрезан даже. Глянув, за сколько была приобретена данная вещь, вылупил глаза и посмотрел на брата. Он, хмыкнув, продолжил. — Нужна? Не знаю в каком секонд-хенде её раздобыл Винсент, но я носить такое не буду. Если не заберешь, выкину. Я еще сильнее вылупил глаза, хотя сильнее,казалось, уже некуда и молча ткнул Никольсу ценник. Тот только закатил глаза, буркнув: — Ой, и что? Этот идиот коллекции попутал. Куда я в ней выйду?! Прошлый век! Я пожал плечами, довольно уставившись на обновку, с любовью разглаживая ее. Мы хоть и не бедствуем, но подобные вещи за подобные деньги родители позволить нам не могли. Я уже хотел было открыть рот, чтобы посплетничать и еще раз услышать историю знакомства Ника и Винсента, только теперь из его уст, но тот, пробурчав, что из-за этой встречи и так все его планы пошли коту под хвост, и у него еще много дел, выставил меня прочь.

***

После каждого посещения Винсентом нашего дома, мое сердце ёкало все сильнее, и я уже совершенно не знал, что с этим делать. Голос разума, что этот альфа занят, и занят не кем-то, а братом, слышался все меньше, а желание увидеть его правильные черты лица, услышать бархатистый голос, заглянуть в шоколадного цвета глаза было все сильнее. И почему он смотрит своими влюбленными глазами на Никольса, а не на меня?! От обиды поджав губы, я в очередной раз критично осмотрел себя в зеркало. Сегодня снова должен прийти Винс… Мечтательно закатив глаза, я расплылся в улыбке. Вот только воспоминание о том, как Ник обращается с альфой, заставили меня сникнуть обратно. Я уже давно понял, что братишка мой Винса не любит, а лишь нагло использует. И вечные презрительные смешки Никольса в сторону альфы, а так же его «Ой, этот идиот ничего запомнить не может», «Опять все попутал», «Деньги есть, а вот очередь за мозгами отстоять забыл» и мерзкое хихиканье заставляли меня желать вырвать брату язык и расцарапать его личико. Уж кто-кто, а Винсент за мозгами отстоял (в отличие от того же Ника). Ведь то, что он своими силами создал, поднял и пятый год поддерживает на плаву одну из самых знаменитых компаний говорит о многом. Единственное - в людях не разбирается, и то, что его выбор пал на моего брата, тому самое явное доказательство. Но это поправимо. Еще раз глянув на свое отражение и довольно улыбнувшись,я решил наведаться в комнату брата. Что-то Винсент задерживается. Зайдя в комнату Ника, я удивленно окинул того взглядом. Омега валялся на диване, лежа на животе, беспечно болтая ногами и сидя в телефоне. Собираться и готовиться к встрече он, видимо, не собирался. — Винсент задерживается? Никольс повернулся на меня, вопросительно поднимая брови, а после, пожав плечами, бросил:  — Не придет. — и уткнулся обратно в телефон. — Работа, да? — я разочарованно хмыкнул и уже было хотел выйти из комнаты, как услышал ответ на свой вопрос. — Нет. В больнице. Слова "сердце в пятки ушло" не опишут весь мой ужас, который я испытал. Я медленно повернулся к брату, и пробормотал:  — Он там кого-то навещает, да? Никольс посмотрел на меня как на идиота. — Нет. — брат отвёл голову и уткнулся обратно в телефон. — В аварию попал. — Что?! Что с ним?! — я вцепился в руку Ника, на что тот зашипел и, зло глянув на меня, выдернул свою руку из моей хватки. — Почему ты сидишь?! Нужно ехать к нему! Папочки!.. — Поняв, что Никольс никуда ехать не собирается, я рыкнул и вздернул брата за плечи. — В какой он больнице?! Никольс продолжил шипеть, а после выплюнул: — Какая разница где он?! Он теперь калека! Слепой! Все, аривидерчи. Винсент выбыл из игры! Ногти впились в плечи Ника, на что тот вскрикнул, отталкивая меня. — Ты больной?! — Номер! Номер больницы! — Ой, ну и вали ты к этому инвалиду! Давно заметил, как ты на него смотришь. Да только не надейся! Он теперь наверняка и деньги свои потеряет! Как фирмой то руководить? Бесполезный болван! — видимо, заметив мой взгляд и желание расцарапать любимому братцу личико, Никольс все еще в истерике прокричал. — В семнадцатой! В семнадцатой он больнице! Еще раз окинув презрительным взглядом Ника, я сорвался с места.

