Детективное агентство Баскин & Баскин: сердце Брута

Доктор Тадеуш Варга упорно напоминает Данди своего коллегу с «Космического мозгоеда», хотя в их внешности нет ничего общего – в отличие от невысокого кругловатого Вениамина Игнатьевича, Варга длинный как жердь, сухопарый, седой, с квадратным подбородком и восточным разрезом глаз. Но взгляд у них обоих одинаковый – они смотрят на Данди так, как будто видят его насквозь, как будто все про него знают. Определить что он киборг нереально - ни с помощью медицинских сканеров среднего класса, коими располагает эта больница, ни даже с помощью сверхмощных таможенных, но Bond-у отчего-то сильно не по себе. Он думает – шрамы на его теле могут вызвать подозрение, особенно тот, на боку, похожий на уродливого паука. Этот шрам может навести врачей на мысли о ранении, не совместимом с жизнью, да и откуда столько шрамов у человека сугубо гражданского? Он поэтому никогда не раздевался в присутствии Брута, ведь чем меньше вопросов вызываешь – тем меньше шансов, что тебя разоблачат. - Что ж, повезло вам, голубчик. - Доктор чуть раздвигает губы в улыбке, отчего складки в уголках рта становятся глубже, щурит глаза. Вид у него вполне добродушный, сердечный ритм в норме, гормональный фон стабилен. Если бы у него возникли подозрения, он не был бы так спокоен. – Повезло, что вы достались именно мне в качестве пациента. Вот ваш товарищ по несчастью попал к моему уважаемому коллеге доктору Вандегрооту, который в данный момент весьма подробно знакомится с его богатым внутренним миром. «Это он про Жардена» – мелькает у Данди догадка. Насколько он успел заметить, пуля, попавшая в Габриэля, наткнулась на ребро и взорвалась, разворотив ему грудную клетку. В его случае пуля прошла сквозь мягкие ткани правого плеча и угодила в стену за его спиной, проделав в ней изрядную дыру. Принцип контролируемого ущерба – показать себя по-человечески уязвимым, но не позволить нанести себе существенный вред. - Что ж, все… не так уж плохо, хотя... – Понаблюдав за показаниями на мониторах, Варга делает пометки в своем блокноте. – Из травматологии мы выпустим вас через пару дней, а потом я выпишу вам направление в отделение общей терапии, что-то не нравятся мне ваши анализы. Данди покорно кивает, хотя не собирается задерживаться здесь более чем на сутки. - Ну вот и славно, отдыхайте. Доктор уходит, а через пять минут пухленькая смешливая санитарка вкатывает в палату тележку с едой в пластиковых контейнерах. Проглотив бульон и желе с минимальным содержанием калорий, Данди с тоской вспоминает завтрак у Лендеров и думает – почему больничная еда всегда настолько скудная и неприятная на вкус? Люди не киборги, но им ведь тоже нужны силы на восстановление. Это не обед, а просто издевательство какое-то, особенно когда ощущаешь из коридора восхитительный запах, исходящий от коробки с пончиками, которую кто-то только что принес на пост дежурной медсестры. Система, уныло мигающая красным на отметке уровня энергии 25%, с ним полностью согласна. Кстати, а медсестра-то как раз куда-то отлучилась. Очень своевременно. И он, в конце концов, киборг линейки Bond, или кто? На то, чтобы освободиться от датчиков и внутривенного катетера уходит несколько секунд, а вся операция по похищению пончиков занимает около минуты. Опустошив коробку, Данди метким броском отправляет ее в утилизатор и внезапно слышит в коридоре звук шагов, который его слух отличает от всех