Винтерфелл
30 июня 2018 г., 21:07
Облобызавшись со своим другом, король первым делом направился в крипту. Королева не скрывала своего недовольства. Лайт её понимал. В крипте покоилась Лианна Старк, давняя возлюбленная короля. Если бы Рейгар Таргариен не похитил Лианну, она стала бы женой Роберта, но тогда он не стал бы королём. Женщина или власть? Лайту этот вопрос казался смехотворным. Конечно, власть! А вот король, похоже, выбрал бы женщину. Не раз и не два в присутствии Лайта король вздыхал о своей утерянной любви. Вздыхал и пил.
Королева в сопровождении своего брата и младших детей проследовала в Великий чертог. Тириона с ними не было: карлик предпочёл остановиться в Зимнем городке, в таверне, заодно выполнявшей функцию борделя. Принц Джоффри направился к старшей дочери лорда Эддарда, Сансе, и галантно поцеловал ей руку. Санса вся зарделась. Принц уже ушёл, а она всё вздыхала и смотрела вслед ему мечтательным взглядом.
Дура, подумал Лайт. Нахлебается она с ним горя, но это и к лучшему. Чем быстрее Санса разочаруется в Джоффри, тем быстрее можно будет женить принца на Маргери. Маргери, возможно, тоже придётся несладко, но это уже не забота Лайта: главное заполучить Тиреллов на свою сторону.
С разрешения мейстера Лювина Лайт посетил местную библиотеку. Там он провёл три часа, после которых его уверенность в том, что люди — единственная разумная раса Вестероса, поколебалась. Да, о Детях Леса и великанах сохранились лишь смутные легенды, очень похожие на вымысел невежественных людей. Да, многие образованные люди над ними смеются. Но слишком уж много этих легенд, и слишком уж они похожи. Если в библиотеке Утёса нашлась лишь пара страниц об этих сказочных (сказочных ли?) существах, то библиотека Винтерфелла оказалась в этом смысле гораздо богаче. С другой стороны, в Утёсе было больше книг по алхимии и военному делу, так что, наверное, у Старков и Ланнистеров просто разные читательские вкусы. Но главное даже не книги, а сама атмосфера Севера. Ощущение чего-то огромного, чуждого, древнего. Край Первых Людей сильно отличался от земель, населённых андалами. Здесь чувствовалось волшебство.
Лайт раздражённо захлопнул книгу. Всё-таки среда влияет на сознание. Он начинает думать, как местный житель. Скоро в грамкинов со снарками уверует.
Тем не менее на "волшебство" стоило взглянуть поближе. Для начала — посетить местную богорощу.
Мрачная красота винтерфелльской богорощи произвела на Лайта впечатление. Ни в Утёсе, ни в Королевской Гавани ничего подобного он не видел. В твердыне Ланнистеров деревья не росли (кроме одного уродливого, искривлённого чардрева, каким-то образом выжившего внутри пещеры), а в Красном Замке имелось лишь жалкое подобие: крохотная рощица без единого чардрева. Поэтому, наверное, Лайт и не уделял внимания этой странной местной религии, разновидности язычества.
Красные глаза на печальном деревянном лике вызвали у Лайта неприятное чувство. За ним словно кто-то наблюдал. Северяне считали, что в деревьях живут Старые Боги. Боги с красными глазами. Боги смерти?
Безумная догадка, но проверяя её, Лайт ничем не рискует. Даже если какая-то местная сущность и наблюдает за ним через деревья, она ничего не знает о богах смерти, следовательно, ничего не поймёт. А если знает и поймёт, имеет смысл установить с ней контакт. Вдруг между этим миром и миром богов смерти есть связь? Быстро оглянувшись и убедившись, что вокруг никого нет, Лайт негромко, но отчётливо произнёс:
— Рюук, это я. Ты убил меня, но я жив.
Вороны на дереве раскричались, но никакой иной реакции не последовало. Лайт пожал плечами и покинул богорощу, не зная, что из-за его слов один старый чародей будет мучиться в догадках всю оставшуюся жизнь.