***

Как добрался до больницы и не вспомню. — Винсент… Винсент Прайс в какой палате? - обратился я в регистратуру. — А Вы кто? — омежка за окошком бегло осмотрел меня и продолжил пилить ноготки. Действительно! Чем еще можно заняться, когда у них в больнице люди умирают… Ну… Не умирают… Но все равно! Лежат, мучаются, болеют! — Какая разница?.. Я хочу его увидеть. — Что значит хочу увидеть? Вы что, в музей пришли полюбоваться? Я аж зубами заскрипел от злости. — Знакомый я. — Знакомого не пущу. — регистратор пожал плечами, начиная перебирать бумажки, создавая видимость занятости. — Я жених его. Жених. — Из знакомого в женихи? — омега презрительно фыркнул — В любом случае было сказано к господину Прайсу никого не впускать. — Он в сознании? — получив кивок в ответ, я поджал губы. — Скажите, что к нему Уи… Никольс Харрис. Если не пустит, тогда уйду, а так с места не сдвинусь. Регистратор картинно закатил глаза и, взяв телефон, набрал какой-то номер, быстро поговорил и снова поднял на меня взгляд. — Третий этаж, шестая палата. Я кивнул, краем глаза заметив, что омега вернулся к пилению коготков. Быстро поднявшись по лестнице, я влетел в нужную палату. — Ник… Ник, это ты?.. — и столько надежды в его голосе, столько ожиданий. И как ему сказать, что мой братишка-мразь бросил его, наверняка найдя уже себе очередного «фаворита» в женишки. Я глянул на Винсента… Взгляд пустой. И вроде бы направлен на меня, но и в тот же момент как бы сквозь. Неужели действительно не видит? Совсем-совсем ничего не видит? А будет ли вообще когда-либо теперь видеть? Я поджал губы. И что мне теперь ему сказать? Что это я — Уилл? Он наверняка меня видеть не захочет… Как смешно... Увидеть он меня и не сможет. Но смысл фразы от этого не меняется. Уильям ему здесь не нужен. Но что же мне тогда сказать ему? Ему наверняка нужна поддержка. И он хочет видеть... Видеть его. Что же. Решено. — Да, любимый. Это я. Повезло, что голос у нас с братом схож. Да и по внешности мы почти идентичны, русые, длинные волосы, серо-зеленые, по мне, так болотного цвета глаза, да и веснушки на носу и щеках. Обычные, довольно-таки миловидные омежки, даже два года разницы, что нас с братом разделяют, не сильно добавляют разницы во внешности. Хотя… Ему это все равно сейчас не видно. Поджав губы, я подошел к кровати, на которой лежал предмет моих бессонных ночей. Сев на колени перед койкой, взял его руку в свои ладошки и прислонил к щеке. Тот хотел было вскочить, но я аккуратно надавил на его грудь. — Лежи… — Ник… Никольс, это правда ты? Родной… Я всхлипнул, потираясь щекой о его руку. Он наконец-то так близко… Но зовет не меня… Но… Не важно. Главное, что б Винс поправился, а там уже решим. Да. Сейчас главное его здоровье. — Да, это я… Я так волновался за тебя! Так испугался… — еще раз всхлипнул, почувствовав, как по щеке покатилась слеза. — Как ты? Как ты себя чувствуешь? Винсент весь сжался. Я прям почувствовал, что он напрягся как струна. — Ник, ты же знаешь… Что я теперь слепой? — альфа сжал мою ладонь, видимо сам того не замечая. Я поежился. Больно… Но говорить, ничего не стал, лишь кивнул. А после вспомнил, что он не видит. — Знаю. — И что… Что ты будешь делать? Если ты уйдешь, я тебя пойму. Зачем тебе калека? — я хотел уже было возмутиться, но Винс продолжил, сильнее сжимая мою ладонь. — Точнее я даже буду на этом настаивать. Зачем тебе, молодому, красивому омеге себе