прочих. Он едва успевает стряхнуть крошки с простыни и вернуть на место датчики и катетер, как дверь приоткрывается и в палату с вороватым видом проскальзывает Рената Жарден. Выглянув в щелку, словно проверяя не следят ли за ней, она, наконец, оборачивается и застывает на месте, наткнувшись на взгляд Данди словно на стену. - Привет. - Привет… Прости, что так врываюсь. – Она неловко поводит плечами. Хотелось… тебя увидеть. - Рад, что ты пришла. - Правда? - Она ежится словно от холода, обхватывает себя руками, машинально делает несколько шагов к его койке. – Не то чтобы у тебя был повод радоваться. Она осунулась еще больше, глаза потускнели и, кажется, глядят откуда-то из тоскливой глубины. - Отчего же? Люди обычно навещают друг друга, если кто-то попадает в больницу. Данди отмечает в своей фразе нежелательный оборот – «люди обычно навещают». Таких оборотов лучше избегать. У нее вырывается нервный смешок. - Прости, я… Я не знаю, что сказать. Я подвела тебя, украла твоего киборга, а ты… Ты спас меня и Тери. Я не знаю благодарить ли мне тебя, или просить прощения. Когда я услышала, как вы с шерифом обсуждаете – отдавать киборга в обмен на Тери, или нет, у меня в голове помутилось. Я готова была на все, чтобы ее вернуть. Абсолютно на все. Я знала про то место на карьере, одно время Гейб приторговывал налево всякой всячиной, уходил от налогов, там он прятал товар. Он и не знал, что я в курсе его махинаций, а мне не хотелось с ним это обсуждать. Свои свидания с любовницей он лучше маскировал. Теперь Габриэля больше нет, я не знаю… Не знаю, как мне жить дальше. Со всем этим. Данди машинально анализирует тембр ее голоса с нотками горечи при упоминании мужа, улавливает едва слышные полувздохи – полувсхлипы, фиксирует степень искренности. Потом, спохватившись, отдает приказ Системе не вмешиваться. Гораздо важнее то, что он сам чувствует по этому поводу. Можно ведь просто чувствовать. И что он должен чувствовать? Обиду за обман? Ревность? Радость что она пришла его навестить? Он сам толком не понимает. А можно чувствовать несколько чувств одновременно? У людей вроде получается. Он говорит совсем не то, что собирался. - Габриэль на самом деле не был влюблен в Марту Корсак. Он завел с ней интрижку только чтобы проникнуть в дом и украсть киборга. Теперь ее смех звучит зло и отрывисто. - Ты его защищаешь что ли? Или пытаешься утешить меня? Не стоит. Я сама сделала свой выбор, когда выходила за него. Я, как оказалась, совершенно не знала этого человека. Что ж. Мне некого винить кроме себя самой. Но я… Рената не успевает закончить фразу – у появившейся в дверях дородной пожилой медсестры с лотком, полным угрожающего вида шприцов в руках, сперва округляются глаза, а потом сходятся на переносице по-мужски густые брови. - Эй, барышня! Этого пациента пока нельзя беспокоить, да и время посещений давно закончилось! Вы не должны здесь находиться! Рената кривит губы в виноватой улыбке, машинально утирает нос рукавом рубашки. С трудом протиснувшись в дверной проем мимо массивной фигуры сурового цербера, оборачивается на пороге. - Шериф говорил, что космопорт не откроют пока не поймают Скайлера. И… мне очень-очень жаль насчет твоего киборга. Надеюсь, его найдут. Данди механически кивает в ответ. О том, что Шакал погиб, прикрывая отход хозяина, он слышал от Быковски, который вез его в больницу. А Бруно Скайлер удрал на флаере Ренаты вместе с Брутом, запертым в багажнике.

