Ночь кровавой луны

«- Тэхён! — отчаянно кричал мальчик, несясь вперёд и спотыкаясь об коряги многовековых дубов. — Где ты?! Тэхён! Слёзы непрекращающимся потоком лились из глаз, закрывая обзор. Ему было больно, грудная клетка вот-вот хотела разорваться. Его предали. — Тэхён! — отдавалось эхом в лесу».

***

Чонгук снова просыпается в холодном поту и жадно хватает воздух. После той встречи с Тэхёном ему снова начали сниться кошмары, как его когда-то бросили, втоптав юное сердце в сырую холодную землю. Больно до сих пор, до сих пор страшно. Чон не может доверять живым существам. С него хватит. Наверняка вам, дорогой читатель, интересно узнать, что же случилось тогда, и как девятилетний мальчик выжил в лесу без еды, лицом к лицу с дикими животными? Он долго бежал вперёд, питаясь хлебом, который утащил из дома, напрочь замёрз и промок. Наверняка, ведя он такой образ жизни ещё пару дней, точно бы скончался где-нибудь в канаве или в кустах. Но, к своему счастью, он набрёл на лагерь людей, который оборудовали для ведения партизанского движения в войне. Если не брать во внимание тот факт, что Чонгука поначалу чуть не убили, подумав, что он вражеский шпион, то всё прошло вполне неплохо. Мальчика накормили и умыли, дали небольшое спальное место. Там он и узнал про боевые действия, ведущиеся с вампирами. Чона в лагере обучили изготавливать простейшее оружие, защищаться и нападать. Будьте уверены, если бы вы вдруг не знали всей его предыстории, то наверняка по описанию его действий и настроя могли бы подумать, что он потомственный охотник на вампиров. Единственное, что, пожалуй, заглушало его боль в сердце — это желание отомстить за предательство. Мальчик уже понял, что имела ввиду та девушка из сна, почему парень вот так неожиданно сбежал, и зачем направлялся в город в день их первой встречи. Чонгук уже понял, что Тэхён — вампир. В 12 лет мальчик уже ходил на разведку со старшими, в 15 убил первого врага. Но вот только ему нужна была всего одна жертва, и никто больше. Он бился до потери пульса, бился на износ, бился, чтобы когда-нибудь, в один день, встретиться с ним, и быть готовым одержать победу. Как же сильно изменился маленький Чонгук, сейчас уже прославленный хладнокровный охотник на вампиров. Высокий, весь в шрамах, жилистый и подкаченный, со смуглой кожей и чёрными густыми волосами. От малыша Гуки остались только мечты о сладкой мести. Даже блестящие карие глаза уже потеряли былой ребяческий запал, и наполнились ненавистью и злостью. Чон всё также одинок, да и о любви на войне думать времени нет. Сколько бы девушек в отряде не были беспамятно в него влюблены, он не обращал внимание. Он вечно упускал одну важную деталь. Парень всё-таки любил, но не желал думать об этом ни секунды. Думаю, не сложно догадаться, про кого идёт речь, и не сложно осудить нашего беспощадного героя. «Тэхён ведь причинил столько боли» — скажите вы. Но, в тоже время, он её и заглушил. Огонёк любви остался, вот только запала не хватает. Мальчик подрос, отношения изменились, и эти отношения и чувства ему совсем не нравились. Боюсь, если бы Чонгук прочитал всё вышеизложенное в этом абзаце, автор бы знатно от него получил. Но, к великому счастью рассказчика, то бишь меня, наш возмужалый парень сейчас занят совсем другим делом. — Я вернулся, — сказал Чон, заходя в одну из палаток и снимая накидку. — Ну что, узнал что-нибудь новое? — Да, но, боюсь, эта новость вас не обрадует. — Обрадует, не обрадует — это уже другой разговор. Нам важен объём информации, а не эмоции. — Теперь нам будет ещё сложнее биться с ними. Как я понял, сегодня в их королевстве был особый праздник, посвященный главному правителю. Так называемая «Ночь кровавой луны», при которой властитель получает все силы, и начинается новая эпоха. На балу были все вампиры, но военные всё также стояли начеку, готовые к отражению атаки. Я не знаю, о каких именно силах идёт речь, это прописано в священном свитке, но достать его практически невозможно. — Отдаю должное твоей храбрости, — мужчина похлопал Чонгука по плечу, — провести столько времени в логове врага и не быть замеченным — настоящая удача и ловкость. — Не стоит таких громких слов, я лишь выполняю свой долг. — Как же быстро летит время…17 лет почти прошло с тех пор, как ты забрёл в наш лагерь. Тогда таким напуганным, чумазым был и неуклюжим. А как возмужал и вырос. Тебе всего 25, а бьёшься получше некоторых бывалых охотников, которым за 30. Чон лишь ухмыльнулся и налил в глиняную кружку немного воды из кувшина. — Наши уже спят? — Да, мы поставили смотрителей, но не думаю, что вампиры решат пойти в разведку после такого масштабного празднества. — И то верно, — парень замолчал. — А что, если нам напасть первыми? — Это опасно…мы ведём больше партизанскую борьбу, у нас недостаёт численности для вооружённой атаки, — мужчина нахмурился. — У меня есть небольшое дело, я вернусь поздно ночью или к утру. Не беспокойтесь за меня, — Чон встал и направился к выходу. — Иногда ты бываешь так нетерпелив. Я же знаю, что ты снова направляешься в замок. Обещай, что будешь осторожен и не наделаешь глупостей. Парень ничего не ответил, надел накидку, и прикрыл часть лица капюшоном.