жизнь портить? Да и… Договорить я ему не дал. Подскочив, и забрав, покрасневшую, от сжиманий ладонь, я всхлипнул. А потом еще раз, и еще раз, начиная реветь. — Эй, ну ты чего? Ник, Ник, мальчик мой, успокойся… Я не обижусь, правда… — Да как?.. — все же прожевав слезы и сопли воскликнул я. — Да как ты можешь?! Как?! Я же люблю тебя! Люблю! А ты… Ты! Ты что, меня прогнать хочешь?! Я плюхнулся на пол у кровати и на взрыд разревелся, размазывая рукавом туники сопли по лицу. Я даже не заметил, как Винсент вставать начал, и только когда тот чуть накренился надо мной, практически падая, я подскочил, подставляя ему свое плечо. Он на ощупь нашел мое лицо и нежно погладил по щеке, убирая слезы. Я замер и поднял на него заплаканные глаза. — Мальчик мой, прости… Я не думал… Не хотел тебя обидеть. Я люблю тебя. Только тебя, ты же знаешь. — я закивал, а альфа, почувствовав это, улыбнулся. — Ну вот. Молодец… Все, успокойся, не плачь… Хорошо. Все у нас будет хорошо. Всхлипнув последний раз, я осторожно помог переместиться Винсу на кровать, садясь рядом. Именно в этот момент к нам постучались. Я подпрыгнул от неожиданности. Винсент немного привстал. — Войдите. В палату вошел альфа. Он прошелся вопросительным взглядом по мне и повел носом. Точно! Запах! Я испуганно уставился на Винсента. Неужели он понял, что это я? Да, у нас с Никольсом есть схожие нотки в запахе из-за родственных связей, но запах все равно отличается… И отличается сильно. Так как же этого не заметил Винс? — Винсент, это кто? — Я вздрогнул, и снова перевел взгляд на альфу, про которого уже успел забыть. Услышав голос, Винс расслабился и улегся обратно на подушки. — Это Никольс. Не узнаешь? Хотя ожидаемо, вы же всего лишь один раз виделись. Альфа прищурился еще раз внимательно разглядывая меня. — Но это же… — я испуганно вытаращился на гостя, начиная отрицательно махать головой. Тот замолчал, задумываясь. Винсент же воспринял заминку по-своему. Гордо вскинув нос, он прижал меня к себе, я только пискнуть и успел. — Что это же? Невозможно? А я тебя говорил… Говорил, что он не бросит, что любит. — Никольс, выйдем? — я насторожился, но кивнул. Он может сейчас спокойно выдать меня, а так есть возможность договориться. — Зачем он тебе? — видимо насторожился не только я. Я прям почувствовал подозрительный прищур Винса. — Ничего с твоим омегой не случится. — отмахнулся посетитель, делая упор на слово «твоим». — Да, котенок, — я сморщил носик, вспоминая, как Ник постоянно зовет… Звал этого мощного альфу «котенком» — не переживай. Я быстро… Я встал, оставляя альфу позади. Но стоило только покинуть палату, как альфа схватил меня за шею, прижимая к стене. — Гос…сподин… Вы чего? — оказывается говорить, прижатым к стене, не очень удобно. Это было больше похоже на хрип. — Господин? А что не узнаешь меня, Никольс? — Я не Никольс-с, Гос-сподин… — Будто я не заметил. Кто ты? — злое шипение в лицо, у альфы только слюни не летели. — Я его брат. Уильям… Альфа хватку ослабил, и я наконец-то сделал столь нужный мне вздох. — Что, Уильям, ты оказывается менее брезглив, чем твой брат? То, что он калека, не отталкивает, главное при деньгах, да? Я сморщился. Теперь моя очередь негодовать и шипеть. — Да что Вы себе позволяете?! Какие деньги?! И он… Он не калека! Он поправится! Я верю! Поправится! Альфа еще раз презрительно оглядел меня, но отпустил. — Чего ты добиваешься? — Он. Никольс, ну, то