***

Вынырнув из стелящейся по низу пелены тумана, Данди подпрыгивает, хватается за ветку и через пару секунд оказывается на самой верхушке. На кряжистые и разлапистые местные деревья, покрытые красновато-бурой листвой, удобно взбираться – стволы у них шероховатые и бугристые, легко зацепиться, а кроны свисают низко. Вокруг центрального логистического корпуса растянулся целый лесной массив, один из немногих в этих степных широтах. Вынув из-за пазухи планшет, Bond сверяет координаты. Да, точно. Это склад холодильного оборудования. Здесь, кстати, легко экранировать украденного киборга от спутников – Скайлер помнил про «жучок» и решил перестраховаться. Двое суток ушли на бесплодные поиски, а потом Данди посоветовал шерифу открыть космопорт, чтобы попытаться выловить Бруно при попытке покинуть планету. На самом деле он не собирался так рисковать – кораблей и грузов в космопорте скопилось за время вынужденного простоя огромное количество, завтрашнее открытие сулило настоящее столпотворение, а в суматохе всякое может случиться. А вот Бруно, прослышав о снятии блокады, наверняка захочет заблаговременно перевезти свой ценный груз на корабль. И точно – буквально на следующую ночь после того, как шериф сделал официальное объявление, на радаре появился сигнал. Переодевшись в заранее припасенные свитер и джинсы, принадлежавшие одному из санитаров, Данди выбрался из здания больницы и рванул к цели во всю мощь имплантов – расстояние всего одиннадцать километров, а в текущем режиме усиленного патрулирования угонять флаер рискованно, не хватало еще, чтобы его задержали. Теперь он до предела напрягает глаза в режиме ночного зрения, но улавливает лишь какое-то движение у бокового входа на склад, видит чьи-то размытые силуэты. Хорошо хоть в воздухе висит мелкая дождевая морось, а не хлещет ливень – сезон дождей наступил со вчерашнего дня, принеся долгожданную прохладу. Словно сжалившись над ним, одна их двух Лун выглядывает из-за облаков, и Данди наконец удается рассмотреть две человеческие фигуры и зависший между ними объект, очень похожий на транспортировочный модуль на гравиплатформе, разработанный «DEX-компани» для перевозки киборгов в состоянии стазиса организма и гибернации операционной системы. Основной вопрос, который его мучил – есть ли у Скайлера еще один киборг? Если да, то почему тогда рядом с Бруно находился только Шакал? Это не логично. Скорее всего, погибший DEX был единственным. А если нет? Данди приходилось сталкиваться с боевыми моделями, даже с «семерками», и побеждать. Но тогда при нем был целый арсенал разных полезных примочек, позаимствованных из оружейной спецотдела, да и его теперешнее физическое состояние не идет ни в какое сравнение с тем, что было раньше. Брут мог бы стать хорошим подспорьем, но его сперва нужно освободить из модуля, а на полное восстановление работоспособности уйдет не менее четверти часа. Бруно Данди узнает сразу по росту, фигуре и манере двигаться, а вот его спутника он видит впервые, и тот совершенно точно не киборг – пузатый коротышка с суетливыми движениями. Что ж, отлично. Теперь можно не волноваться за исход операции. Подобравшись ближе ко входу, Данди наблюдает, как Скайлер с сообщником грузят модуль в один из припаркованных перед зданием многочисленных фургончиков с логотипом компании, торгующей холодильным оборудованием, как коротышка прикладывает магнитную карту к терминалу, набирает код, отключающий силовое поле в контрольно-пропускной зоне и фургончик медленно выползает за пределы периметра, разрезая колышущуюся пелену тумана будто корабль морскую гладь. Такие полу-наземные грузовые транспортники способны набирать высоту не более двух метров, так что Данди не приходится даже напрягать импланты чтобы прыгнуть повыше – обычный ручной лазерный резак, позаимствованный у рабочего, недавно ремонтировавшего потолок в первой процедурной больницы, начисто срезает один из стабилизаторов вместе с куском заднего инжектора гравиплатформы. А потом он наблюдает как фургончик, кувыркаясь, летит с невысокого склона туда, где похожие на химер деревья выглядывают из тумана как будто в ожидании жертвы.

