Металл

[Ночь, школа Рётей] Кинзоки шла по просторному коридору, думая о чём-то своём. Она не обращала внимания на других учеников и учениц, которых к слову был очень большой поток, как будто шумная река. Лицо девушки побледнело от нехватки крови, мурашки покрывали всё её тело, Камиширо было холодно... А вина всему – Рейджи. Из-за того, что тёмноволосая не смотрела вокруг, она врезалась в кого-то. Когда смертная подняла свои глаза вверх, тут же замерла на месте. Перед ней стоял Аято. – Сейчас же моя очередь тебя наказывать... – Аято ухмыльнулся. – А... – вырвалось у Кинзоки, когда красноволосый схватил её за худую руку. Оба испарились и появились в пустом школьном коридоре. Вампир прижал девушку к стене и наклонился к её шее. "Ты так сладко пахнешь..." – его дыхание обдало нежную кожу брюнетки и та вздрогнула. Больше не медля ни секунды, третий Сакамаки безжалостно впился в плоть Камиширо и начал пить кровь большими быстрыми глотками. Когда он отстранился, слизал капельки горячей жидкости с бархатной кожи и снова укус... Укус за укусом Аято покрывал шею и плечи девушки лишними отверстиями. А потом, когда ноги Кин подкосились, исчез... Просто испарился, оставив смертную в пустом коридоре одну. Камиширо еле стояла... Но она всё-таки, прерывисто дыша, вышла в другой коридор, еле передвигая свои словно налитые свинцом дрожащие ноги. Этот коридор также пуст, ведь прозвенел звонок и почти все ученики на уроке, в кабинетах. Всего двадцать минут назад здесь было не протолкнуться, кончалась первая перемена... Сейчас же кроме Кинзоки здесь никого не было. Хотя... Тёмноволосая кое-как держалась, чтобы не упасть и вдруг снова в кого-то врезалась. Внутри у неё всё сжалось. Здесь же вампиры, оборотни, демоны... Кого только нет. А она – человек. – П-прости-те меня, пожалуйста!.. – еле произнесла Камиширо, словно задыхаясь от собственной слабости. – Это...ты?..– раздался голос парня сверху. – Льдинка... Кин подняла глаза и увидела перед собой его, почувствовала знакомый запах белых роз. Синие глаза русоволосого словно смотрели в самую душу девушки. Она задрожала. Воспоминания нахлынули и накрыли с головой, словно огромная бушующая волна. Больница, переломы, раны, боль, бессонница... Всё это снова вспомнила Камиширо. – Не надо, Разуру... По-пожалуйста... Это имя. Разуру Камийо. Сколько воспоминаний оно принесло... – Разуру... Отойди. Я хочу жить... – слеза уже покатилась по её побледневшему лицу. – Я не хочу, чтобы...чтобы это случилось...опять... Только сейчас парень заметил глубокие укусы на девичьей шее. Он взял трясущиеся руки Камиширо в свои. – Я не знал, что Зара так поступит... Прости меня... – большие пальцы Камийо поглаживали кожу Кинзоки. – Я люблю тебя. Он посмотрел в яркие глаза смертной. – Ты помнишь письма, которые тебе приносили медсёстры? – Письма... Помню... – выдохнула тёмноволосая. – Такая чистая, хрупкая, нужная мне, Моё солнце зимой и лучик во тьме, Такая хрупкая, сладкая... Моя привязанность сначала шаткая... Но прошли дни, А следом месяца... И, Я полюбил тебя тогда, Ведь так легко сведёшь с ума, Я полюбил тебя теперь, Не сомневайся, просто верь. Я полюблю тебя потом, Отдал бы всё чтоб быть... – Вдвоём... – договорила девушка, сама того не осознавая, не заметив, как слова слетели с губ. – Да. Ты...помнишь... – он остановился. – Иди сюда, – парень аккуратно притянул Кин ближе к себе. – Что с тобой случилось? – он чувствовал резкий яркий запах крови и тревогу, дрожь во всём теле зеленоглазой. – Я... Ничего. То есть... Тебе не нужно знать... – прошептала смертная, прикрывая глаза. – Ты ведь...тоже...вампир?.. "Тоже?" пронеслось в голове парня и отозвалось эхом в уголках его сознания. – Я не сделаю тебе больно... Я тебя люблю!.. Но... Что с тобой случилось? – Камийо настаивал на своём. – Тебе не нужно...знать. <POV Кинзоки> Я не могу говорить о том, что стала жертвенной невестой в семье вампиров... Или у меня будут неприятности. <Автор> Камиширо чуть не упала, но Разуру поймал её и мягко обнял. Они испарились и появились на крыше школы, там им никто не помешает... Русоволосый сел и усадил Кинзоки к себе на колени, лицом к лицу. Он даже представить себе не мог, что укусы на шее девушки – это только верхушка айсберга боли. – Знаешь... По всей школе ходят рассказы о том, как храбрая Кинзоки Камиширо сражалась со своей одноклассницей-вампиром... И даже о том, как ты побила Рена Сао на уроке физкультуры. – Да? – Кин горько усмехнулась. – Ты же и сам знаешь, что меня сложно обидеть... – Знаю... Наступила тишина. Тёмноволосая медленно засыпала, глядя в лазурные глаза бессмертного. Хоть Разуру вампир и не должен чувствовать температуру, но он заметил, что Кинзоки очень замёрзла. <POV Разуру> Такая холодная... Зеленоглазка моя. Я снял свой пиджак и укутал в него тёмноволосую. У неё такие же глаза, как и у Аято, – моего самовлюблённого одноклассника. Но... Её глаза прекрасны, они не холодные... Они наполнены эмоциями! Они живые!.. Я люблю Кин! Она мне нужна... И я не хочу, чтобы ей когда-либо было больно... <POV Кинзоки> – Разуру... – Что?.. – его синие глаза заставляют меня тонуть в разных мыслях. – Только...не уходи... – я еле-еле могу говорить. Неосознанно, я прижимаюсь к русоволосому ближе, моё дыхание касается его рук. – Я не уйду, – я чувствую прохладные руки Разуру, как ни странно, они дарят мне тепло... Он мягко гладит мои волосы. Так спокойно... – Спасибо... – приятная дрожь по спине. Я так никогда себя не чувствовала... В безопасности.