Гимнаст и аристократ

- Давно с ним такое? - Уже три часа. Господин, думаю, это отравление. Аллен с трудом разлепил глаза. Последнее, что он помнил, как пил чай с конфетами. Потом была жуткая боль в животе, тошнота и головокружение. - Я оказала первую помощь, но здесь нужен доктор и полное лечение. Могу сказать точно: дитя еще не зачато, - Мэри обтерла лоб Аллена холодной тряпкой. - Пострадало только физическое здоровье. "Вы мне своими выходками и психическое попортили," - вяло подумал больной. Канда стоял рядом, с беспокойством смотря на омегу. В руках он держал ту самую вазочку с конфетами. - Дальше я сам, ты можешь идти, - приказал мужчина, протягивая горничной конфеты. - Разберись с этим. - Слушаюсь. Когда девушка покинула комнату, альфа присел на край кровати, беря бледную руку Уолкера в свою. Аллен хотел было вырваться, но не смог. Сил не хватало. - Что случилось? - еле двигая языком, промямлил парень. Голова все также не желала работать. - Почему мне опять так плохо? - Отравление... - Снова чем-то напоил, - омега отвернулся, чтобы не видеть лица Канды, и прикрыл глаза. - Чего так хлопочешь тогда? - Нет, это не так, - в голосе Юу было какое-то отчаяние вперемешку с виной. - Это вышло случайно. Аллен... Аллен? - мужчина потряс лежащего за руку, но так и не получил ответа. Гимнаст снова отключился.

***

*** Следующее пробуждение Аллена было менее болезненным. Возможно, из-за сидящего рядом мужчины, от которого пахло травяным отваром. - Добрый вечер, молодой человек. Я Пьер, доктор, - представился незнакомец. Гимнаст кивнул в знак приветствия. - Вам лучше? Хочу сказать, что если не горничная господина Канды, вас бы выносили ногами вперед, - мужчина достал из своего саквояжа склянки, рассматривая их. - Вам очень повезло. - Вы городской доктор? - тихо спросил омега, рассматривая доктора. Возможно, он сможет помочь Уолкеру сбежать, или, хотя бы, узнать что-нибудь про внешний мир. "Но про Мэри я тоже так подумал". - Нет, я живу в другой стране, сюда прибыл пару дней назад на учебу. Вас что-то интересует? - мужчина дружелюбно улыбнулся. - Вы можете довериться мне. - Цирк... Он еще здесь? "Возможно, я хотя бы смогу передать весточку". - Мой супруг очень хотел попасть на представление, - послышался голос Юу. Он стоял возле окна и смотрел куда-то вдаль. - Но, к сожалению, случилось именно это. - Ох, жалость какая, - Пьер покачал головой. - Они уехали буквально неделю назад. Я и сам хотел бы взглянуть на их номера. Не успел. - Нет... - Аллену хотелось плакать. Было безумно обидно. Теперь, даже если он сбежит, идти ему будет некуда. - Не расстраивайтесь, они еще обязательно приедут, я уверен. Сейчас вам лучше отдыхать. Мои лекарства подействовали, но нужно придерживаться режима, - мужчина слегка пожал бледную руку. - И на счет ребенка, - Канда обернулся, - Попробуйте зачать дитя через недели три-четыре. Как раз отойдете от яда и начнется течка, благоприятное время для продолжения рода. Из-за стресса ваш цикл немного сбился, но это не страшно. Еще, господин Канда, - врач отпустил руку и повернулся к альфе, - почаще выходите с супругом на улицу, на свежий воздух. Такая прекрасная весенняя погода хорошо подействует на организм. - Весенняя? - омега замер. - Уже весна? Ты держишь меня больше месяца в этом заточении? - раскричался Аллен. - Доктор, этот человек похитил меня! Я циркач из того цирка про который мы говорили! Он насилует меня каждый день! Пожалуйста, помогите выбраться отсюда, - уже перейдя на всхлипы, Уолкер схватил Пьера за пиджак. - Мой дорогой мальчик, все пройдет, - доктор погладил гимнаста по голове. - Все, что вы мне рассказали, придуманная вами же иллюзия. Вы ведь по собственному желанию вышли замуж за господина Канду. Это объяснение выражения "похитил меня". Наверно, вы подразумеваете "похитил сердце". Это все стресс, как я и говорил. - Все так, как вы и говорите, доктор, - Канда, молча наблюдавший за истерикой Аллена, подошел к кровати. - Это была любовь с первого взгляда, - аристократ с нежностью смотрел на омегу. - Вы мне напомнили о моей первой любви, - Пьер мечтательно улыбнулся. - Что ж, не буду вам мешать. - Да, спасибо вам большое. Вы очень помогли. Вас проводят. Циркач не слышал, как ушел доктор. Все его мысли были заняты стоящим рядом объектом. - Аллен, -мужчина сел на рядом стоящий стул, - тебе лучше? Парень промолчал. Ничего не хотелось говорить. Внутри была пустота и полная обреченность. - Будет лучше, если некоторое время я прекращу тебя навещать. Мэри будет с тобой.