***

Кровь на осколках пластика кажется черной при свете уже двух Лун. На вкус она солоноватая, как и дождевая влага, которую Данди машинально слизывает с губ. Фургон похож на покореженную ребенком игрушку – разбитые окна, смятый кузов с распахнутыми дверцами, тлеющие голубоватые огоньки на поверхности остывающей гравиплатформы. Почти невредимый модуль валяется в нескольких метрах - «DEX-компани» позаботилась о том, чтобы ценный товар сохранялся и во время аварий. Данди лишь нажал кнопку регибернации и оставил Брута внутри, решив сперва глянуть на похитителей. Безымянный сообщник Бруно совершенно точно мертв – у него сломана шея и содран скальп с правой стороны вместе с ухом и половиной щеки, а в самом Бруно жизнь едва теплится - обостренным слухом Данди улавливает слабое дыхание. Эта искорка жизни теперь целиком в руках Bond-а. Можно взять у мертвого коротышки комм и сделать анонимный звонок в службу спасения, а можно нажать на один из нервных узлов на теле Бруно, парализуя дыхание, и человек, без колебаний направивший оружие на женщину и ребенка, прекратит свое существование. А можно просто оставить все как есть. Противник нейтрализован, Брут жив. Цель достигнута. Данди делает несколько шагов в сторону от фургона, глядя под ноги и прикидывая – сможет ли полиция обнаружить его следы на покрытой мхом влажной почве. А потом оборачивается и замирает, на секунду задержав дыхание. Брут стоит в десяти метрах – нетвердо, чуть пошатываясь. Голый, с маслянисто блестящей от влаги кожей. Взгляд слегка расфокусированный, но уже осмысленный. Данди машинально отмечает свой промах – разумные киборги выходят из гибернации гораздо быстрее благодаря дополнительным нейронным связям между процессором и головным мозгом, а сам он отключил фоновое сканирование местности, экономя энергию, и пропустил момент пробуждения. Теперь вот он оказался перед Брутом с активированным ночным зрением, и это невозможно скрыть. Уже никак. DEX делает несколько нечеловечески стремительных шагов, замахивается… Нет, он не подключает импланты и, кажется, бьет вполсилы, но Данди мячиком отлетает на несколько метров, с хрустом впечатавшись в ствол ближайшего дерева. Удар кажется ему ослепительным будто взрыв, а следом наваливается лавина болевых ощущений – вспыхивает огнем простреленное плечо, словно дожидавшееся этого момента, Система сухо констатирует, что позвоночник цел и сотрясения нет, но есть ушиб мягких тканей спины, лица и содрана кожа на затылке, а еще уровень энергии стремительно падает. Ничего страшного для здорового киборга, но паршиво для поломанного. А потом его берут за горло и встряхивают как котенка. Глаза у Брута бешеные, губы подрагивают. Ярость так и хлещет из него, сердце колотится, уровень адреналина и тестостерона зашкаливает. Данди до предела напрягает мышцы шеи и тщетно пытается вырваться из захвата, понимая, что его единственный шанс сейчас это отдать DEX-у приказ остановиться. Тот тоже это понимает, поэтому широкая ладонь вдобавок зажимает Bond-у рот. - Нее-е-ет…, - хрипло выдыхает Брут. – Я тебе не позволю! Ты… Ты мне лгал! Я ведь даже хотел, чтобы ты стал мои человеком, готов был променять Семью на такого как ты! А ты водил меня за нос все это время! Ну тебя же за этим и создавали, верно? Вы все такие – готовы притворяться кем угодно. Твари! Данди вдруг перестает сопротивляться и, обмякнув, роняет руки вдоль тела. Законнектиться, когда другой киборг держит тебя за горло – та еще задача. Но это одна из тех вещей, в которых Bond-ы сильнее DEX-ов. Он дает Бруту гостевой доступ, буквально насильно втянув его внутрь и показывает ему все, даже не пытаясь спрятать то, что относится к разделу «совершенно секретно». Их со Стэном работу в спецотделе, потом в ОЗК; файлы, касающиеся проекта «Демиург»; все, что относится к исчезновению Стэна, результаты поисков. Он все время глядит на Брута – в упор, не мигая, пока пелена перед глазами не начинает сгущаться, а Система не заходится тревожным воем. А потом железная хватка разжимается, и Данди сползает вниз, так и не разорвав зрительный контакт. Выкашливает воздух из скрученного спазмом горла, произносит ровным голосом: - Не имеет значения, кто я такой. У нас с тобой был договор – я помогаю тебе избавиться от обвинения в убийстве, ты помогаешь мне найти моего друга. Я слыхал, члены мафии держат свое слово. Жаль, что меня ввели в заблуждение. А потом с трудом поднимается на ноги, цепляясь за ствол, поворачивается к Бруту спиной и идет прочь. Ему нужно вернуться в больницу, чтобы себя не выдать. Ему нужно вернуться… Десять километров при уровне энергии на нижней отметке – это много. Слишком много. Но бывали и более сложные задачи. Он справится. Стэн ждет, он все еще где-то там… Минуты через три он слышит за спиной звук шагов; его подхватывают на руки и он начинает двигаться к цели гораздо быстрее – Брут переходит на полушаг-полубег, которым обычно передвигаются армейские DEX-ы во время марш-бросков. Данди задумчиво разглядывает чеканный профиль Брута с бликами света на кончике носа и выпяченном подбородке, уточняет на всякий случай: - Я так понимаю – наш уговор в силе? - В силе. Я буду помогать тебе. Я буду на твоей стороне. И это даже хорошо, что ты тоже киборг. Хотя, я Bond-ов терпеть не могу. - Вы, DEX-ы, гребанные расисты…