***
Во дворе для тренировок Лайт застал принца Джоффри и Робба Старка. Наследник Винтерфелла, крепкий широкоплечий парень, весь покраснел от гнева, а рядом с ним старый мастер над оружием нервно теребил бакенбарды. Сандор Клиган скалил зубы в подобии улыбки. Джоффри глумливо усмехался. — Похоже, на Севере живут одни трусы. Слабаки, не желающие драться настоящей сталью, не стоят моего внимания. Робб стиснул кулаки и шагнул вперёд, но мастер над оружием удержал юношу. Джоффри расхохотался. — Правильно, старик. Держи своего маленького лорда покрепче. А то вдруг бедняжка поранится. Робб крикнул: — Я готов драться с тобой настоящей сталью! Сир Родрик, позвольте мне! Мастер над оружием покачал головой. Джоффри, победно ухмыляясь, удалился. Скверный из Робба выйдет лорд. Скор на гнев, не управляет эмоциями, легко выходит из себя. Такие часто принимают необдуманные решения — а расплачиваться за них приходится их подданным. Оставив разгневанного Старка, Лайт направился к дальнему концу двора, где какой-то черноволосый парень тренировался в стрельбе из лука. Лайт молча взял свободный лук, наложил стрелу, прицелился и выстрелил. С тихим звоном наконечник вонзился в центр мишени. Парень повернул голову, улыбнулся и протянул Лайту руку. — Теон Грейджой. — Лансель Ланнистер. — Как насчёт соревнования? Мне давно не попадался достойный соперник. — Давай. Состязание Лайт проиграл. Лучником Теон оказался отменным. Заложник Эддарда Старка был старше Ланселя на три-четыре года, красив собой, и улыбался так, словно весь мир был шуткой, понятной лишь ему. Маска, решил Лайт. Скрывает обиды и честолюбие. Такого можно использовать. Лайт предложил Теону выпить. Грейджой охотно согласился. По дороге в Зимний городок он рассказал Лайту, как совсем недавно, возвращаясь с казни дезертира, сыновья лорда Эддарда нашли мёртвую лютоволчицу. В её горле застрял олений рог, но у волчицы нашлись живые детёныши. Теон предлагал избавиться от опасных зверей, но Джон, бастард лорда Эддарда, убедил отца позволить детям взять волчат на воспитание. — Ты их видел, наверное. Пять серых, один альбинос. Видеть-то видел, но не обратил внимания. Не разбиравшийся в местной фауне Лайт принял животных за какую-то особую породу собак.***
Переступив порог таверны, Теон потребовал пива себе и Лайту, и двух девок. — Все заняты, — ответила хозяйка. — Карлик забрал себе сразу троих. — И Роз тоже? — И Роз тоже. Теон помрачнел и заказал пива покрепче. После второй кружки Лайт решил: пора. — Скучновато у вас на Севере, — как бы мимоходом заметил Лайт. — И холодно, даже летом снег. То ли дело в столице. Теон мрачно кивнул. — Не позавидуешь тебе, — вздохнул Лайт. — Ты ведь здесь против воли. Кракен в лесу, это все равно что лев под водой. — А что я могу сделать? — буркнул Теон. — Выбора у меня нет. Лайт сделал вид, что задумался. — Будь ты девчонкой, тебя могли бы выдать за одного из сыновей Старка. Мой отец так женился. Моя мать, леди Дорна Свифт, была в Утёсе заложницей, пока сир Киван её не полюбил. — Я могу породниться со Старками! — вскинулся Теон, его глаза горели лихорадочной надеждой. — И не мечтай, — сурово ответил Лайт. — Сансу выдадут за Джоффри, ты же видел, как она на него смотрит. А Арью — за сына какого-нибудь вассала. Грейджои и Старки — враги, не забывай об этом. Тебе отрубят голову, если лорд Эддард сочтёт, что это необходимо. Теон тяжко вздохнул. Лайт сделал сочувственное лицо. — Возможно, я сумею помочь тебе. Я оруженосец короля и могу попросить его перевести тебя в столицу. Но за это ты будешь должен мне одну услугу. — Какую услугу? — Об этом поговорим потом. Сначала скажи: ты согласен? — Да, — Теон стиснул кружку. — Всё что угодно, лишь бы выбраться отсюда! — По рукам.***
Вечером на пиру король пребывал в приподнятом настроении. Обильная выпивка и не менее обильная еда сделали Роберта Баратеона благодушным и весёлым. — Ваша милость, — Лайт потупил взор, изображая смущение. — У меня к вам одна просьба. — Давай, говори. — Это касается Теона Грейджоя, вашего заложника. — Он не мой заложник. — А должен быть вашим. Это же вы победили Грейджоев, ваша милость. Я помню, как вы рассказывали об этом подвиге — и мне, и другим. Король задумался. — Ну и что ты предлагаешь? — Позвольте Теону переехать в столицу. Там, под вашим присмотром, он будет способствовать лояльности своего отца не меньше, чем здесь, под присмотром лорда Эддарда. — Это мысль, — одобрил король. — Только тебе-то что за дело? — Теон мой приятель, и когда я рассказал ему о тамошних борделях, ему очень захотелось переехать. Король захохотал. — Ладно, будь по-твоему. Эй, Нед! Я тут подумал и решил: твоему заложнику будет лучше в столице, чем здесь. Ты ведь не возражаешь, старина? — Как будет угодно светлейшему, — склонил голову лорд Эддард.***