есть брат мой… Ехать не захотел! А Винс. Он так на него смотрит! Так любит! Я узнал, что он в больнице… Его же поддержать надо. Чтобы он поправился… Всегда поддержка нужна. Не знаю, что этот альфа понял из моего лепета, но хмыкнув, и отпустил мое горло окончательно. Я стремительно потер его, прогоняя воздух туда и обратно. — И что же ты намереваешься делать, благодетель? Я уже было собрался высказать ему действительно все свои благие намерения и все свои переживания по поводу Винса, как услышал из платы какой-то грохот. Подскочив, мы вдвоем влетели в палату. Винсент сидел на полу, и зло шипел потирая свою попу. Как только мы ворвались, он поднял на нас голову. — Чего явились, голубки? — Да какие голубки? — я подскочил, помогая альфе подняться. — Ты что творишь, Винс! Ведешь себя как ребенок… Зачем с кровати слез? Альфа, который мне так и не представился, презрительно глянул на меня, но смолчал, что дало мне надежду, что мой секрет останется секретом. По крайней мере пока, до поры до времени… Но все же… Почему Винс не почуял, что я это не Никольс?..

***

— Никольс, солнышко, можешь помочь мне? — я оторвался от нарезки овощей, оглянулся на зов любимого и подошел к нему. — Что в этом абзаце написано? Я глянул на бумагу и нашел, что же именно нужно озвучить моему альфе. Да, нас выписали всего неделю как, а Винсент уже копошится в бумагах компании, попутно изучая шрифт Брайля. Альфа, что тогда пришел в больницу к Винсенту, оказался его правой рукой и лучшим другом, зовут его, как я потом узнал, Филип Фостер, да и мужчиной он оказался не плохим. Просто знакомство с моим братом по видимому оставило свои впечатления. Зато сейчас вон как подсуетился, все важные документы перевел на шрифт Брайля, дав таким образом возможность Винсу работать и не чувствовать себя бесполезным. Я же как мог помогал, зачитывая то, что не понятно, а так же помогая по дому и в хозяйстве. Все важное мы перенесли на первый этаж, теперь кабинет и спальня были в шаговой доступности, и не нужно было наворачиваться на лестнице. А я сам и не сразу заметил, как перебрался жить к альфе в дом… Как же больно было первое время наблюдать, как мой любимый, некогда такой сильный и уверенный в себе альфа, сейчас как слепой котенок медленно передвигался по комнатам, беспомощно выставляя руки вперед, боясь врезаться в очередной угол или напороться на предмет мебели. Но даже в таком состоянии нельзя было не заметить силу воли альфы. Каждый раз врезавшись во что-то, он поднимался и продолжал путь, опираясь лишь на свой слух, а так же на трость, которая помогала ему периодически довольно-таки ловко огибать диваны да кресла. Да-да, обоняние я в этот список не внес не просто так. Его, как оказалось, у Винсента тоже отбило, но это временно. По крайней мере в этом уверены врачи, утверждающие, что потеря нюха является побочным эффектом приема некоторых лекарств. Но в данном случае это даже хорошо. Именно из-за этого мой секрет останется секретом. В очередной раз вспомнив, в чем именно состоит мой секрет, я расстроенно поджал губы. С одной стороны то, что Винсент считает меня Ником, постоянно называет это имя, так ласково и нежно зовя меня… А точнее его, причиняло жуткую боль. С другой стороны, только так я могу любить и быть любимым… Я хныкнул и вернулся к приготовлению ужина, так как Винс уже давно обратно погрузился в чтение документов рельефно-точечным методом.