***

Роад поджала губы и покачала головой, глядя на меняющийся за окном пейзаж. Впереди их ждала недолгая, но, все же, дорога. И впервые за много лет они ехали в тишине. Без их Аллена. Циркачи обыскали везде, где можно было: заброшенные здания, кабаки, больницы, гостиницы. Даже в дома гостей того злощастного бала. Некоторые качали головой и предлагали помощь, кого-то не было дома, как, например, Канды Юу. Образ этого аристократа надолго засел в голове многих артистов. "Странный тип", - выражались про него Неа и Мана. Недавно Адам получил сообщение, что в соседнем городе найден труп парня, который похожий на Аллена. Было решено ехать туда для проверки. Теперь вся надежда была на удачу.

***

*** Мэри с подносом вошла в комнату и огляделась. Аллен лежал на кровати, свернувшись калачиком, и что-то тихо напевал. - Молодой господин, вы в порядке? Наступила тишина. Омега даже не сдвинулся с места. - Сколько я здесь? - раздалось через пару минут. Голос парня слегка дрожал. - Точное число дней. - Сорок два, - горничная поставила еду на прикроватную тумбочку и села на стул, глядя на омегу. - Сейчас начало весны. Вы приехали в последний месяц зимы. Снова наступила давящая тишина. - Поешьте немного, станет легче, - Мэри поставила обед на подставку. - Я готовила специально для вас. - Спасибо, но я не хочу, - Аллен перевернулся в сторону окна и уставился на пейзаж пустым взглядом. - Я, получается, сумасшедший. Придумал себе другой мир, в котором есть другой я. Он гимнаст, который летает под куполом цирка, а вечером ужинает всей большой и дружной семьей. Хотя на самом деле все время жил здесь, по собственной воле вышел замуж и пытался завести ребенка. Наверно, Канда сделал большое одолжение, взяв именно меня, бедного и чокнутого, в супруги. А история с конфетами как повод избавиться. - Вы не правы! - горничная с грустью смотрела на парня. - Это недруги господина отправили ему подарок, но он не любит сладкое, и решил порадовать вас. Это и моя вина - я должна была попробовать их прежде, чем подам вам. - Неужели ваша преданность настолько сильна, что вы не пожалеете и жизни? - Аллен перевернулся к девушке. - Что же значит для вас Канда? Мэри стояла и улыбалась. Слабо, едва заметно, но глаза ее сияли. - Господин Канда находил нас, девочек-беспризорниц на улице. Его дворецкий обучал всему тому, что знал сам. И теперь, вместо того, чтобы всеми силами выживать на улице, промышляя грабежом, я живу и работаю здесь. У меня есть своя комната, горячая еда, деньги, красивая одежда, друзья, любимый хозяин и вы. Я желаю, чтобы вы оба были счастливы. Господин очень многое пережил в этой жизни, но и он заслуживает любви. Я понимаю, вам тяжело принять чувства господина. Мы тоже долго не могли привыкнуть: боялись, что это все обман, и нас в любую минуту продадут в рабство. Мы были вольны уйти, хотя понимали, что за стенами нас не ждет что-то хорошее. Наоборот. - Вольны уйти, - гимнаст усмехнулся. - А я, вот, птица, до этого была вольная, но сейчас... Золотая клетка. Меня не спросили, чего хочу я. Оказался здесь, не по собственному желанию. Похищение, снотворное - неужели он думает, что сделает меня счастливым, после того, как похитил из родного дома, где я был по настоящему счастлив?! - Вы еще так юны, молодой господин. - Ага, а значит большой дурак? - Аллен фыркнул. - По-вашему, я должен смириться? - И наслаждаться жизнью, - Мэри мягко опустилась рядом и взяла омегу за руку. - Постарайтесь узнать нашего хозяина получше. Вы похожи намного больше, чем кажется. На это парень промолчал. "Но я ведь не монстр..." - Юный господин, поешьте, девушка вложила в бледную руку ложку. - Набирайтесь сил. - Спасибо. Давно хотел попросить, - гимнаст слабо улыбнулся, - давай перейдем на "ты". И без всяких "юных господинов". Мне неловко. - Хорошо!

