Новая жизнь

Все шло своим чередом, время пролетало, будто его и не было. В преддверии сессии преподаватели стали требовательнее, Дашка маялась с полугодовыми контрольными, Леша иногда ночевал на работе от обилия дел, так что вся подготовка к Новому году была торжественно возложена на близнецов. Разумеется, чисто символически. Но они отлично справлялись: своими кривоватыми печатными буквами написали список желаемых блюд, даже список продуктов и рецепты к ним — Даша помогла освоить Гугл, а читают они уже отлично; письмо Деду Морозу у них было одно на двоих, и всех остальных членов стаи они тоже не забыли — пацанам книги про улиток, сестре новый утюжок и планшет, мне новый телефон, эмиссару ноутбук, а Лене, маме, папе, бабушке и дяде счастье в новых телах. Мы втроём поздно ночью сидели и рыдали над этим письмом, раскрашенным под открытку, а потом аккуратно заклеили, как было, и положили на подоконник, чтобы завтра утром вместе с мальчишками опустить в почтовый ящик. Я взял все подарки на себя, кроме своего — его Леша собирался выбрать сам. Помимо роли Деда Мороза, мне надо было ещё исполнить свою собственную — купить подарки от себя. С Дашей и эмиссаром проблем не было, а вот с близнецами вышла загвоздка, но Леша придумал кое-что очень крутое. Дашка фукала и фыркала, но против не была. Украшать решили в последний день, тридцать первого. У Лёши нашлась офигенная искусственная ёлка, очень красивая и пушистая, мы нарядили ее так, что зелени было не видно. За декабрь Саша и Паша нарезали бумажных гирлянд и снежинок, их развесили и расклеили вместе с мишурой и гирляндами. Эмиссар наш шмыгал носом и чихал, но атмосферу праздника это не особенно портило. Мы все вместе крутились на большой кухне, готовили все, что напридумывали близнецы. Как раньше. Буквально год назад было почти то же самое, только все ещё было хорошо, все были здесь, и чихал не Леша от простуды, а папа от аллергии на глиттер. Даша мягко погладила меня по плечу. Поджав губы, я зажмурился на секунду, а потом все же смог выдавить улыбку. У нас все будет хорошо, иначе никак. Искоса глянув на старательно кромсающих огурцы близнецов, я потер глаза и улыбнулся уже искренне. Ради своей семьи я не то что не расплачусь — горы сверну. Проходя мимо к мойке, чтобы сполоснуть нож, Леша потрепал меня по макушке, похвалил. Не стоит забывать, что мое настроение передается всем, праздник бы не испортить. Группа собиралась куда-то встречать год, но я только раз отказался и больше конфу не открывал. Первый Новый год в том составе семьи, что у нас есть сейчас, я хочу прочувствовать и запомнить навсегда. Запомнить, как мы счастливы, как громко смеются мальчишки, когда их смешит Дашка, и как они считают, сколько раз подряд чихнет Леша. Да и вообще я не любитель семейные праздники отмечать не в кругу семьи. Разумеется, мы не стали заказывать Деда Мороза. По нему будет видно, что он просто переодетый дядька, да и маленькие оборотни быстро учуют отсутствие волшебного. А так он для них что-то абстрактное, магическое и непостижимое, а ещё всегда исполняющее желания. Когда основная часть готовки была выполнена, мы оставили Дашку на кухне заниматься оформлением и запеканиями всякими, мужская часть стаи же переместилась в комнаты для небольшой уборки. Вытерли пыль, расставили все по местам, мелкие убрали свои игрушки и книжки. Как обычно, мы хотели сесть проводить старый год часов в девять, но мои чудные одногруппники вмешались в нормальное течение праздника. Они просто припёрлись толпой в восемь часов. Дверь им открыл Леша под восторженный шепот мальчишек: "Это Дед Мороз? А вдруг это Дед Мороз?". — Мы требуем отпустить Максима с нами! — хором заявили они. — Не помню, чтобы кто-то куда-то Макса не пускал, он уже большой мальчик, — усмехнулся Леша. Вытерев руки, я вздохнул и пошел в прихожую, — Макс, тут тебя вызволять пришли! Стеснительные близнецы прятались за ногами опекуна и с любопытством