***

С каждым днем мне было все больнее и тяжелее. Уже месяц. Месяц как я вру Винсенту, откликаясь на чужое имя. И если вначале заботы о альфе занимали все мое свободное и не очень время, не давая сильно задумываться о моих действиях, то теперь, когда Винс приловчился справляться со своим недугом, ведя вполне самостоятельную жизнь, иногда даже пытаясь помочь мне по хозяйству, свободного времени у меня становилось все больше. И обычно в это время я занимаюсь никому не нужным самокопанием в своих действиях и наматыванием соплей на кулак, жалея Винсента и бедного любимого себя. Как долго? Как долго мне еще нужно будет называться именем этого мерзавца? А уж о старшем брате у меня теперь стало очень негативное мнение. На следующий день, после того как альфа, на котором Никольс собирался жениться, попал в больницу, тот нашел себе нового хахаля и умотал в отпуск! Даже родители, что все это время сквозь пальцы смотрели на выходки брата, сказали, что уехав, он может не возвращаться. На что Никольс пожал плечами, и сказав, что мальчик он большой, денег у его ухажеров достаточно, а молоко на его губах обсохло давно, он покидал вещи в чемодан и умотал в неизвестном направлении. У о-папочки тогда чуть инфаркт не случился, а этому хмырю хоть бы что. Даже братом его больше называть не хочу. Окинув взглядом первый этаж нашей двухэтажной квартиры, в которой я живу уже с месяц, может чуть больше, я уже в третий раз пошел протирать пыль с полочек. Винсент ушел, а если быть точнее, уехал на работу. Да, водить машину он сам более не мог, но личный шофер с лихвой решал эту проблему. На работе же теперь все документы печатались в двух вариантах, один по стандарту, на обыкновенном принтере, второй же шрифтом Брайля. Плюсом буквально на днях в интернете я нашел чудо-очки, они оснащены миниатюрными камерами, светодиодами и микрокомпьютером. Камеры фиксируют изображение, а затем передают информацию компьютеру. Миниатюрное устройство обрабатывает данные, после чего посылает сигналы владельцу очков в виде световых вспышек. С помощью этих сигналов незрячий человек может узнать, какой объект находится перед ним. В комплект очков также входят наушники. Камеры считывают информацию, которая после обработки передается и через наушники. Это помогает различать номера автобусов или узнавать расписание поездов. Одним словом замечательное устройство. И никакие глаза не нужны. Ну, это я шучу конечно. Кстати очки продавались в разных оправах, поэтому после примерки с десятки разных вариантов, удалось подобрать те, что сели на Винса идеально, делая его еще более… Импозантным что ли? Эти чудо очки от обыкновенных отличались только тем, что справа в дужке очков в аккуратной, маленькой черной коробочке как раз и прятались все камеры, провода и платы. Но общий вид это все равно не портило. Посмотрев на время, я потер переносицу. Скоро придет Винсент, пора готовить ужин. Я уже было полез за овощами и уткой в холодильник, как меня отвлекло пиликанье телефона. Несколько раз повертев телефон в руке, ловко ввел пин-код, что стоял на разблокировке телефона и открыл СМС, что получил от Винса. «Милый, сегодня идем в театр. Заеду за тобой в 20:00. Будь готов.» В театр? Это еще зачем? Винсент же все равно ничего не увидит. Что ж. Так и спросим: «Зачем?» Ответ последовал незамедлительно. «Как это зачем? Ты как-то обмолвился, что любишь театр… Вот и хотел тебя сводить. Что, я не могу порадовать любимого омежку?» Я иронично поднял бровь. Никольс? Любит театр? Я поджал губы. Я-то вот театр люблю, только вот откуда это Винсенту знать? Видимо Ник ляпнул что-то не подумав, а Винс запомнил… Хороший он альфа, внимательный. Жаль, что не мой… Не мой… Даже сейчас его сердце полностью отдано Никольсу, как бы я не старался. Ну и ладно! Зато хоть представлением наслажусь! Вот всем на зло! Приодев одну из своих самых нарядных туник, облегающие джинсы и, распустив волосы, осмотрел себя в зеркало. Поджав губы, хмыкнул и кивнул сам себе. Не плох, что еще сказать. Жаль только, что Винс этого не увидит… Но все равно хочется, чтобы рядом с таким альфой был только подходящий ему омега. Что ж, до выхода осталось еще полчаса, поэтому от нечего делать я стал плести себе всякие разнообразные косы и замудренные прически, но поняв, что все как-то не то, вернул волосы в первоначальное состояние и как раз в этот момент услышал звук подъезжающей машины. Еще раз пробежавшись глазами по своему отражению, пошел на выход.