***

*** Время шло, Аллен оправился от отравления, Мэри исправно следила за парнем. Иногда они сидели в комнате и говорили о всем подряд: детство, увлечения, книги... Кстати, последнее спасало Уолкера от одиночества, пока горничная отсутствовала. Канда, как и обещал, не приходил к омеге, но он ясно чувствовал, что хозяин иногда стоит за дверью и наблюдает. Недолго, но этого хватало. "Значит, держит слово? - Аллен сидел возле окна и нежился в лучах солнца. - Может, Мэри права, и он действительно... Черт! Прочь эти мысли!" Чем больше парень думал об этом, тем больше понимал: он симпатизирует своему похитителю*.

***

*** Аллен сидел в ванной, наполненной водой с отварами трав, специально приготовленными Мэри. У парня началась течка, и горничная всеми силами пыталась унять дикую боль молодого господина. - Больно, блин. Парень прикрыл глаза. Это ведь не впервые, так почему все так болезненно?.. За размышлениями он не заметил, как кто-то вошел в ванную. - Аллен? Гимнаст вздрогнул. Его только тут не хватало. Запах трав перебивал запах альфы, но Уолкер не позволил себе расслабиться. - Зачем пришел? - Мэри рассказала о твоем состоянии. Я решил, что... - Что я потеряю голову от твоего запаха и очарования, и кинусь объятия? - лицо парня перекосило. - Не мечтай. - Может, если ты выслушал меня, то понял, Канда присел на край бортика и неотрывно следил за омегой. Тот кивнул головой и отвернулся. - Аллен, - гимнаст вздрогнул. Канда говорил мягко и осторожно, будто боясь спугнуть. - Прости меня за все. Я поступил не как достойный человек, забрав тебя из любимого цирка. Когда я впервые увидел тебя в другом городе, то понял, что ты - единственный. А позже, когда приехал сюда, то подумал, что сама судьба нас сводит. - Похищать зачем? - сердце Уолкера забилось сильнее. Впервые на него смотрели настолько... Влюбленно. Это не сравнимо со взглядами Неа и Маны - те смотрели с отцовской любовью, Роад - с восхищением. А здесь... - Другие люди с жадностью наблюдали за тобой, готовые вот-вот схватить и разорвать тебя не сувениры. Вспомни ужин. Как на тебя налетели те альфы, словно ты - камень в короне короля. Я не мог потерпеть такое отношение к тебе, поэтому спрятал здесь. - Ты вообще меня назвал "цветком", - усмехнулся гимнаст, поворачиваясь к аристократу. - Растение. Спасибо, что не овощем, капустой к примеру. Хотя, сейчас я им себя ощущаю. Мужчина взял омегу за руки и мягко коснулся пальцев губами. И Аллен поймал себя на мысли, что ему совершенно не противны его прикосновения. - Цветок, которому требуется любовь и ласка. Гимнаст не заметил, как его губы накрыли другие, чуть обветренные, но мягкие, и поддался вперед, ближе к крепкой груди. "И чем я лучше женщин легкого поведения, - проскользнула мысль в светлой голове. - И не могу остановиться". - Моя матушка рассказывала, что поцелуй - прикосновение душ, - прошептал Канда, спускаясь поцелуями к груди. - Позволь любить тебя и твою душу, Аллен Уолкер. Вода в ванной расплакалась по полу. Канда плавно входил в юношу, стараясь причинить как можно меньше боли, попутно любуясь обретенным любовником. Аллен тонул в синих глазах напротив, ласковых прикосновений, нежных словах, сказанных полушёпотом. Жизнь вне комнаты отошла на второй план и он готов был признать - их души соединились. Но бунтарская и опасливая сторона омеги говорила обратное. Все не так просто.

***

Неа и Мана с ужасом смотрели, как полицейские накрыли тело беловолосого юноши белой тканью и загрузили в повозку. Адам с Тики о чем-то говорил с мужчиной в строгом костюме, иногда хмурясь и кивая головой. - Этого просто не может быть, - Роад тихо всхлипнула, провожая взглядом уезжающих. - Это ведь не Аллен, да? Просто кто-то очень похожий. Дрессировщики покачали головой. - Мы должны смириться, - Мана обнял девушку, которая мелко тряслась. - Все указывает на него. И шрамы, и запах... - Неа утер слезы. - Но лица нет! - Камелот топнула ногой и отстранилась. - Оно было изуродовано и полито кислотой, как и некоторые участки тела! Неужели вы... Вопрос иллюзионистки остался без ответа. Им оставалось одно: оплакивать утрату и учиться жить дальше. Ведь с этого дня Аллен Уолкер был для них мертв.