разглядывали этих чудиков. — Ребят, ну я же написал, что никуда не пойду, — пригладив волосы, я покачал головой и взял на руки потянувшегося ко мне Сашу, — это семейный праздник, и я хочу отмечать его со своей семьёй. Или вам без меня не гуляется? — Но это же скучно! — заныли они, — Пошли с нами! Мы сняли хату! — Может, правда пойдешь? — судя по мечтательной улыбке, Леша вспомнил свою бурную юность. — А подарки свои заберёшь утром под ёлкой. Хочу я посмотреть на моего эмиссара, перевязанного бантом и смирно дожидающегося меня на холодном полу под искусственным деревцем, ага. — А мы хотим, чтобы Макс был с нами! — вякнул Паша, придерживаясь для храбрости за штанину Лёши. — И папа тоже хочет! — И Даша! — поддакнул Саша, крепко вцепляясь в мою шею. — И Максим, — дополнил я, улыбаясь и обнимая братишку, — так что пусть ребята идут празднуют, а у нас тут... — наклонив Сашу, я закружился. — Самоле-ет, у-у-у! — И меня, и меня! — затребовал Паша, перекрывая хохот брата и прыгая так, что явно соседи придут жаловаться. Чуть позже, в редкую минуту уединения, Леша выловил меня и мягко взял за руки. — Точно не хотел пойти? — круговыми движениями потирая мои запястья, прямо над пульсом, он легко улыбался. — Думаю, дети бы пережили. — Точно не хотел, — уткнувшись лбом ему в плечо, я обнял его за талию, — я люблю праздники в кругу семьи. Ну и хочу посмотреть, как они будут получать наш подарок. — Да уж, визгу будет на весь дом, — еле ощутимо коснувшись губами моей шеи, мужчина потерся носом за ухом и по виску, от чего у меня чуть колени не подогнулись. Он сообщил, что рад видеть меня и быть рядом со мной, — ты отличный альфа, кот, я тобой горжусь. — Теперь надо не зазвездиться, — фыркнул я, отстраняясь, — люблю тебя. — Люблю тебя с каждым днём всё сильнее, — не остался в долгу Леша, шлёпнул меня по заднице, — пошли провожать год. Ждать полуночи становилось просто невыносимо. Мы знали, как будут рады близнецы, и ждать возможности подарить задуманное было не под силу. В суете и раскладывании вилок время пролетело довольно быстро, так что без десяти двенадцать мы уселись за стол. Когда оставалась последняя минута, я взял бокал и встал. — Прошедший год был трудным, — я обвел взглядом то, что осталось от стаи, — но мы со всем справились. Что-то потеряли, что-то нашли, но главное — мы вместе, и у нас все будет хорошо. С новым годом! — Ура-а! — протянули все, чокаясь кто детским, кто алкогольным шампанским. Мы вместе считали куранты, потом Дашка потянула малышей к окну смотреть на салюты, а мы с эмиссаром быстро разложили подарки под ёлкой и тайком целовались. Разворачивали долго и со вкусом — сначала от Деда Мороза, потом друг от друга. Дашка подарила нам с Лёшей одинаковые кольца, простенькие, серебряные, подходящие на средний палец. И мне было очень приятно, что она одобряет то, что между нами происходит. Близнецы подарили всем поделки, шумно радовались, получив книги, которые хотели. — А это кому? — Саша потянулся к самой большой коробке, прочитал бирку. — Ой, это нам! — Вам от всех нас, — с улыбкой кивнул Леша, сплетая пальцы с моими. Они разодрали бумагу и сначала застыли. А потом было столько визга, объятий и "спасибо-спасибо-спасибо", что у меня едва не закружилась голова. А двум флегматичным ахатинам в аквариуме было пофиг на все это. — Если эта гадость окажется где-то, кроме аквариума, я их выкину, клянусь! — громко и очень серьезно предупредила Даша, грозя пальцем. Я тоже не горю желанием видеть эти склизкие творения извращенной эволюции где-то, кроме как за стеклом. Но главное, что им нравится, пусть занимаются. И не воняет, как все время воняла клетка Льва, как бы ее ни чистили. Все же, оборотням тяжело заводить домашних животных. Перевозбужденные малыши с трудом заснули после трёх, Дашка и вовсе в два умотала гулять. Мы с Лёшей сидели на диване в обнимку, потягивали вино, смотрели без звука концерты и наслаждались теплом и тишиной.