***

На самом деле в начале спектакля я чувствовал себя не уютно, постоянно думая, каково сейчас Винсу, но его ободряющие поглаживание по ладони придавали уверенности и спокойствия, и в какой-то момент я сам не заметил, как был полностью поглощен действием на сцене. Под конец спектакля Винсент встал и куда-то ушел. Я уже было хотел помочь ему, но тот лишь отмахнулся и сказал, чтоб я ждал здесь. Ну вот, что этот альфа опять удумал? Мне теперь сиди и волнуйся, куда этот самостоятельный вновь направился. Устало вздохнув, я продолжил смотреть последнюю сцену. Вот уже актеры вышли на поклон, а Винсента все нет. Я нервно огляделся: ну куда он запропастился? Выискивая любимого альфу среди других зрителей, я больше не обращал внимания на сцену. А зря. Моя пропажа была именно там. Заметив копошение на сцене, я все же решил осмотреть и ее, а после, округлив глаза, уперся взглядом в середину сцены. Винсент стоял на ней и держал в руке микрофон. Сделав в него, что-то наподобие «кхе-кхе», таким образом привлекая внимание всех зрителей, что уже собрались разойтись по домам. Ожидаемо все перевели взгляд на альфу, видимо решив, что представление окончено не до конца и расселись по местам. Я же никак не мог поверить, что там забыл мой Винсент. — Сегодня для меня очень волнительный день. Поэтому попрошу чуточку Вашего внимания, в котором, я надеюсь, вы мне не откажете. Зал тихонько загалдел. А Винсент на сцене явно волновался, хоть и держался мужественно. Интересно что же все-таки он хочет сказать? Давно не видел его таким смущенным. — В этом зале сейчас сидит один омега. Что важен мне как никогда. Которого я люблю всем сердцем. И с которым я хочу прожить всю жизнь. Это он про меня?.. Глаза защипало, и я отрицательно замотал головой. Не про меня. Про Никольса. Шмыгнув носом, стал слушать дальше. — Любимый… Ты выйдешь за меня? Как бы глупо не звучало, но мне показалось, что его взгляд обращен на меня. Конечно никакого взгляда не было… Но поворот головы и какие-то другие, не понятные мне ощущения, создавали именно это впечатления. Омежки вокруг радостно запищали, выискивая «счастливчика». Ну и какой же я счастливчик? Наоборот самый несчастный омега… Он хочет взять в мужья Никольса… Теперь у меня никаких шансов. Да и притворяться дальше смысла больше не было. Точнее смысл конечно был бы, он бы дальше считал меня Ником, все так же нежно звал по имени… И даже в постели! В постели наверняка бы звал его по имени… Нет, нет, я так больше не могу. Обман по любому надо было бы когда-то раскрыть… И видимо пора! Хныкнув носом, в попытке сдержать слезы, я выскочил из зала, направляясь в омежью комнату. Там сев на сидушку и подобравшись с коленками я заревел на взрыд, кусая губы до крови. Что мне ему сказать? «Винсент, я тут с месяц тебя за нос водил, Никольс уже давно на морях отдыхает, сказав, что калека ему не нужен?» Как он на это отреагирует? С ним же ничего не случится? А я?.. Как же я?! Он наверняка меня после этого видеть не захочет! А я же не смогу без него! Может… Может в окно выйти? А что… Ну что?! Я никого больше не полюблю… Да и… Не хочу… Хочу чтобы Винс любил меня… Что