Утром король отправился в Волчий Лес на охоту. Лорд Эддард ехал с ним, как и Лайт с Теоном. Королева и её брат остались в замке. По взгляду, которым Серсея и Джейме обменялись, когда грузная фигура короля скрылась за воротами, Лайт догадался, о чём они думают. В Винтерфелле немало укромных мест. Вероятно, уже через полчаса Серсея и Джейме уединятся в какой-нибудь заброшенной башне. Оказавшись в лесу, Лайт быстро подстрелил пару куропаток. Теон, не желая отставать, подстрелил трёх. Сын Бейлона Грейджоя улыбался во весь рот и уже считал Лайта своим лучшим другом. Вскоре он умчался в гущу леса вслед за королём. Лайт и лорд Эддард остались наедине. — Ты быстро подружился с Теоном, — заметил лорд Эддард. — Мы оба лучники, милорд. Мы устроили соревнование, а потом пошли выпить. — И ты попросил короля перевести Теона в столицу. — Что в этом плохого, милорд? Лорд Эддард задумался. — Я не могу сказать, что это плохо. Возможно, парню и впрямь пора сменить обстановку. Но мы все привыкли к Теону, а мой старший сын в особенности. Робб потеряет друга. — Зато Теон очень рад. — Я заметил, — улыбнулся лорд Эддард. — Лансель, извини за неприятный вопрос, но мне необходимо его задать. Я слышал о случае на охоте, когда король выпил слишком много, и вепрь едва его не убил. Это ведь ты давал Роберту вино? Лайт покаянно опустил голову. — Это моя вина, лорд Эддард. Мне следовало подумать о последствиях. Но его величество требовал выпивки, и что мне оставалось делать? Только повиноваться. — Я не виню тебя, Лансель. Я вижу, что ты честный парень и сердце у тебя доброе. Роберту повезло с оруженосцем. — Вы очень добры, милорд. Простите за дерзость, я знаю, что не мне об этом судить, но мне кажется, что вы будете прекрасным десницей. Лорд Эддард помрачнел. — Это мой долг перед Робертом, — вздохнул он. — Надеюсь, я окажусь достоин его доверия. Провожая взглядом Эддарда Старка, Лайт задумался, кого же он ему напоминает, и понял: его собственного отца, Ягами Соичиро. Верный и преданный, честный и правильный, готовый сражаться со злом до конца. Такие люди на свете редкость, что на Земле, что здесь. Слишком часто их благородство ведёт их к гибели. Ягами Соичиро так и не решился написать имя Мелло в тетради — и был убит. Лорда Эддарда ждёт схожая судьба, если Лайт его не спасёт. Джон Аррен мёртв, Станнис сбежал, но Эддард Старк может продолжить их дело. Лайт наведёт его на мысль и даст ему в руки все нити. Узнав о незаконном происхождении принцев, лорд Эддард, как и подобает человеку чести, поддержит законного наследника — мрачного и непопулярного Станниса. Помолвка Джоффри и Сансы будет разорвана, а когда Лайт организует помолвку Джоффри с Маргери, против Запада и Простора окажутся только Север и Штормовые Земли. Ну и Речные земли, но их Ланнистеры сокрушат первыми. Долина вряд ли выступит, боязливая леди Лиза не станет рисковать благополучием своего драгоценного сыночка. Как и Дорн: принц Доран Мартелл известен своей осторожностью. А Железные острова… Лайт ведь не просто так подружился с Теоном. Усмехнувшись, Лайт пришпорил коня и поехал догонять короля.***
Винтерфелл гудел, как растревоженный улей. Ещё не въехав в замок, Лайт услышал: Бран. Бран, мальчик семи лет, второй сын лорда Эддарда, упал с башни. Мальчик лазил как белка, но сегодня ему не повезло. Тело нашли под заросшими мхом стенами Первой Твердыни. Бран был жив, но без сознания. Осмотрев место падения Брана, Лайт вошёл в башню. Она выглядела заброшенной, тут давно никто не жил и даже не бывал. Лайт добрался до комнаты с окном — Брана нашли как раз под ним. Внимательно осмотрев пол, Лайт нашёл то, что искал: длинный светлый волос. Волос королевы. Понял ли Бран, что он видел? Даже если нет, взрослые поймут, когда он очнётся и расскажет. А когда он очнётся? Неизвестно. Лайт может отравить Роберта в любой момент, но слёзы Лисса действуют не мгновенно. Если Лайт промедлит, Ланнистеры погибли, а если поторопится, войны не будет. Войны, которая разрушит старый мир, чтобы на его обломках Лайт смог выстроить новый. Бран это лишний, ненужный фактор, мешающий всем его планам. Прости, Бран. Ты славный мальчуган и ты ни в чём не виноват, но ради интересов королевства тебя надо убить.
