Маленькая истина

К рисованию меня тянуло, ещё тогда, когда я была ребенком, хоть я и на несколько лет затянула статус «был в сети только что». К этому статусу меня подвели за ручку родители. Их ошибка заключалась в том, что они отдали меня в бесплатную школу искусств. И если честно, я будучи ребенком, изводила свои нервы уже тогда. Боязнь учителя, это наверное самое страшное, что есть после, ну, смерти. Каждое действие этой персоны вызывало во мне страх. Суть такова: меня пугал этот мужчина, имя которого я запомнила, Алексей Пёрышкин. Это был мужчина с огромным пузом и неприятным запахом гнили со рта. Голос его был наполнен разными интонациями, говорил он громко. Эмоциональный человек, который из-за каждой ошибки делал вывод, что мы беспечные, бездарные существа. Закрыв свой скетчбук, я положила его в сумку, предварительно проследив за действиями куратора. – Может сегодня ко мне? Ты выглядишь унылой, – задала вопрос товарищ Алиса, кладя в свою сумку оставшиеся вещи на парте. – Только без бухла, и твоего парня, – пожав плечами, представив ей свои условия. – Макс сам свалит к друзьям, а в этот вечер я не хочу быть одна, – мы прошли в коридор, пары закончились, а это значит, что мне пора домой. – Тогда ладно, идём ко мне, я возьму пару вещей, ладно? – улыбнувшись, спросила я, выдав в затылок подруге. – Хорошо, – просматривая что-то в телефоне, ответила подруга. Спустя некоторое время, когда мы оказались уже у меня дома, я захватила, как я говорила, пару вещей. – Ты куда? – спросил Дима, с набитым ртом банана, сводя брови в переносице. – К Алисе, ночёвка, – ответила я, расчесывая волосы. Алиса, помахала брату, который до этого не замечал девушку в проходе. – А если придёт твой сосед? Я боюсь быть изнасилованным, как ты меня одного оставишь? – Скорее ты его изнасилуешь, чем он тебя. – улыбнулась Алиса, зная о вчерашней стычке между Алишером и братом. Кивнув брату на прощание, мы вышли из дома, мы сели в такси, заказанное Алисой ранее. Разные пейзажи Уфы вертелись перед глазами картинками. Монотонно, серо. Даже блондинка, что активно щебечущая под ушами, не вызывала веселье, или радость. Из головы не выходил Алишер – засел там, и хер выпнешь. Сейчас я активно чувствовала эту симпатию, а вот парень? Знаю, что нет. Ради интереса, я судьбою наказанная, сидела смотрела его интервью. Алишер не хочет отношений. И этим всё сказано.

<center>***

</center> Ночь ночью, а бухло через организм выходит в унитаз. Мы как две порядочные дамы выпили. И совсем много. Для дам. Порядочных. Восемнадцать лет, я имею право! – Катя, – Алиса, до этого поющая караоке, обратилась ко мне, активно писающей, – Там..тебе звонят. – Кто? – сужая глаза спросила я, придерживая лицо на ладонях, – Меня нет дома. – Как раз таки тебя там и нет, – сообщила блондинка, уходя в зал. Закончив деловую встречу моего мочевого пузыря и унитаза, я прошла в комнату, бухнувшись на диван. – Алис, – промычала я в подушку, – А я хочу кушать. – А бывшему ты не хочешь написать? – выбирая новую песню, чтобы ее спеть, спросила подруга. – У меня нет бывших, – улыбнулась я. – - Так у меня есть, – бросив затею песен, подруга увалилась ко мне, закрыв глаза. Явно собираясь отправиться в царство снов. И наступила минута молчания в квартире. Завтра мне будет плохо. Завтра я продолжу жить как всегда. Завтра будет также скучно. – Алишер? Не спишь? Продолжение следует..