б, когда он обнимал меня сзади на кухне, он обнимал меня… МЕНЯ! А не Никольса! И что б когда успокаивал… Он успокаивал меня, а не Никольса… И что б в любви он признавался мне, а не Никольсу… не Никольсууу… А он все для Ника делает… Для этого глупого, жадного до не могу Ника… Ну вот, что он в нем нашел?! — Малыш, ты тут? Я подпрыгнул. Как он меня так быстро нашел? Как вообще нашел? И зачем? Я, я еще не готов… Я завыл от боли, боли в сердце, и мимо альфы это не прошло. — Слышу, что тут. Винсент зашел в туалет, и остановился около моей кабинки, постучав в нее. — Маленький мой, ну ты чего? Замуж не хочешь? Я отрицательно замотал головой, хлюпая носом и тихо завыв: — Хочууу… — Ну тогда чего плачешь? За меня не хочешь? — Ты что?! — я прям закипел от злости. Ну что опять за глупости?! — За тебя хочу! — я аж выть от возмущения забыл. — Ну, а что тогда, маленький? Ну ты только не плачь… Сердце разрывается. — Не могу не плакать… — ну вот, опять вою как побитая собака — Ты ничего не знаешь! — Что я не знаю, малыш? — Ничего!.. Ничего ты про меня не знаешь! Как можешь замуж звать, ничего не зная? — А что я о тебе не знаю, родной? Ты милый, открытый, интересный, добрый и умный омега… А самое главное, не бросил меня в переломный момент. О таком можно только мечтать. И моя мечта сбылась… Моя мечта это ты, Уильям. — Я не Уиль… — я замер. Уильям? как он меня назвал? Но… Откуда? Откуда он узнал? И как давно? И почему, почему не кричит, почему не ругается? Послышалось… Послышалось же? Я хлюпнул носом, и все же с тихо надеждой поинтересовался — Что?... Что ты только что сказал? — Что люблю тебя, Уильям. Люблю Уильяма Харриса. И хочу, что б он стал моим мужем. Уильям, ты выйдешь за меня? Я открыл дверь, смотря теперь уже точно на СВОЕГО альфу заплаканными глазами. — Выйду! Конечно выйду! Я бросился ему на шею. Он обнял меня и закружил, я запищал, боясь, что мы что-нибудь, да соберем собой, ведь в подобных кружилках и так легко ударится, а Винс же еще и не видит… Но этого не случилось. Накружившись, он уткнулся в мою макушку, мягко перебирая волосы. — Мой маленький, милый Уили. Стоило ослепнуть ради того, что бы прозреть и увидеть, кто на самом деле любит меня, а кого люблю я. Я уткнулся носом в его шею и довольно потерся о нее, а после все же озвучил мучавший меня вопрос. — Но… Как ты узнал? Альфа хмыкнул, и нежно поцеловал меня, именно МЕНЯ в висок, не думая, что рядом с ним Никольсом. — Мне обоняние вернулось с две недели назад. Но я и до этого начал подозревать, что ты не тот за кого себя выдаешь. По правде, я все же надеялся… Надеялся, что это Ник проявил свои чувства, решив поддержать меня в горе… Но внутри я понимал, что быть такого не может. И когда мой нос снова начал чуять запахи, я словно прозрел. Я вспомнил все наши встречи, вспомнил, как ты еще тогда пытался защитить меня от выходок своего братца, и какими глазами на меня смотрел… Вспомнил и прозрел. Спасибо тебе, Уильям… Что не бросил, что любил и терпел. Терпел, и дал мне возможность разобраться в себе, в своих чувствах. Уил… Я обещаю, что сделаю тебя самым счастливым омегой. Я люблю тебя, родной мой.